Страница 16 из 113
Небо затянули тяжелые, низкие грозовые тучи, подсвечиваемые изнутри грозовыми разрядами, задул пронизывающий до костей ветер, хлынул невесть откуда дождь. Ударил гром, сверкнула молния, и среди шума дождя и раскатов грома Кеншин расслышал:
– Танцуй, Майо но Араши!
«Вот так, сестренка,– мужчина едва успел уклониться от трех режущих потоков ветра и принял удар трезубца на тати.– Ах, чертовка!»
Тело Кеншина пронзил мощный разряд электричества и отбросил назад, а сзади, справа, слева и сверху к нему устремились потоки воды, наполненные реацу. Рывок вперед– ожидаемо, Юки встретила брата ударом сжатого воздуха, отбросившего Кеншина точно в неласковые объятия холодной воды.
– Водяная тюрьма,– Юки сделала движение трезубцем, словно повернула ключ в замочной скважине.
Потоки тут же создали вокруг Кеншина водяную сферу радиусом метров пять, непрерывно кружились, не давая ему вырваться, не позволяя даже толком пошевелиться и удерживая в центре, делая из брата отличную мишень для сестренки. «Черт, ну и геморройный же у нее занпакто,– Кеншин мысленно выругался, быстро думая над тем, как вырваться.– Вот что значит: моя сестренка!»
– Хадо номер четыре, Бьякурай,– Юки подняла палец в сторону брата. Яркая белая молния прочертила сумрачный воздух и прошила бедро мужчины. Вода стремительно окрасилась кровью, Кеншин скривился и снова рубанул мечом, пытаясь рассечь воду, но стремительные потоки унесли разрез в сторону и снова сделали рассечение бесполезным.
Тем временем тучи над экс-капитаном десятого отряда собрались в нечто вроде воронки с раскрывающимся центром, в котором ярко полыхала внушительных размеров шаровая молния. Кеншин поднял взгляд вверх, и на его лице с раздувшимися щеками отразилось выражение, которое можно легко выразить в двух емких словах: «Твою мать…».
Юки направила трезубец на огромную шаровую молнию.
– Божья кара.
Повинуясь движению трезубца вниз, шаровая молния диаметром метров пять в поперечнике накрыла водяную сферу и взорвалась. Яркий ореол электричества заставил капитанов-зрителей зажмуриться, прикрывая глаза рукавами. Несколько молний ударили в их стороны и натолкнулись на предусмотрительно выставленные данку.
А вредная сестренка прижала ладошку ко рту, испугавшись, что прикончила братика. Но вместо хорошо закопченного тела на мостовую упало дымящееся, местами прожженное косоде.
– Третья тайная техника сюмпо, Цикада,– услышала Юки за спиной и едва успела блокировать удар занпакто. Трезубец задрожал, едва-едва сдерживая сильный удар тати, а ее брат стоял перед ней, целый и невредимый, и лишь дырка в штанине да пятно крови вокруг нее свидетельствовали о бывшей там ране. Даже рана на груди куда-то исчезла.
Юки стремительно отбила несколько рубящих ударов и прыгнула назад и вверх, взмахом трезубца порождая наполненную синей реацу волну сжатого воздуха. Кеншин нанес встречный удар, без труда рассекая атаку сестренки и скрылся в сюмпо. Рассеченный надвое удар воздуха прочертил в земле две внушительные борозды и снес здания на несколько десятков метров, а там, где мгновение назад стоял Кеншин Карасу, брусчатку оплавили десяток попаданий молний.
– Похоже, что кое-кто всерьез надумал меня прикончить,– нахмурился Кеншин. Три потока воды ударили его с трех сторон и нарвались на встречный взрыв синей реацу, испаривший воду и разломавший мостовую на несколько метров вокруг экс-капитана десятого отряда.
– Хадо тридцать три, Сокацуй!– тут же среагировала Юки.
– Бакудо сорок четыре, Хашу,– ответил Кеншин. Желтоватый шестиугольный щит поглотил сильный огненный взрыв, затопивший половину площади. Мужчина исчез и возник за спиной Юки:
– Бакудо семьдесят пять, Гочутеккан!
Девушка сорвалась в сюмпо, но прямо на выходе увидела нацеленный в нее указательный палец брата.
– Бакудо шестьдесят три, Садзесабаку.
Снова сюмпо– и золотая цепь захлестнулась вокруг самой себя. Кеншин хмыкнул и завел тати за спину, блокируя удар трезубца и отвечая встречным ударом ноги. Юки уклонилась и снова атаковала своего брата.
