Страница 33 из 167
- Ничего, они нам больше не понадобятся, - медленно произнес Индиана. - Надеюсь, я выразился не слишком страшно.
6. БАНКЕТ У РАДЖИ
Через полчаса путешественники прошествовали через раскрытые ворота мимо двух молчаливых стражников-гурков на территорию крепости. От ворот вдоль безглазых стен вела пустынная улица. Завершилась она площадью и красивым зданием, явно относящимся к дворцовому комплексу.
Причудливая колоннада, вся в резных фигурках. Сверху крытая галерея, еще выше - множество куполов-маковок, часть из которых представляли собой беседки, увитые цветами - прихлебывай чай с ароматами да посматривай на горы. Из дверей, возле которых недвижно торчало двое часовых в белых тюрбанах, внезапно выскочил смуглый человек в европейском костюме.
- Вы, должно быть, заблудились, хотя я не знаю, как тут можно заблудится, - начал он на безукоризненном английском.
- Мы пробираемся в Билаури. Я - профессор Джонс. Это - мисс Кэмден, а это - мистер Клопик.
- Мистер Клопик Лопсанг, - поправил ребенок.
- Доктор Джонс, археолог из Чикаго? - улыбнулся многознающий человек.
- В это трудно поверить, - кольнула Лилиан.
- Я кое-что слышал о вас, еще когда учился в Оксфорде. Я - Ананд Лау, управляющий делами у раджи Дхангархи... Прошу во дворец, господа.
Хотя место было достаточно экзотическим, ничто не намекало на таящееся зло.
Всем трем нежданным гостям отвели палаты каменные. Где стены были задрапированы шикарными тканями, мыться приходилось в мраморно-перламутровых ванных, где стояли бронзовые вазы с золотой и серебряной насечкой (само собой, набитые цветами), а многочисленные столики, стулья, шкатулки из розового или красного дерева инкрустированы слоновой костью и пластинками полудрагоценных камней.
- Ничего особенного, так живут обыкновенные раджи, - успокоил себя Индиана.
Неслышно в его покоях возник слуга, похожий на заводную игрушку, расшаркался и попросил драгоценного гостя пройти в пиршественную залу. Незадолго перед этим появился другой слуга, доставивший безукоризненно выглаженный смокинг и накрахмаленную белую рубашку - подарки точно подходили по размеру.
Третий слуга провел Индиану на пир, где гостей, как видно, услаждали двадцать четыре часа в сутки. Столы и столики ломились от яств, половину которых даже искушенный доктор Джонс не мог назвать по имени. Носилась быстрая челядь с подносами, сновали мальчики с кувшинами, извивались и гнулись во все стороны танцовщицы. Сменяющие друг друга члены музыкальной команды непрерывно услаждали слух и поднимали настроение битьем в бубен, щипанием цитары и дудением в разные трубы. Судя по несметности обслуживающего персонала и перенасыщенности украшениями, по многоярдовым коврам из цветов, труд здесь стоил дешево. Как и жизнь, наверное.
В числе гостей был капитан Блом-Барт из одиннадцатого королевского полка, а возможно из армейской разведки, который, надо полагать, проверял, не затевается ли в этом районе что-нибудь супротив расположившейся неподалеку Британской империи.
- Капитан очень хотел обнаружить мощную крепостную артиллерию или базу по подготовке партизан, поэтому привез в своем багаже взвод солдат, уязвил британца мистер Лау и заодно поддел Индиану. - Честно говоря, партизанский вид в наших краях имеет лишь доктор Джонс.
Затем внимание трех мужчин переключилось на появившуюся мисс Кэмден. Она сменила обычную свою гимнастерку на некий индийский наряд из шальваров и довольно смелой кофточки, обнажавшей пуп. Лилиан, видимо, считала, что голый живот украшает ее. И трое мужчин единогласно согласились с женщиной.
После этого мисс Кэмден, преодолев некоторую робость, стала уточнять: женат ли раджа, нравятся ему блондинки или, наоборот, брюнетки? Однако все вопрошаемые немедленно краснели и старались уйти - как от ответа, так и от самой Лилиан.
Тут ударили в большой бубен, после чего гости стали быстренько подгребать к главному столу. Некая разноцветная персона в перьях и жемчугах громогласно, даже торжественно провозгласила:
- Его божественное величество, хранитель традиций Дхангархи, Зелим Сингх Рана!
Раздвинулись цветочные ковры на стене, и появился парнишка лет двенадцати, росточком еще меньше Клопика. Расфокусированный взгляд и блуждающая по лицу улыбка заметно отличали раджу от гималайского сироты. Лишь когда шкет, сверкающий драгоценными каменьями, важно прошествовал к столу и угнездился в куче подушек, все бросились занимать свои места расшитые золотом бархатные пуфики.
Индиана уселся рядом с капитаном Блом-Бартом, а напротив них сотрапезничал управляющий Лау. Среди прочего капитан заметил:
- Один из прежних раджей Дхангархи "отличился" во время событий 1857 года, усиленно помогая мятежникам бойцами и оружием, отчего Корона натравила на него правителя из соседнего княжества.
- Сейчас в Дхангархи властвует совершенно другое семейство, возразил управляющий. - Да и в Индии никто не собирается восставать, раз во главе патриотов встал голый факир Ганди, который предлагает биться против завоевателей, поменьше работая и пореже захаживая в магазин. Гражданское неповиновение называется.
- Но я слышал кое о чем, что происходило еще до мятежа, - вклинился Индиана Джонс, преследуя собственные цели. - На протяжении многих столетий Дхангархи был культовым центром Фаги, где собирались поклонники Кали и отправляли свои далеко не лучшие ритуалы.
В этот момент внесли на подносе большую змею, разумеется искусно приготовленную. Лицо у Лилиан заметно скукожилось, она вспомнила о тех насекомых, которых недавно пришлось скушать, чтоб не обидеть голодающее население. Она хотела быть отважной, однако сидящая рядом персона в большой чалме и в больших усах радостно проурчала, мол, намечается сюрприз. Официант ловко надрезал большую змею и оказалось, что она нафарширована трехдюймовыми змейками. Начинка была живой, расползающейся; (но, разумеется, совершенно, безвредной) более того, нежной и вкусной. В чем можно было удостоверится, глядя как, пирующие уминают тварюшек, запихивая их в рот, будто макароны. Особенно отличался в застольных подвигах сосед Лилиан.