Страница 104 из 167
Скверное настроение было у Джонса-младшего. Отец донимал всяким вздором, вроде того, что кораблики на рубахах и безрукавках небритых солдат Храма изображают не что иное, как Ковчег (тоже свихнулся, мифотворец перезрелый). Касым доблестно молчал, не вступая в отвлеченные разговоры (жалко парня, задурили ему голову). Пожалуй, порадовать могла бы только погода, временно превратившая неприветливое плато в горный курорт, если бы не понимание того факта, что дождь или, скажем, туман были бы гораздо полезнее вжимавшимся в землю организмам. Потому что немцы уже приближались.
Прежде идущей по дороге колонны в ущелье вкатился гул. Моторы работали, не скрываясь. Впереди всех следовал конный разъезд, прокладывая путь прочим участникам каравана, затем появился танк, затем - автомобили. Колонну составляли сплошь грузовики - четыре единицы. Сразу вслед за танком шел легковой кабриолет с открытым верхом, в котором размещалось начальство. Эльза, - с удовлетворением отметил доктор Джонс. Мистер Бьюкенен, оберштурмбанфюрер Вольфганг и... Кто-то еще сидел в машине. Кто-то явно знакомый - издалека трудно было разглядеть.
- Не может быть! - прошептал старик Генри. Он всматривался, сняв очки. У него была дальнозоркость - очень удобно для военных операций в горах.
- Ну? - нетерпеливо спросил Индиана.
- Что здесь делает Маркус?
- Маркус Броуди?
- Да, это он. Ты что-нибудь понимаешь?
Вопрос был риторическим, и ответа не последовало. Тем более, через мгновение всем присутствующим стало не до вопросов и ответов. Новые Фермопилы, равно как и новый подвиг спартанцев, не заладились с самого начала, поскольку всадникам что-то не понравилось на дороге. Причем, именно в том месте, где была зарыта взрывчатка. Они вдруг заволновались, жестикулируя, показывая друг другу руками, затем развернулись и поскакали обратно, крича и яростно размахивая фесками. Разъезд состоял из местных жителей, из наемников, шайтан их побери. Танк остановился, и вся прочая техника остановилась. Засада срывалась. Бред набирал силу. Нацисты оказались опытными, осторожными, пугаными... "Вы умные, а я дурак, пробормотал доктор Джонс, прицеливаясь, удобно положив цевье карабина на камень. - Это вы зря встали, я ведь не промахнусь..."
Первые две пули он послал в водителя кабриолета. И действительно не промахнулся. Следующая пуля отправилась в кузов последнего из грузовиков, замыкающего колонну. В эту мишень трудно было не попасть - там помещались баки с горючим, пузатые, очень аппетитные. Взрыв, потрясший дорогу и холмы, словно разбудил дилетантов-фанатиков, разорвал пелену секундного оцепенения, и грянула пальба.
Впрочем, нападавшие не учли также, что взвод эсэсовцев был отборным, прошедшим школу Испании. Их оцепенение длилось меньше секунды: фигуры в черной форме посыпались с бортов, словно спелые сливы, рассредоточиваясь вдоль подножия холмов, и завязался кровавый обмен свинцовыми оплеухами.
Пассажиры кабриолета также не растерялись, повыскакивали в дорожную пыль. "Эльза, Маркус! - страшно заорал доктор Джонс. - Сюда, ко мне!" Он замахал бойцам в платках: "В женщину и старика не стрелять! Не стрелять!" Интересно, услышал его хоть кто-нибудь? Броуди жалко корчился на земле, прикрыв руками то ли голову, то ли уши. Герр Вольфганг бежал к танку, таща спутников за собой. Однако Эльза вырвалась и вернулась к машине выбросила тело водителя, заняла место за рулем, рванулась вперед - тут и мистер Бьюкенен на ходу вскочил обратно, боком упав сначала на заднее сиденье, затем спрятав длинное костлявое тело глубоко на дне. "Эльза! бесновался Индиана. - Никому не стрелять!" Касым, подчиняющийся только голосу долга, уже целился в сторону удиравшего автомобиля, зло и тщательно, тогда Индиана кинул в него камнем - времени подползти не оставалось. Воин выронил от неожиданности Томпсон и вскочил, пылая гневом. Предательство! - ясно говорило его мужественное лицо. "Прости, друг, жалко улыбнулся Джонс, - она же не виновата, что родилась шлюхой, эта чертова кукла..." Касым зря встал в полный рост, потому что очередь из станкового пулемета не прошла мимо. Парня жестоко опрокинуло на спину: он перевернулся на бок, разглядывая дыру в своей безрукавке... Кабриолет, ведомый Эльзой, объехал танк и помчался дальше. Вольфганг что-то прокричал ей вслед, карабкаясь на башню, но махнул рукой и исчез в раскрытом люке. Вдогонку за легковым автомобилем рванулся и грузовой, следовавший в колонне сзади - очевидно, водителю понравилась идея героической женщины. В кузове грузовика оставались еще солдаты, кроме того, некоторые из выпрыгнувших вернулись обратно, таким образом, был организован грандиозный побег. "Мина! - задыхался от отчаяния Индиана. - Стой, взорвешься!" Но доктор Шнайдер и без него знала, как ей жить дальше - на полной скорости она объехала опасный участок по склону, и следующий сзади грузовик в точности повторил ее маневр.
Теперь можно было заняться делом.
- Сиди, не высовывайся, - скомандовал Индиана отцу. - Я скоро вернусь.
- Куда ты, сынок?
- Дельце одно осталось, сэр. Пусть они пока сами разбираются друг с другом.
- А как же с ним? - указал тот на раненого.
Брат Касым умирал. Неотрывно глядя в небо, солдат Храма бормотал: "...я иду к ним... именем Трех... они ждут меня - Трое, они видят меня Трое...", - и еще что-то говорил, пузырящееся, очень неразборчивое.
- Утешь его, если сможешь, - сказал Джонс-младший.
Наемники, замыкавшие колонну, также мгновенно сориентировались в ситуации: развернули лошадей и поскакали прочь. Но тем из них, которые шли перед танком, не повезло. Оказавшись в гуще боя, их лошади перепугались, заметались между машинами, дополняя звуковую палитру сочным паническим ржанием. Не меньше минуты понадобилось всадникам, чтобы справиться с обезумевшими животными и задать правильное направление. Этого времени хватило Индиане Джонсу. Для начала он подстрелил одного, когда тот думал, что уже спасся. Лошадь, потеряв всадника, сразу перешла с галопа на шаг, не особенно обеспокоившись, скорее обрадовавшись. Затем и вовсе остановилась, сойдя с обочины в траву.