Страница 142 из 282
-Майор Кривицкий пострадал в результате деятельности демона Аирини, и даже некроманты, буде у нас таковые, не смогли бы с ним связаться. – Спокойно сообщил Шафран
-И что теперь? – сдержанно осведомился Язоров. Он свел красиво очерченные брови на переносице, ожидая ответа
-Теперь, конечно уж, на покойника повесят всех собак! – Резвая с размаху плюхнулась обратно в кресло – Главный злодей у нас псина Кривицкий, а все прочие белые и пушистые…
-О чем вы говорите? – тонкая улыбка генерала арахнидов Ицына возникла, и так и приклеилась к его губам.
-Я что-то никак не уловлю…
-В ночь на первое мая в палате медотсека произошло ЧП – поджала губы Свирязинская, генерал от оленей – Проник демон третьего уровня, некая Аирини, и, прошу прощения, съела вашего майора…
-Который, между прочим, так и не ответил за свои действия! – запальчиво выкрикнула с места Резвая.
-О каких действиях идет речь? – подняла голову генерал кораксов Шалинская – Мне не хочется пропускать сеанс гадания, давайте быстрее…
-Кривицкий был привлечен к суду этим… как его? – Самохин заглянул в бумаги – Капитаном ан Аффите. Тут материалов по этому делу – три тонны… — он продемонстрировал всем желающим внушающую уважение папку, тяжеленную с виду.
-Решение суда было отсрочено, пока ответчик не придет в себя.
-А теперь его и вовсе замнут!.. – Резвая независимо сложила руки на груди
– Только знайте, что я молчать не собираюсь! Этот ваш майор – изрядная скотина, и по заслугам получил! Жаль только, что зомби его не засудил, это был бы полный финал!..
-Зомби ан Аффите в ИПЭ больше нет – Ицын пожал плечами, то ли извиняясь, то ли скрытно радуясь сему факту – Решать дело предстоит нам.
-Генерал Шафран, что вы скажете по этому вопросу?
-Полагаю, это очевидно – седоватый мужчина, с виду лет шестидесяти пяти вздохнул – То, что Кривицкий виновен, ан Аффите доказал, без вопросов, только какой от этого толк нынче?.. Ну, признаем мы его виновным – посмертно – ну и что дальше?
-Это, по крайней мере, будет честно!.. – снова влезла Резвая
-Послушайте, а нельзя ли как-нибудь эту историю… обойти, а?
-Генерал Самохин, нельзя. Аирини знаете, где сейчас?
-Понятия не имею…
-В следственном изоляторе. Ее приволок этот ан Аффите, чтоб ему на том свете икалось, потому что она, видите ли, свидетель!..
-Гениально… Он теперь и демонов судить будет, или что?
-Ну, это с юридической стороны, законно – одобрительно кивнул Язоров. В углу закашлялась генерал зайцев Тишкина. Она молчала с самого начала собрания, а теперь вот решила привлечь внимание аудитории
-Деточки, что-то никак я старая не скумекаю – неушто ль бесовская погань в Ституте нашенском появилась?.. – все поглядели на пухленькую старушку, уютно устроившуюся в теплом местечке. Ее морщинистое, как печеное яблоко, лицо, выражало легкое беспокойство.
-Аирини находится там, где и положено быть свидетелям – припечатал Капасский, генерал от медведей – И будет. Пока не решится все.
Высказавшись таким образом, он умолк, видимо, надолго.
Майор воспользовалась паузой, и, наконец-то, оглядела собравшихся. Все двенадцать оборотней, сидевших за круглым столом, напоминали ей консилиум хирургов, решающих, как бы половчее разрезать неизлечимого больного. Кажется, они никак не могли договориться, с чего начать вскрытие.
-Мы в любом случае должны закрыть дело Кривицкого – заметила генерал Шалинская, полируя ногти – Хоть посмертно, хоть как. Вывесите завтра приказ, или что там…
-Надеюсь, хоть после него ИПЭ не сойдет с ума всем составом – заметил тихо, почти себе под нос, Гордеев. Он не стремился в центр внимания, и больше слушал, чем говорил. Он стал генералом конфессии горных козлов лет так десять назад, и с тех пор мир не особо изменился в его глазах.
-Итак, кто за приказ? Раз, два, три… Вы против, генерал Ватра?
