Страница 22 из 211
- Валерка, я тебя узнаю дружище...! Тебя, как и раньше, не остановить! Или, что поговорить не с кем было всё это время? Но ты, как всегда молодец....! Спасибо за звонок, но по телефону долго болтать не будем. Ещё успеем наговориться. Да и дела есть неотложные по хозяйству. К примеру, водку охладить.... Готовиться к встрече надо. К встрече старых, верных друзей. Подходи ко мне вечерком, часам к семнадцати. Без опозданий. А с твоей новой подружкой у меня и познакомимся. Хорошо...!?
- К пяти вечера по гражданскому времени ты имеешь в виду? Идёт! Замётано. Ну, тогда пока.... До встречи Чао!
= = =
Максим, мягко говоря, верховодил среди своих друзей. Он до конца не понимал, почему это так происходит, и от чего это зависит, но он видел и знал, что по каким-то ему непонятным причинам и законам, ребята к нему тянутся, и его мнение, как правило, во всём, и всегда было последним и главенствующим. Интересно то, что почитай с каждым из них в своё время, он выяснял отношения далеко не интеллигентным способом, а именно способом обыкновенного мордобоя. Один просто говорил другому - Пойдём, выйдем.... - Так в то время было модно. Находили укромное местечко, и там "пластались...". Дрались до первой крови, до сбивания с ног, или до конца, пока побеждённый противник, не попросит пощады. В зависимости от уговора перед дракой. Дрались, открыто, свободно. Никто не опасался получить удар в пах ногой. Считалось за большую подлость, бить ниже пояса. Кто был на земле, того не били. Никакого подручного "оружия". Только свои кулаки, и больше ничего.
И Максим, у которого одним из правил, или даже его боевым девизом был... - Всегда бей первым... (ему так же очень нравился ратный клич Стеньки Разина: -"Сарынь на кичку...!") - как правило, в каждом из этих поединков, добивался перевеса и частенько выходил победителем. Драться он умел, а иногда даже, просто с каким-то непонятным для себя удовольствием занимался этим "делом...". После этого, он старался не относиться к ним, как к своим "рабам", или как к мальчикам на побегушках. Нет.... Он относился к ним, как к абсолютно равным партнёрам, без видимого намёка на какое-то своё превосходство, но, тем не менее..., в большинстве случаев, правом принимать окончательное решение по многим вопросам в своем окружении, обладал он один. Где встречаться, в какое время, куда пойти, и чем заняться, решал Максим. С ним особо не спорили, и с его решениями были согласны.
Максим, старался не рассуждать, правильно это или нет, хорошо или плохо, но отказываться от этого пока не собирался. Да и правила улицы его не хотели отпускать.
Где-то там, глубоко в подсознании он чувствовал, что быть вторым он никогда не сможет. - Или Первый, или..... - о том, что может быть после второго "или" он старался не думать.
Были примеры, когда он встречал более сильного и более умного противника, и, вынужденно уважая эти качества, которые ставили этого противника выше его самого, вне зависимости от желания - хочу, не хочу - должен, не должен, он уходил. В другое окружение, к новым людям, на другую территорию. Не потому, что боялся. Нет.... Просто глупо двум медведям укладываться спать в зиму, в одну берлогу, а двум мудрецам в односпальную кровать... - считал Максим... - Места, под солнцем, для всех более чем достаточно. Никогда, и ни при каких обстоятельствах не жадничай. Тебе надо, только вовремя занять, своё место.
Как бы там ни было, но приезд его не остался незамеченным.... К семнадцати часам подошли, Володя Доброхотов, Валерка Коваль с подругой Ириной, Миша Канин, Володя Пороховников. И что самое, может быть удивительное, пришла Лена Гриневич.
