Страница 34 из 48
— Алиса, — дракон подошел близко ко мне. — Мы еще встретимся, если Золти не против будет, — он вопрошающе посмотрел на ветра взял мою руку, погладил пальцы, а потом перевернул и поцеловал ладонь. — Значит, прощаюсь ненадолго. Готовьтесь, приглашаю вас к себе в гости, — и телепортировался.
Что бы это значило? А это значит, что ты Алиса претендуешь на звание приза среди двух мужчин! Ой, как мне это не нравится. Меня спросили, хочу быть призом? Похоже, и не спросят.
— Тебе он понравился? — Как-то грустно поинтересовался ветер.
— Да, — честно ответила я. — Но я люблю тебя, — поднялась на цыпочки и поцеловала в подбородок — выше не достала.
Ветер сгреб меня в охапку, тяжело дыша мне в шею.
— Я тоже тебя очень люблю, моя магиня.
Я вздрогнула. Магиня. Меня так не называли. Меня так еще и не любили. Мы послали Лару весточку, что остаемся ночевать здесь. Хотя ночевать — это сильно сказано — уже солнышко раскрасило облака в розово-малиновый цвет.
Мы привычно пошли в купальню, а потом легли под одно одеяло. Я в топике и трусиках, а ветер в нижних бриджах. Так приятно засыпать в надежном кольце рук.
К полудню нас разбудил Ларитан. Он ментально напомнил нам, что сегодня после обеда состоится суд над Доротеей. Мы быстро собрались и телепортировались в замок. Телепорт, оказывается, сейчас был настроен на покои Золтана. Я впервые была у него в гостях. Его комнаты почти ничем не отличались от покоев Ларитана или моих. Только убранство было выдержано в молочно-серо-синих тонах. Уютненько так, но мне некогда было разглядывать эти красоты. Побежала к себе и переоделась в джинсы и, все тот же, белый топик. И выскочила в коридор, где меня ждали братья, Дели, Микки и… Гррашшан?! Он сиял, как солнце, даже ярче. Увидев меня в брюках, удивленно заломил бровь, но по всему было видно, что ему они понравились. А вот Золтану нет.
Мы вышли на улицу. Я впервые была в престольном городе Теримаджазе. Чисто, уютно, добротно. Это в трех словах. Дома в основном двух-трехэтажные, выкрашены в разные цвета. Окна со ставнями. В центре много разных лавок и маленьких лавочек. Мастерские по пошиву обуви и одежды. Вот туда нам сейчас и надо. Тихонечко дернула Дели за рукав и кивнула на вывеску. Она понимающе улыбнулась.
— Ребята, нам сюда надо ненадолго, — поставила их в известность и дверь нас поглотила.
Колокольчик у двери мелодично звякнул и к нам с широкой улыбкой вышел хозяин. Дели в общих словах объяснила ему, что мне надо, и он исчез за перегородкой. Через минут пять он явился с ворохом готовой одежды, но не один, а с помощником. Помощник нес такую же кипу. Все положили на прилавок. Теперь пришла моя очередь сильно удивляться. Сколько же времени на переборку этого добра уйдет? Я вообще не любитель беготни по магазинам. На меня давят все полки с кучей продуктов и одежды, разбегание глаз и покупка не того, что нужно. Всегда забываю написать себе шпаргалку, а, если напишу, то оставлю дома.
Я со страдальческим лицом двинулась к прилавку со всем этим великолепием. Зато у Дели глаза горели, как фонари. Она с восторгом смотрела на кучу, словно не мне будем выбирать, а все добро тот час же само пойдет к ней в гардеробную! Я, не против. Для начала оказалось, что любой наряд мне придется подгонять по фигуре, так как мой рост не соответствовал длине платьев. Бриджи под юбки вообще придется шить заново.
Через час пыхтений и примерок, мы выбрали три платья, две юбки и заказали еще нарядов и бриджи под юбки. Одно платье мне тут же подогнали по фигуре, а остальные пришлют завтра в замок. Сложив свои вещи в сумку, мы вышли на улицу. Как хорошо-то! После душной мастерской вновь оказаться на свободе. Дели тут же потащила меня в сапожную мастерскую, но и там не оказалось на мой размер готовой обуви. В кроссовках и шикарном платье ходить нельзя. Мастера что-то долго искали на полках, пока, наконец, не нашли подростковые туфли на низком каблучке. Примерила их — впору. За все платила из денег, выделенных мне Тентаром.
