Страница 61 из 77
Вздохнув, я порылась в рюкзаке и вытащила заветный том, водрузив его на стол перед собой. С обложки книги на меня привычно смотрели знакомые лица.
Вот у неё, - я ткнула кончиком указательного пальца в лицо Беллы, был выбор. Захотела пристать к вампиру и пожалуйста, у него от запаха её крови крышу сносит и никуда он не денется. Одним словом - сказка. Здесь, в реальности, ты, конечно, тоже можешь найти Эдварда, вот только чихал он на тебя с высокой колокольни.
Взгляд перекочевал на мужское лицо.
Няшка ты няшка - никакой правдоподобности. А где же тёмные круги под глазами? Нос с горбинкой? И скулы у тебя только от макияжа выступают, - обвиняла я поверженного идола.
Во Владе не было ничего показушного или наигранно-таинственного. Выглядел он, пусть и привлекательно, но не настолько, чтобы коленки подкашивались, как от сахарного персонажа вампирской саги. Когда он беззвучно появлялся, то ни я ни он ни делали из этого события. Силой своей он не хвастался. Кроме той драки с Этьеном, я вообще не могла припомнить ничего вопиюще сверхъестественного.
Я даже задумалась на минуту. Нет, всё что выбивалось из общей картины Влад старался спрятать, как тогда своё выздоровление, уже не говоря, что он пытался скрыть от меня всё, что касалось вампиров.
А ты, - молча вопрошала я картинку - прыгал, как обезьяна по деревьям, машины гнул, носился, как больной, по лесу так, что твою девушку тошнило. Даже явиться нормально не мог, то на капот с неба упал, то ночью в комнате возник будто привидение.
Гневная тирада в пределах собственных мозгов оборвалась только для того, чтобы я сунула в рот очередную ложку салата. Голода не было, я ела по привычке.
Впрочем, - продолжила я свой монолог более понимающе, - ты ведь, наверное, пытался её впечатлить, чтобы она упала к твоим ногам. Она и упала, дурочка, ищущая неприятности. Она же по земле едва ровно ходила, и ничего, выжила в компании вампира. Я вот, в отличие от некоторых, сама самостоятельность, и кому до этого есть дело?
Да, приходится признать, что реальность, так похожая на вымысел, имеет с ним мало общего. А жаль.
Плачь, не плачь, Сашка, а Влада не переубедить и на кровь он твою не клюнет. Он же себя контролирует, - фыркнула я, вспоминая его лицо. Лучше бы хуже контролировал. Лучше для кого?
Ох, Сашка...
Я пила горький кофе, словно горечи внутри было недостаточно.
Увидев, как парочка потянулась друг к другу и стала целоваться, я спешно вытащила деньги, подхватила вещи и вылетела наружу, не желая становиться свидетелем, а вернее сказать, завистником чужого счастья. Правда, знала, что было поздно.
Тьма опустилась на город внезапно, как бывает только в зимний вечер. Снег знакомо хрустел под ногами, пока я бесцельно следовала знакомым маршрутом, пытаясь привлечь внимание Этьена. Но, по-моему, я просто убивала время до отъезда. Печального, бесславного отъезда.
Около часа назад звонил Влад. Спросил, всё ли со мной в порядке.
Что, спрашивается, я могла ему ответить?
Всё отлично, - пустым голосом отозвалась я, понимая, что он, следуя за мной, должно быть, видит мой удручённый вид. Натягивать на лицо фальшивую улыбку я не желала, но сказать в чём дело, конечно, не могла.
Вряд ли бы он стал смеяться, скорее, пожалел бы меня, неудачницу, а может быть, отправил обратно к тёте или ещё лучше - отправил бы домой первым рейсом, презрительно глядя вслед.
Вершина очередного сугроба была сбита ботинком. Мне надоело это бестолковое блуждание - Этьен не придёт. Он и думать обо мне забыл, или прячется от мести Влада.
Оглядевшись, я быстро сориентировалась, выбрав кратчайший путь до припаркованной машины, и направилась в выбранном направлении. Всё равно до условленного времени оставалось только двадцать минут, так что если Влад спросит, что случилось, скажу, что замёрзла или неважно себя чувствую. Пусть лучше поиздевается надо мной - это ведь тоже сойдёт за общение.
Какой же я была жалкой в собственных глазах, а ещё хуже было то, что меня это мало заботило. Я просто хотела скорее снова его увидеть.
В какой-то миг, сквозь шум не прекращавшихся ни на секунду мыслей, я стала различать за собой шаги. Как назло, я только что свернула в какой-то дворик. Здесь было темно, горела лишь пара окон на дальней стороне. Было ещё достаточно рано и, видимо, остальные хозяева здешних квартир ещё не вернулись.
Хруст шагов позади ускорился, я, споткнувшись, тоже заспешила. Но далеко уйти мне не удалось. Кто-то рванул за плечо.
Неужели, это Этьен? - в ужасе подумала я, коря себя за беспечность. Не удержав равновесие, я завалилась в снег, жутко испугалась, и так и затихла, выставив руки перед лицом.
Весь ужас, испытанный тогда, на кухне, перед лицом смертельной опасности, нахлынул с новыми силами. Этьен больше не казался неясной, едва существующей угрозой, с каждым днём всё больше растворявшейся в сизом тумане проходящего дня. Иллюзия вмиг обрела плоть, впитав мой страх.
Я продолжала сидеть в снегу, зажмурившись, но больше ко мне никто не прикоснулся. Не сразу, но я стала различать чью-то речь. Мужчины говорили на румынском. Голос одного из них принадлежал Владу, а второй точно не был Этьеном.
Очень низко, почти вибрируя, резкие отрывистые фразы Влада бросали в дрожь. Я не различала ни слова, но этого и не требовалось, чтобы понять насколько зол и серьёзен был румын. Второй голос почти пищал, словно умоляя о пощаде. Ещё пара фраз и зловещая тишина проглотила всё звуки.
- Ты как?
От неожиданности я вздрогнула.
- Нормально, - заикаясь, ответила я, но так и осталась сидеть в снегу, не раскрывая глаз.
- Не против, если я тебе помогу?
Я промычала в ответ, что не против. Руки Влада легли мне на плечи.
- Не бойся. Это был не Этьен.
Меня с лёгкостью оторвало от земли, и пришлось положиться на собственные ненадежные ноги.
- Хочешь открыть глаза? - очень мягко спросил Влад, давая возможность ответить нет, если захочу.
Но я ведь не трусиха какая-то.
Осторожно я отвела руки от лица.
Отсвет ясной лунной ночи потерялся в глубине его чёрных зрачков, будто укрылся там от любых тревог. Он был... он был...
Я не сразу поняла, что плачу. А потом просто громко разревелась и уткнулась лицом в грудь Влада, совсем не интересуясь, не против ли он пачкаться в соплях трусливой девчонки.
Немного придя в себя, я вцепилась в его руку, словно опасность была где-то рядом, и твердо подняла взгляд, смотря на мужчину с вызовом, ожидая, что он скажет, высмеет ли.