Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 21 из 59

Поэтому, когда собрание закончилось, Джулиана постаралась как можно быстрее выскочить из учительской, не попадаясь ему на глаза, однако, когда не надо, директор Хогвартса бывал необычайно резв.

- Мисс Скамандер, что это за клоунские гольфы? – преградил он ей дорогу и строго посмотрел на нее. – Если уж так хотелось чего-то пёстрого, то из солидарности с братом нарядились бы в цвета Когтеврана.

- Не понимаю, о чем вы, профессор, - сделала невинные глаза Джулиана, приподнимая подол мантии и показывая лодыжки в черно-белых гольфах, которые, к счастью, не остались оранжево-фиолетовыми.

- Понятно. Фокусы ваших любезный Уизли, - почти с отвращением произнес Снейп фамилию Чарли.

- Не понимаю, чем они вам так не угодили, директор.

- Может быть, тем, что повсюду создают хаос.

- А, ну конечно. А вы ведь так любите порядок. Маглы - отдельно, волшебники – отдельно, и Мерлин упаси, чтобы в ряды чистокровных магов не замешались те, кому не так посчастливилось с родословной. Ваш господин был бы вами доволен! А я еще пыталась защитить вас перед другими!

Лучше бы она этого не говорила, потому что при этих словах на лице Снейпа отразилось ледяное презрение.

- Не стоило трудиться, мисс Скамандер, - скорее прошипел, чем сказал он. – Новых друзей вы так не найдете, а старых потеряете. К тому же, как бы трудно вам не было в это поверить, но не все столь одержимы желанием, чтобы их любили все вокруг.

И больше не говоря ни слова, он резко развернулся, почти хлестнув ее по лицу полами своей мантии, и зашагал прочь.

- Мерлинова борода, - только и смогла проговорить вслед его удаляющейся спине Джулиана, сбитая с толку такой реакцией. Затем пожала плечами и отправилась на поиски брата, чтобы сообщить ему радостную новость о матче по квиддичу. Ведь с тех пор, как Джейми узнал, что ему предстоит отправиться в Хогвартс, он только и мечтал, что сможет однажды сам сыграть в команде, защищая честь своего будущего факультета. И пусть пока эта мечта была ему недоступна, но если он сможет протянуть здесь до второго курса, то всё может быть.

Брат и его друзья, с которыми Джулиана встретилась в коридоре у входа в Большой зал, встретили новость с энтузиазмом, а скоро и вся школа возбужденно жужжала, обсуждая предстоящий матч.

- Вы слышали новость, мисс Скамандер? – подошла к ней Джинни, когда Джулиана наблюдала за радостью первокурсников, обсуждавших грядущую игру. - На миг мне даже показалось, что вернулись старые добрые времена.

- Еще нет, но всё может быть, - посмотрела на нее Скамандер.

- Только не до тех пор, пока у власти Снейп. Он одним своим присутствием напоминает, что всё по-другому. И я очень надеюсь, что это разрешение на игру не отменят до тех пор, пока не состоится и матч с нашим участием. Прямо не терпится случайно зацепить бладжером Малфоя и стереть эту самодовольную ухмылку с его физиономии, - процедила вдруг Джинни, и Джулиана увидела сынка Люциуса, шествовавшего по коридору в окружении своей свиты.

- Сделаю вид, что ничего этого не слышала, - негромко проговорила она. – Но если Снейп так неравнодушен к квиддичу, что решил не отменять его даже ради Кэрроу, то, думаю, он не откажет себе в удовольствии посмотреть на игру своего любимого Слизерина, а значит, и Гриффиндор сможет сыграть.

- Очень на это надеюсь. И значит, нам надо всерьез заняться поисками вратаря. У вас случайно нет никого на примете?

- Нет, - покачала головой Джулиана. – Я и на матче по квиддичу была всего два раза. Причем оба из них за границей, и оба случайно, потому что родителей приглашал кто-то, у кого оказывался лишний билет.

- Тогда вы непременно должны на это посмотреть. Даже в урезанном составе ребята должны показать хорошую игру. В конце концов, сейчас это здесь единственное развлечение.

И попрощавшись, Джинни пошла в зал ужинать, а Джулиана последовала за ней.