Наших сопровождающих не было видно.
«Золтан, вы где?»
«Рядом. Сейчас подойдем к вам».
Парни подошли веселой ватагой и замерли, уставившись на меня. Ну, как надоели МХАТовские немые сцены! Я стояла перед ними в зеленом шелковом платье в пол. Из-под низкого квадратного выреза и из разрезов на рукавах проглядывала, лимонного цвета, прозрачная ткань. Только под воротом она была драпирована. Все отлично сочеталось с моими медно-рыжими волосами. Дели вся светилась, ведь это она подобрала мне платье.
— Ну как вам? — Видимо ей надоело молчание великорослых ягнят.
— Ты просто, красотка! — Первым отмер Золтан.
Подошел ко мне и осмотрел со всех сторон. Да! Вот я, какая красивая! Гррашшан смотрел на меня, не отводя восторженно-грустного взгляда. Ветры же меня разглядывали с интересом.
— Ты одно только платье купила? — Спросил Золтан.
— Нет, — выпалила Дели. — Ей завтра все доставят в замок.
— Ну и хорошо, — Золтан обнял меня и мы пошли дальше.
Большая Ратушная площадь была полна разномастного народа. Казалось, что пришел весь город. Еще бы! Собирались судить дочь вождя Западного клана. Суды во владениях кланов дело редчайшее, но судить вельмож и их отпрысков, такого вообще не приходилось видеть! Мы двигались по площади, в обратную сторону от Ратуши, так как на другой стороне ее находилось внушительное здание Суда. Ветры с драконом шли полукругом, прокладывая нам путь, а я и Дели — за ними.
К судебному заседанию Доротею кер Лирин привели в порядок. Разрешили принести ей другое платье, а тюремный цирюльник сделал немудреную прическу на каштановых волосах. Она ждала… Ждала освобождения, которое ей обещал Керас. Она слышала, что на площади собрался народ. Шум доносился в подземелье. Вчера к ней приходил отец, но его дочь не захотела видеть. Что ей проку от его слез? Она мерила темную камеру шагами уже не первый десяток раз, а Кераса все не было.
В углу что-то взвилось и перед ней появились Керас и странный маленький человечек.
«Тощий гном!» — Подумала красавица.
Человечек, не говоря ни слова, подошел к ней вплотную, схватил ее запястье с надетым турмалиновым браслетом. Молодая княжна не поняла, что он сделал, но браслет рассыпался на мелкие кусочки и они разлетелись по полу. Вот она — свобода! Девушка не верила своим глазам. Человечек пропал.
Керас с довольным видом победителя подошел в бывшей любовнице и, обняв, спросил:
— Долго ты собираешься здесь еще находиться?
Она уставилась на него, все еще не веря в происходящее. Тряхнула головой и взгляд снова принял выражение великой мести.
— Немедленно отсюда! — Скомандовала она и оба пропали.
Заседание, по случаю редкости преступления, вынесли на площадь… Поставили широкий помост. И возле этого самого помоста разлилось людское…Снова забыла. Ветряное море. Оно волновалось, переругивалось, но никуда не расходилось. Мы встали рядом с помостом. Нас могли вызвать свидетелями. Торжественно вышли судьи и уселись за длинный стол, покрытый темно-зеленым сукном. На столе лежала тоненькая папочка с делом Доротея кер Лирин. На другой стороне от помоста я увидела Одера. Моего отца.
Народ ждал. Чего ждал? Позорного зрелища. Все ждали выхода главной героини этого трагического спектакля. Прибежала перепуганная стража и в ужасе взобралась на помост. Один принялся что-то на ухо говорить судье. Площадь замерла в напряженном ожидании. От сообщения судья привстал, опираясь ладонями о стол. Тысячи глаз ждали объяснения чего-то. Мы переглянулись: хорошего ждать нечего. Наконец, судья взял себя в руки, поднялся, оглядел притихшую площадь и объявил:
— Доротея кер Лирин сбежала из темницы!
Одер покачнулся. Я кинулась ему помочь, но меня чуть не смела толпа. Падая, поняла, что сейчас буду затоптана тысячами ног. Чьи-то крепкие руки подняли меня и прижали к телу. Подняла глаза… Гррашшан! Поискала глазами братьев, Дели, Микки… Всех куда-то размела толпа. Никого не увидела.