-Вважаю зайвим – отрубил лихой казак, накручивая смоляной ус – Щодо москаля, хай йому грець, то хай бы сказився…
-Он не может, он умер – ровным голосом и все с той же приклеенной улыбкой ответил Ицын, за что заработал неприязненный взгляд Свирязинской. У арахнидов и оленей был давний конфликт на почве взаимных интересов. Ватра, оборотень-выдра, пренебрежительно фыркнул. Секретарь вздохнула. Она ненавидела политику в такие моменты. Та слишком отравляла жизнь.
-Значит, за приказ – десять из дюжины? Кто, кроме Ватры, не голосо… А, понятно, вопрос снят. Хорошо – Джарская встала со своего места, собирая бумаги – Большинством голосов принято. Завтра, мне бы хотелось верить, я увижу ваши резолюции на документах… И еще одно. Кто-нибудь, разбудите генерала Джежоли…
-Сэдфилл, у нас проблемы.
-Очень смешно…
Старший выездного отдела разведки поправил очки на носу. Его фамилия была Хьюстон, и над этим постоянно подшучивали сотрудники. В конце концов, шутка вышла за пределы понятия «юмор» и осталась как своеобразный сленг.
-Одна из твоих ячеек заслана в Судан
-Я уже в курсе.
-И они там… начудили.
-Почему я не удивляюсь?..
-В смысле?
-Они 414-ые.
-Тогда ясно. – Хьюстон вздохнул, и посмотрел на лежащие перед ним бумаги. Они его не обрадовали.
-Сэдфилл, тебе придется ехать туда. Передавать им амулеты. Любой магический канал засечет этот их ведьмак. Не поджимай так скептически губы, ты его не знаешь
-Как раз кто-кто, а я его хорошо знаю. Но продолжайте. Речь шла о проблемах.
-Если коротко – тебе придется открывать легенду.
-Какого Лиса?!..
-Такого. Ты туда в каком виде отправишься? Правильно, в рабочем. А амулеты кто должен передать? То-то и оно, что связной.
-Черт…
-Если хочешь, можешь сняться с задания – милостиво разрешил Хьюстон
– Но, почему-то мне кажется, что ты не хочешь…
— Но и легенду рушить тоже нет желания – Сэдфилл закурил, глядя в окно. Чем ему нравился кабинет начальника, так это демократичностью. Полковник скептически поглядел на молодого человека, курившего, присев на угол его стола.
-Решай – не выдержал Хьюстон – Или я пишу отправную, или…
-Или?
-Задание – дело добровольное. А не так, что хочешь – идешь, а хочешь – нет.
-Хьюстон, у нас если и есть проблемы, так это вы.
-Я не Лис.
-Не может не радовать. Ладно. Я берусь. Какая легенда?
-За легенду можешь поблагодарить своих 414-ых. Подгруппу «А» отправили на разведку, а они хитренько влились в ряды противника, и теперь как бы на его стороне, вступили в эту «новую волну». Так что тебе один лишь путь – поступить точно так же.
На лице Сэдфилла не было ни тени чувства. Он курил, глядя в окно, словно и не слушая начальника. Через пару минут он оставил окурок в пепельнице в виде черепа в шутовском колпаке – подарок Хьюстону на десятилетие его службы в отделе – и взял со стола папку.
-Билеты будут?
-Как всегда.
-У меня только одна личная просьба. Не говорите об этом выезде майору Джарской. Это личное.
Просыпаться было тяжело. Впрочем, как и всегда, если накануне ты злоупотребила… И, что хуже всего – злоупотребила одна…
Ирина Валерьевна осторожно открыла один глаз.
И никто тебе не принесет кефирчику, и пельмешков не сварит, и не обзовет нехорошими словами. Интересно, какой добрый человек довез ее до дому после вчерашней буйной гулянки в «КомплеХХХ»-е… Смутно припоминались какие-то знакомые лица, но кому бы они могли принадлежать – это большой вопрос. Самым ярким вспоминанием оказалось святое убеждение, что связной № 61 – просто душка.
Он-то, может, и душка, но… Слишком между ними большая разница. Чин, возраст, взгляды… Он ведь даже имя свое ей сказать постеснялся – вон секретарь ИОО какая важная шишка, а он кто…
Заставив себя таки встать, и добрести до ванной, Ирина немилосердно терзала память. Так, но все же – до чего вчера дошло-таки, а?.. Колыхающиеся занавеси вокруг столиков… Бегающие огни… Чей-то файерболл летит в стену… Рысева задорно гоняется за Гуляновским – и это взрослые люди, между прочим… Беата танцует в центре круга… 414-ые кого-то очень ругают… Сцена… Продажа ее перчатки… Джежоли, вылизывающий ухо Воронова… Барная стойка и рыдания в пушистое манто…