Страница 54 из 167
- Это что? - спросил доктор Джонс, указывая в одно из блюд. - Похоже, птица какая-то?
- Индейка, сэр, - с нескрываемой гордостью ответил хозяин. - Обратите внимание, а вот это кукуруза. Вы, господа, забыли, какой сегодня день?
- Какой? - мгновенно поджался доктор Джонс.
Подвох? Очередная неприятность? Оказалось - нет, даже наоборот.
- Сегодня День Благодарения, - с улыбкой напомнил майор. - Забыли, не так ли?
- Точно! - воскликнула Лилиан.
- Да уж, - согласился Джонс. - Работая на вас, эфенди, про любой праздник забудешь. К вашей индейке и кукурузе, пожалуй, не хватает бататов и тыквенного пирога, чтобы почувствовать себя, как на родине.
- Зато вся семья в сборе! - захлопала в ладоши Лилиан. - Тысячу лет не праздновала День Благодарения!
- Что за "благодарение" такое? - тревожно спросил Клопик, просыпав изо рта непроглоченный плов.
- Ничего страшного, парень, - Джонс положил руку ему на плечо. Чисто американская блажь. Всенародная благодарность за щедрость земли, еще от первых поселенцев перешла. На обед готовят традиционные блюда, и обязательно собирается вся семья, где бы кто ни находился.
- А почему обязательно сегодня? - удивился Клопик.
Присутствующие разом заулыбались, умиленные детским вопросом.
- Потому что сегодня четверг, - терпеливо объяснил профессор. Последний четверг ноября - День Благодарения, так уж заведено, ничего против этого не сделаешь, парень.
Он откинулся на локте и подумал: вот и заканчивается ноябрь. Как быстро бежит время. Последний четверг ноября. Америка, Америка, далекая земля... Земля, где праздник - четверг... Страна у пяти озер... Он вскочил, чуть не опрокинув пачу.
- Что случилось? - майор стремительно сунул руку за пазуху.
Доктор Джонс сел обратно.
- Ерунда, - сказал он. - Просто вспомнил о документе, который вы нашли у Иглвуда.
- Вы имеете в виду вашего отца, доктор?
- Ой, ну какая разница! Абрахам Иглвуд или Генри Джонс, как вам угодно. Питерс или Бирет - тоже разница небольшая. Я говорю о средневековом апокрифе, который вы мне показывали в Непале. Почему-то в последнее время он слишком уж часто мне вспоминается.
- Мне тоже не дает покоя эта бумажка, доктор, - задумчиво покивал майор. - Похоже, что немцы придают ей большое значение. Нам удалось найти дом, который снимал резидент германской разведки в Катманду...
- В Непале у немцев есть резидентура?
- О, еще какая! Клопик не даст соврать: настоящая сеть, в отличии от нашего детского сада. Да вы, кажется, лично знакомы с резидентом по Непалу. Его фамилия Хорхер, припоминаете?
Лилиан чуть не поперхнулась: очевидно, ей было что припомнить.
- Но я продолжаю. Мы нашли дом Хорхера и в отсутствие хозяина обыскали его. Так вот, помимо прочих интересных предметов ребята изъяли фотокопии того самого "апокрифа". Улавливаете мою мысль?
- Ваши мысли ясны даже этой жареной индейке, господин Бирет, непринужденно пошутил Джонс.
Господин Бирет захохотал - так, что в комнату заглянул крепкий молодой человек из вчерашних попутчиков.
- Люблю людей с юмором, - сообщил хозяин дома, просмеявшись. - С вами интересно общаться, мистер Джонс, вы очень похожи на моего сына.
- На сержанта? - весело уточнил Джонс. - Если сравнивать, например, с вами, то на меня он больше похож, что да, то да.
Майор вдруг перестал жевать. Он медленно отставил свою миску в сторону и поднял на собеседника глаза. Взгляд его был полон непривычной тоски и боли. Он смотрел долго, решая, обидеться или нет. А Джонс что - ел себе, глядя по сторонам, ничего такого не замечал, ничего плохого в виду не имел... Разведчик опустил голову.
- Поздравляю, еще одна удачная шутка, - горько заговорил он, разглядывая свои пальцы. - Жена у меня, кстати, маленького роста - я говорю о настоящей жене, которая в Вашингтоне. И вообще, нет у нас в роду высоких. Рыжих тоже нет, а Чак почему-то рыжеватый. В кого он уродился?.. Не поверите, Инди, всю жизнь об этом думаю! Я, кадровый разведчик, за двадцать лет не смог решить простую задачку. То ли квалификации не хватает, то ли решимости...
- А может, веры? - предположила мисс Кэмден с нескрываемым сочувствием.
- Откровенно говоря, дорогая вы моя, только вера и спасает, - Уильям Питерс налил себе полную чашу айрана и залпом выпил. - Но хватит о грустном, - решительно встряхнулся он. - Раз уж мы заговорили о деле, доктор, давайте продолжим. Упоминал ли ваш продюсер из музея о том, где и когда пропал Генри Джонс?
- В Венеции. Двадцатого августа.
- Отлично. Двадцать пятого августа он звонил в американское консульство - здесь в Стамбуле...
- Двадцать пятого я получила от него телеграмму, что он вылетел в Непал, - вставила Лилиан.
- Значит, из Венеции отец зачем-то прилетел в Стамбул, - Индиана оглядел присутствующих. - Странное поведение, особенно если учесть, что он собирался переслать какой-то пакет мне в Чикаго, имея при этом наглость называть меня своим ассистентом.
- У вас нет никаких идей насчет того, что могло быть в пакете? спросил майор.
- Не имею понятия. Ясно только, зачем ему понадобилась мисс Кэмден. Он собирался забрать обратно часть головного убора бога Ра.
- Это и нам ясно, дорогой профессор.
- Кстати, где мой "медальон"? - осторожно поинтересовалась Лилиан. Он здесь, в доме?
- Реликвия переправлена в надежное место, нет причин беспокоиться, мисс.
- Я просто думала, что...
- Мисс обеспокоена совсем другим, - вежливо объяснил Индиана. - А именно, кредитоспособностью американского правительства.
- Вы получите свои деньги, - раздраженно ответил майор. - Сколько можно вас успокаивать? Три тысячи, надеюсь, вы еще не потеряли?
- Три тысячи? - спохватилась женщина и вдруг стал лихорадочно себя ощупывать. Все мужчины деликатно отвели взгляды. Кроме, разумеется, Клопика.
- Оставшиеся две тысячи я передам вам сегодня или завтра. Санкция из Вашингтона уже поступила.
В комнату торжественно вошел мужчина турецкой наружности и что-то произнес. Господин Бирет, моментально принявший подобающий ему облик, коротко ответил, так же по-турецки, затем перевел гостям:
- Повар спрашивает, можно ли подавать десерт.