Страница 63 из 77
Но откуда? Откуда Влад мог знать, что именно сегодня я собиралась в столицу? Просто совпадение?
Собравшись с духом, я спросила:
- Ты читал мой ежедневник? - Интонация получилась вялая, - то ли я пыталась его уличить, то ли старалась удостовериться, - голос прозвучал сбивчиво, заставив меня занервничать ещё больше.
Влад не ответил, продолжая смотреть прямо перед собой, а я так и не придумала или, скорее, не решилась спросить что-то ещё. Мои вопросы казались глупыми, наивными или просто идиотскими, так что смутившись, я поглубже забилась в кресло, позволяя себе редкие косые взгляды в сторону водителя.
Мне так хотелось поговорить с ним, выяснить для себя то, что вдруг стало важным, но сколько я ни подталкивала себя, так и не смогла раскрыть рта.
Моё внимание привлёк другой указатель, обозначавший ещё одно место моего паломничества о котором я успела позабыть.
- Может, заедем? - спросила я, желая, скорее, посмотреть на реакцию Влада, чем действительно интересуясь крошечным монастырём, где, по некоторым, преданиям был захоронен его именитый тёзка.
Если он проигнорирует, - решила я, - дело очень плохо. Но если нет, и он действительно сверился с моим ежедневником, чтобы позволить мне отвлечься после вчерашнего, тогда... тогда...
Не говоря ни слова, Влад сбросил скорость и свернул на узкую асфальтированную дорогу, по обочинам которой громоздились снежные сугробы, так что машина то и дело обтирала стены расчищенного тоннеля гладкими начищенными боками.
Он не стал со мной спорить или смеяться над тем, что, отыскав настоящих вампиров, я всё ещё зачем-то стремлюсь попасть в легендарные места, где, увы, не покоилось ничего более интересного, чем таинственные истории. Влад просто сделал то, что я хотела.
Снагов - монастырь, по направлению к которому мы неспешно двигались вдоль просёлочной дороги, был одним из мест, где якобы были погребены останки знаменитого графа Дракулы.
Об этом месте ходило множество легенд, многие из которых я вспомнила, стоило на горизонте появиться водной глади, среди которой, словно клок нечёсаных на макушке волос, вздыбился крошечный, поросший лесом островок. Оголённые ветви деревьев являли глазу тёмное тело кирпичной церкви - коричнево-черной в тени тяжёлых, беременных снегом туч. Три башни высились одна за другой, говоря о том, что мы видим знаменитую церковь Благовещенья Пресвятой Богородицы.
Проехав через небольшую деревеньку, мы остановились у самой кромки воды, рядом с пешеходным мостом, соединившим остров с берегом. Влад заглушил двигатель и выбрался наружу. Я последовала за ним.
Вокруг не было ни души, и, может быть поэтому, а может потому, что стояла середина зимы и серое небо вскоре готовилось облегчить свою непосильную ношу, стирая собственное хмурое лицо, отражавшееся в зеркальной глади озера, казалось, что здесь и вовсе никого нет. Казалось, что мы перенеслись в другой мир, где не действовали привычные законы.
Слишком нереально выглядело окружающее нас пространство. Слишком просто Влад уступил моей просьбе. Слишком страшно было поверить.
Когда я обернулась, надеясь отыскать взглядом Влада, то обнаружила, что он смотрит прямо на меня. Смотрит внимательно, смотрит так, словно это имеет значение. Будто в любой миг я исчезну, растворюсь в упавших с неба снежинках, в бесконечности белого полотна под ногами. Смотрит, будто хочет запомнить, или так, как смотрят на тех, кто вернулся после долгого отсутствия, стараясь узнать былые черты и отыскать новые, чтобы разделить прошлое и настоящее.
Вот он наконец отвёл взгляд, и ниточка, повисшая между нами всего на миг, оборвалась.
В полном молчании, он неспешно пошёл вперёд. Его затылок был чуть опущен, так как если бы он низко наклонил голову, глядя под ноги. Влад успел дойти уже до середины моста, как вдруг обернулся, не обнаружив меня рядом.
Я поспешила к нему. Замерла рядом, не дойдя шага, и заглянула в его лицо.
- Для поклонницы Дракулы ты не очень торопишься, - его взгляд скользил по моему лицу, заставив неожиданно смутиться, и совсем не из-за безобидного подначивания.
- Я уже нашла больше, чем рассчитывала. Гораздо больше, - отчаянно решилась добавить я, отвечая пристальным взглядом.
Влад молчал. Затем отвернулся и снова пошёл вперед, как если бы не понял меня.
Или действительно не понял?
На глаза вдруг выступили слёзы. Как? Как так случилось, что я оказалась загнанной в угол?
Всё, что случилось со мной до этого самого момента: столкновение с вампирами, присутствие в Чёрной Церкви в качестве закуски, стрельба, и моя казавшаяся такой неминуемой в какой-то момент смерть - потеряло важность. Важность по сравнению с тем, что происходило со мной сейчас. Что я чувствовала, чего хотела. К чему оказалась совершенно не готова. И мне требовалось время, чтобы разобраться, чтобы понять, что с этим делать, решить как... Но времени у меня не было. А скоро не останется ни единого воспоминания. Ни единого! О том, что вдруг стало так важно!
Я даже не заметила, как Влад снова возник рядом. Я попыталась отвернуться, спрятать предательские слёзы, но он не позволил.
- Не плачь. Не надо, - его пальцы коснулись горячих щёк. - В том, что ты напугана, нет ничего постыдного. И больше я не попрошу тебя помогать мне. Я не должен был впутывать тебя в это.
Не сразу смысл слов Влада дошёл до меня - он считал, что я плачу от страха. Считал, что я до сих пор переживаю из-за вчерашнего.
- Я не... - всхлипнула я.
Мне хотелось объясниться, растолковать, что я совсем не боюсь. Вернее, боюсь, но совсем не этого. И слёзы катятся от досады и растерянности, от несправедливости.
Слова комом застряли в горле. Как сказать ему обо всём том, что происходит внутри? Вместо этого я вдруг приникла к его груди, хватаясь за воротник пальто, и разрыдалась, не узнавая сама себя.
Эта новая Саша была я и в тоже время кто-то совсем другой.
Чужие руки легли мне на спину, легонько поглаживая и не торопя. Влад давал мне время избавиться от страхов, выплеснуть скопившееся напряжение. Так, наверное, думал он. На самом деле я украла эти несколько минут, чтобы погреться в его объятьях и попытаться запомнить всё. Его запах, его дыханье на своей макушке, зная заранее, что больше он мне такого не позволит. По крайней мере за те несколько дней, оставшиеся мне в Румынии.
- Сегодня будем отдыхать, - произнёс он, когда я наконец затихла. - Будем следовать твоему плану и побываем везде, где ты хотела.
"А что будет завтра?" - хотела спросить я, но ответ мог оказаться слишком ужасным, и я сказала: - Можно я буду держать тебя за руку? - заливаясь краской, не смея поднять взгляд и боясь всего на свете: отказа, насмешки, снисходительного отношения или даже презрения.