Перед уходом в армию, она, пятнадцатилетняя девчушка, на которую из ребят никто не обращал внимания, под любым предлогом, старалась приблизиться к их компании девушек и парней. И больше всего, до ухода Максима в армию, ей хотелось, чтобы её заметил именно он. Но Максим и ребята, которые были старше Лены всего на три-четыре года, в то время считали её стеснительным, неуклюжим подростком и относились к ней в лучшем случае, снисходительно. А чаще, откровенно выпроваживали, а если она была чрезмерно назойлива или проявляла, как им тогда казалось детское упрямство, просто прогоняли. И Лена часто уходила домой, не солоно хлебавши, со слезами на глазах.
Теперь же, глядя на Лену, ни у Максима, и ни у кого-либо из ребят, желания выпроводить, а уж тем более прогнать её, явно не возникало.
Два с лишним года не прошли даром. Из угловатого и неуклюжего подростка, Лена превратилась в стройную, и не просто симпатичную, а прямо-таки девушку красавицу. Прелестное личико, точёная фигура, плечи, шея и грудь, стройные ноги, и всё остальное, по всей вероятности, было идеально.
У всех присутствующих было такое ощущение, будто бы она только что сошла с полотна очень искусного мастера-художника, эпохи "Возрождения".
Ей было около восемнадцати лет. Она была действительно красива.... Но она видимо еще до конца не понимала, каким грозным женским оружием обладает. Не могла ещё оценивать его по достоинству, правильно им распоряжаться, и при возникшей необходимости, в "нужный..." момент, и в нужном направлении, его эффективно использовать.... Для решения практически "любых..." жизненных "сложностей" и проблем.
И сейчас, так же, довольно стеснительно, Лена поздоровалась со всеми, кто находился в доме, отдельно с Максимом и, стараясь, не привлекать к себе особого внимания, скромно заняла свободное место.
Максим изредка, но надо сказать не без интереса, поглядывал в её сторону. Поглядывал оценивающе....
К этому времени, стол в честь его приезда и приема гостей, был накрыт, и после приглашения Зинаиды Семёновны, все засуетились и с шутками начали занимать места.
- Сударыня...! - игриво начал, обращаясь к Лене, Володя Пороховников: - Я приглашаю Вас занять достойное место на этой великосветской встрече, организованной по очень серьёзному и важному поводу. А именно по поводу возвращения в родные пенаты, а также к своим старым друзьям, нашего очень скромного, но, тем не менее, очень уважаемого нами товарища, со столь странным именем "Чао".... И по нашему общему разумению, в переводе с итальянского, слово "чао" звучит достаточно грустно, а именно... - "до свидания". Быр-р-р-р...! Это даже не столько грустно, сколько попросту страшно, и в какой-то мере, для кого-то просто бесперспективно! Я имею в виду прекрасных дам. И я также полагаю, что Вам красавица нет необходимости объяснять, где это место находится? Да, да, Вы правильно думаете...! Это место, как мне самому ни странно, находится рядом со мной. Или, моё рядом с Вами...!? Э-э-э...! Что-то я, запутался друзья мои. Причём, в своей же собственной речи. В общем так...! Я, хочу Вам сказать вот что. Здравствуйте неотразимо- прекрасная Елена...!
- Вот, на этом итальянском языке, я Вам дорогой мой, так и отвечу, ч-а-о... - неожиданно для Максима парировала Лена: - Вы уважаемый Вольдемар чуть-чуть опоздали. Меня уже пригласил занять, как Вы выразились достойное место, тот самый "страшный..." Чао, ради которого мы здесь сегодня все и собрались. А я чту, уважаю и исполняю все желания главы этого дома! Хотя бы сегодня, в день его приезда.... А дальше будем посмотреть.... Я так воспитана, и я так думаю, мой милый и неотразимый Вовчик...! - она приняла шутливый тон Володи.
Максим с интересом слушал эту словесную пикировку. Он также про себя не без удивления отметил, что Лена не моргнув глазом, соврала в отношении, якобы его предложения сделанного ей, сесть за стол рядом с ним. Он ей этого не предлагал и к стати об этом даже не подумал. И очень возможно, что напрасно.