И вот наступил день первого матча в этом году. И впервые за всё время Джулиана видела радостное выражение на лицах большинства учеников. Воспользовавшись тем, что у нее сегодня не было уроков, Скамандер с утра отправилась к Хагриду выгуливать своих гиппогрифов, а заодно решила позвать великана на матч.

- Не думаю, что мне стоит появляться там, - покачал головой великан, когда она с воодушевлением рассказывала ему, почему ему стоит пойти. – Эти Кэрроу итак меня не жалуют, так что не стоит им, эт самое, лишний раз напоминать о себе.

- Ну, лучше они к тебе относиться итак не будут. Но если ты дашь им понять, что позволил вот так загнать себя в угол…

- Но я ведь позволил. Это единственный шанс оставаться здесь, рядом с… со школой. Со всем, к чему я привык…

- Что ж, тебе виднее. Но я считаю, что ты всё равно не должен сдаваться. К тому же я не помню, чтобы видела запрет на посещение тобой матчей по квиддичу, - и она хитро посмотрела на него.

- Я подумаю, - коротко бросил Хагрид и с преувеличенным энтузиазмом стал чесать за ухом одному из ее гиппогрифов, наслаждавшихся свежим воздухом и недолгим расставанием с саквояжем, который, хоть и обладал всеми необходимыми условиями для содержания существ, однако всё равно оставался именно местом их содержания, а не жилищем под открытым небом.

И перед самым матчем, когда Джулиана уже смирилась с мыслью, что ей не удастся переубедить лесничего, его огромная фигура вдруг показалась среди толпы школьников, шедших по направлению к полю для квиддича.

- Хагрид! Ты всё-таки решился прийти? – радостно поприветствовала она его. – Это же просто замечательно.

- Узнаем об этом, когда всё закончится, - не сильно разделял ее энтузиазм великан.

Однако, когда они устроились на трибуне в стороне от других преподавателей и когда к ним присоединились сначала Джейми с друзьями, а затем Джинни вместе с Невиллом и Полумной, Хагрид заметно повеселел, а вскоре громко выкрикивал слова поддержки в адрес Когтеврана, учитывая, что большинство на этой трибуне болело именно за этот факультет.

К счастью, представители «факультета для умников», как называла их про себя Джулиана, не подвели своих болельщиков, и вечером, когда они собрались в гостиной Когтеврана, куда пригласили и Джулиану, это стало еще одним поводом для радости.

Так в жизни студентов и преподавателей Хогвартса появилось нечто, способное скрасить их унылые будни, протекавшие под зорким оком надсмотрщиков Кэрроу. И после матча между Когтевраном и Пуффендуем теперь только и было разговоров, что о встрече двух непримиримых противников – Гриффиндора и Слизерина.

Разумеется, все симпатии Джулианы были на стороне Гриффиндора, однако преподавая на обоих факультетах, она считала некорректным в открытую заявлять о своих пристрастиях и старалась сохранять нейтралитет, не занимая явно ни одну из сторон.

Поэтому, когда утром перед матчем Драко Малфой с приторной улыбкой спросил её, за кого она будет болеть, Джулиана улыбнулась ему в ответ и сказала:

- Ни за кого. У меня нет любимчиков, так что я буду болеть за красивую игру, и только. Уж не подведите нас, Драко.

Однако когда он отошёл подальше, пробормотала себе под нос:

- Но уж точно не за тех, в чьей команде играют Пожиратели смерти.

А, обернувшись, столкнулась нос к носу со Снейпом.

- Директор, - поприветствовала она его, невинно похлопав ресницами и гадая, слышал ли он ее последние слова.

Впрочем, он сам довольно быстро прояснил ситуацию, едва слышно произнеся в ответ слово «лгунья».

- Что вы сказали? – переспросила Джулиана, потрясенная подобной грубостью в свой адрес, и думая, не ослышалась ли она.

- Что слышали. Вы - лгунья. Вы так боитесь кому-то не понравиться, что предпочитаете солгать, чем открыто высказаться о своих предпочтениях, - объяснил он, холодно глядя на нее.

- А вы так боитесь кому-то понравиться, что говорите гадости направо и налево! - возмущенно воскликнула она, прежде, чем осознала, что директор, каким бы он ни был, заслуживает более почтительного обращения.