Страница 133 из 167
- Разумеется, им известно, что существует помещение с картой или макетом Пер-Рамзеса, и что "медальон" надо водрузить на посох! Боюсь, Камеру Карты они уже откопали, это не проблема при их размахе. Уж не потому ли Урбах торопился в Египет. - Догадки были неприятными как зубная боль и археолог даже поморщился. - Что же может затормозить нацистов?.. Салех, а точно немцы скопировали лишь одну сторону медальона?
- Похоже, что да. Хотя я, конечно, не ручаюсь бородой. А что из этого следует?
- То, что немцы не знают высоты посоха. На той стороне, где нарисован "глаз в треугольнике", то есть "Око Пта", она не указана. Впрочем, и нам высота покамест неизвестна... - Закончив мысль, ученый отвлекся на любопытную тему: - Между прочим, это самое египетское "Око Пта" сделалось на нашем "медальоне" иудейским "всевидящим глазом Господа". А позже оно благополучно перекочевало в христианство, и, в конце концов, стало любимым знаком масонов.
Обрадованный небольшим научным открытием, Индиана взял с тарелки финик, подбросил и поймал зубами, как цирковой морж. Но тут бесцеремонная обезьянка сидевшая у него на плечо, выдернула сладкий плод прямо изо рта человека и повторила цирковой номер. Подбросила, ухватила пастью и проглотила.
- Ну, ладно, зверь, кушай на здоровье. Хотя, я вижу, по сравнению с тобой манеры у меня не такие уж дурные, как посчитал Ренар, - мягко упрекнул профессор своего хвостатого приятеля.
Тут из-за бумажного холма стал слабенько попискивать реб Элиезер.
- Посмотрите! Предупреждение не беспокоить Ковчег!
- Вам удалось определить высоту посоха, реб Элиезер? - бросился доктор Джонс на каббалиста.
- Да, здесь очень древняя тайнопись, известная еще повелителю духов великому Шломо бен Давиду. Посох идола имеет в длину двадцать два локтя, или по-вашему, двадцать футов. Он приведет вас к Сокрытому Сокровищу. Но Сила Скрижалей поразит того, кто не поклоняется им и противостоит им. Изведать милосердие Господа сможет лишь тот, кто чист пред всевидящим Оком Его...
Доселе внимательный слушатель неожиданно поднялся, шагнул бесцельно вперед и взмахнул руками, как эквилибрист на канате. Раскололся об пол задетый его ладонью кувшин.
- Я проваливаюсь, привяжите меня к чему-нибудь... - вырвалось из доктора Джонса, с трудом преодолевающего тошноту.
Обеспокоенный Салех подскочил к другу, чтобы поддержать, но тот уже рухнул, уронив с головы шляпу.
- Застопори лифт, нажми какую-нибудь кнопку... - голос Индианы осекся, а пальцы заскребли пол, как-будто хотели зацепиться за что-нибудь.
Еще несколько судорожных движений и сознание археолога покинуло реальность...
6. ЕГИПЕТ. НАЧАЛО ИСТОРИИ
ВЗГЛЯД 5
Пока Питхор Иосепт пробирался к Воротам Добродетельного Служения, ему все мнилось, что шагает он слишком поспешно, чем выдает себя, что вот-вот забегают служители и стражники с воплями: "Святотатец в Доме Владыки".
Но обошлось, "святотатец" покинул ворота и заторопился, насколько это было возможно, не переходя на бег, по мощенным мрамором улицам Пер-Рамзеса. Мимо домов, источающих довольство, чьи стены были украшены фаянсовыми облицовками, алебастровыми плитками и инкрустированы бронзой. Мимо медных оград с изображениями кошек и скарабеев, за которыми шумели мандариновые сады. Миновал он несколько чинно прогуливающихся сановников, обитателей этих домов, за каждым из которых семенило три-четыре нубийца с зонтиками и опахалами из павлиньих перьев. Так добрался он до Реки, обрамленной множеством пристаней на резных сваях. Питхор Иосепт разрешил своим ногам бежать, когда уже показалась его ладья, остойчивая и быстроходная, однако по вместительности и красоте много уступающая стоящим у берега баркам.
- Поднять парус, - закричал он с дистанции в двадцать локтей и двое ловких парней с Крита стали натягивать канаты. Питхор Иосепт быстро сдернул швартовые концы с причальных кнехтов и перепрыгнул в свою лодку.
- Лукос, постреленок, проснись, отталкивайся шестом... Керано, лысый ты бугай, и Памако, начинайте грести. Косоуто-балбес, сейчас как дам, быстро садись на весла. Ну вот, есть порядок, надеюсь, не только египетский.
Ладья вышла в фарватер, а гребцы вошли в ритм. Всех своих людей Питхор Иосепт послал на весла, многоопытного Лукоса, бывшего пирата, на парус, сам занялся кормилом и, конечно же, навигацией. Затерялся сзади Пер-Рамзесский створ, затем растаял маяк Око Хора и вот ориентиров почти не осталось, даже берега расплылись в камышовых зарослях.
Полковник не раз предавался охотничьим забавам в этой местности, поэтому не растерялся. Ориентиры все-таки имелись, хотя и незаметные постороннему глазу. Водяная растительность, камышовые вырубки, гнездовья птиц и, конечно же, крокодилы. Чем ближе к броду, тем больше этих священных животных, выполняющих волю бога Собека.
А Ра-Хорахти сползал по небосводу за горизонт, сочась кровавыми лучами, будто порезался о его острые края.
Вот и брод, мелководье, о днище трутся крокодильи шкуры, к ночи у тварей просыпается аппетит - в здешнюю неласковую воду даже палец опускать боязно.
- Памако и Косоуто, сушите весла.
Пора слушать воздух, напоенный ароматами вечера. Уже виднеются залысины на водной поверхности - где нет зелени, там дно уходит вниз. Если Ковчег сброшен в омут, то слуги зубастого Собека уже никогда не отдадут его.
- Керано, табань. Мариней, толкай шестом. Лукос, спускай парус. Постарайтесь не проморгать бритоголовых ребят, тогда мы первыми успеем сказать: "Мир вам".
Налетел ветер с моря и шелест камышей заполнил уши. Никаких намеков на какую-нибудь постороннюю лодку. И вдруг:
- Начальник, вы, кажется, что-то высматриваете? Я вот, например, замечаю примятые камыши - вон там.
- Мариней, за это ты получишь пропуск в храм Исиды без очереди. Ну, кто еще хочет попасть на прием к девам радости?
- И мне пропуск. Вот пузырьки, здесь шла плоскодонка, довольно крупная, - отличился пучеглазый Лукос. - И лилии какие-то притопленные.
- А теперь, мои пиратики, движемся в полном беззвучии и торжественности, как будто уже очутились в загробном царствии.