– Ответь мне, почему?– крикнула девушка, а ее удары из четко выверенных вдруг стали беспорядочными.– Почему ты нас предал? Почему ты меня бросил? Почему ты оставил здесь нас? Ненавижу тебя, ненавижу!
Удары становились все сильнее и сильнее, Кеншин отступал, тщательно блокируя удары и корректируя их так, чтобы сестренка не навредила сама себе. А вся та боль, что терзала девушку тридцать лет, вырвалась наружу сейчас, прямо во время их схватки.
– За что ты нас бросил?– выкрикивала Юки, обрушивая на брата удар за ударом.– Что мы тебе плохого сделали? Почему ты оставил нас здесь? Почему ты бросил меня совсем одну? Я же так тебя любила… братик…
Кеншин остановился, со странной смесью чувств глядя на всхлипывающую сестренку. Трезубец в ее руке дрожал и вдруг упал на брусчатку, просто выскользнув из пальцев, а на Кеншина уставился взгляд полных слез и боли синих глаз:
– Почему ты не взял меня с собой?
Капитан девятого отряда не выдержала и разрыдалась, рухнув на колени и опершись на руки. Дым, пыль и туман облаком затягивали поле боя, скрывая их от посторонних глаз, Кеншин присел рядом с ней и прижал сестренку к себе.
– Прости,– все, что он мог сказать. Юки в ответ разрыдалась пуще прежнего, со всей силы вцепившись пальчиками в плечи брата и оставляя на коже красные отметины.
– Я… я думал, что если уйду, то защищу тебя от Айзена,– шептал Кеншин.– Я ошибся, прости. Сейчас… из-за моей ошибки ты сейчас под ударом. Теперь я не могу взять тебя с собой. Йоруичи и Ячиру не покинут Сообщество Душ, у них слишком много здесь дел, и ты– единственная, кто их защищает от Айзена. Я свалил на твои плечи эту ношу, и все, что могу– просить прощения. Я тебя люблю, Юки…
– Сколько еще?– сестренка подняла на брата полный любви и надежды взгляд.– Сколько мне ждать?
– Не знаю,– вздохнул брат.– Прошу тебя, Юки… перестань тосковать, найди, ради чего тебе жить… и жди…
– Хорошо, я буду ждать,– Юки шмыгнула носиком и удивленно распахнула глаза, отвечая на глубокий и нежный поцелуй, по которому она так соскучилась.
– Ты стала такой сильной, ты справишься. Я тобой горжусь,– услышала Юки перед тем, как Кеншин поднял ее на ноги и поднялся сам. Девушка подобрала трезубец и запечатала занпакто, потоком реацу высушивая промокшую форму. Короткий бой оказался весьма напряженным, что не удивительно. Кенпачи предупредил ее, что с братом ей придется выкладываться на полную– слишком много реацу она вложила в свои атаки, зная, что используя обычные способности занпакто, не сможет даже коснуться брата. Как только Юки запечатала занпакто, она сразу почувствовала навалившуюся слабость. Ноги подкосились, руки задрожали, и девушка упала бы, если бы ее не подхватил Кеншин.
– Братик…– умиротворенная улыбка коснулась губ Юки, в синих глазах отразилось счастье и желание подольше побыть на руках у брата.
– Ты стала очень сильной,– тепло улыбнулся брат.– Вложить столько реацу в атаки и при этом с легкостью их контролировать– задача не из легких.
Три всполоха реацу отвлекли его от беседы с сестренкой. Кеншин оглянулся на трех капитанов, застывших в ожидании. Мрачный, холодный взгляд Бьякуи, ухмылка Гина, напряженность Тоширо– все его ученики просто излучали решимость вступить в бой с наставником.
– Я потратил довольно много реацу, сражаясь с Юки,– Кеншин ухмыльнулся в предвкушении схватки.– Но не думайте, что все будет просто. Гин, отнеси Юки в ее кабинет.
– Хорошо,– расплылся в ухмылке Ичимару, в буквальном смысле улыбаясь до ушей. Два сюмпо– и вот он снова стоит здесь, получив удовлетворенный кивок наставника.
– Прекрасное сюмпо, Гин,– похвалил Карасу и встряхнул тати. Тело капитана окутала уплотненная реацу, словно вторая кожа, тати, казалось, вспыхнул ярко-синим пламенем, воздух заметно потяжелел и уплотнился, но капитаны не испытывали заметного дискомфорта, высвободив свою реацу в ответ.
– Цвети, Сенбонзакура,– скомандовал Бьякуя. Клинок его катаны засветился розовым светом и распался на тысячи крохотных клинков, отражающих свет так, что казалось, будто это и не клинки вовсе, а лепестки сакуры. Поток лепестков тут же устремился к экс-капитану десятого отряда.