Страница 70 из 80
— В другой ситуации мне полагалось бы как минимум выпороть тебя. А сейчас я прекращаю твое вынужденное безделье. Думаю, Сонора, ты и так пережила немало горя.
Она уставилась глазами в пол.
— Похоже, вас не очень-то удивило мое признание. Выходит, что и лгать я толком не умею.
— Вовсе нет. К этой мысли привела меня именно наша подопечная. Что-то ведь побудило ее выслеживать тебя и даже убить твоего брата. Причиной тому мог послужить и просто тот факт, что ты — полицейский. А могло и что-то другое. И я решил, что здесь дело в другом. Ведь твои дети в результате оказались на самом краю пропасти. И если уж мне стали сниться кошмары, то одному Богу известно, что пришлось пережить тебе.
Сонора нервно закусила губу.
— Послушай, Сонора, это хорошо, что твои дети далеко отсюда, но они не могут вечно оставаться без матери. Нам надо спровоцировать Вспышку, разозлить ее, вывести, так сказать, из равновесия.
— Хотите, чтобы я опять переспала с Китоном? — спросила Сонора, однако взгляд, брошенный сержантом в ее сторону, заставил ее пожалеть о своих словах.
— Выступление в прямом эфире по радио, с телефонными звонками слушателей — помнишь? Мы хотели было поручить это Сэму, но ты ведь понимаешь, что у тебя шансов на успех несравненно больше. Конечно, гибель твоего брата, несколько собьет интервью с предполагаемого курса.
— И вы хотите, чтобы я сделала это, не так ли?
— Все зависит от того, чего ты сама хочешь.
— Чего я хочу, — повторила его слова Сонора, расслабленно свесив руки между колен. — Чего я сама хочу — так это схватить ее наконец.
Глава 55
Сонора осторожно пробиралась по влажному, только что протертому кафельному полу, старательно обходя еще не высохшие места. В морге царила тишина, огни в большинстве залов уже были погашены. Откуда-то издалека до ее слуха донесся знакомый голос Эверсли:
— Ну да, конечно, еще одно таинственное исчезновение. Сначала куда-то пропал мой купон на покупку цыплят, а теперь еще и это. Ты говоришь, что с трупами такое случается?
Сонора подошла к холодильному отделению. Термометр показывал 55 градусов по Фаренгейту. Через смотровое окно она увидела одинокое тело Шири Лафонтен, лежащее, словно забытая возле камина кочерга. Ноги Шири были завернуты в полотенце.
Рядом терпеливо топтался Марти:
— Неприятно это говорить, следователь, но некоторые трупы в нашем морге выглядят куда здоровее тебя.
— Значит, я попала именно туда, где мне и место, не так ли?
Он кивнул головой в сторону трупа:
— Это она?
— Да, она самая — Шири Лафонтен. Эта девушка промышляла на той стороне реки. В наши края ее занесло откуда-то из Северной или Южной Каролины.
— Она была среди подозреваемых по делу Дэниелса?
— Теперь она вне подозрений. Насколько я понимаю, смерть наступила в результате резаных ран в области горла.
— Погоди, мы еще сделаем из тебя патологоанатома. — Марти что-то записал на листе. — Подпиши-ка здесь.
Сонора черканула свою подпись.
— Я думала, что здесь Моллитер.
— У него сегодня выходной. Кроме того, его вызвали в суд, а там ему платят полторы ставки… А ты знаешь, я участвовал в подготовке этой радиопередачи со звонками в прямом эфире. В качестве эксперта по созданию имиджа — полицейский и жертва.
Сонора сидела, откинувшись на спинку стула, сняв тесные туфли на высоких каблуках, которые она решила выбросить к черту сразу же, как только вернется домой. За окном стояла непроглядная темень. Перед уходом из дома Сонора поговорила с детьми по телефону. Вырывая трубку друг у друга, Тим и Хитер взахлеб рассказывали ей, как весело и интересно они провели время на пляже.
Сделав глоток воды, Сонора прикинула, удобно ли ей сейчас отойти в туалет.
Рядом с ней, напротив пульта управления, сидел мужчина, одетый в синие джинсы и оливково-зеленый пуловер. Он ей приветливо улыбнулся, стараясь, по мере сил помочь снять напряжение, понимая, что она волнуется.
— Только, прошу вас, не забывайте, что в эфире можно употреблять отнюдь не все слова из обычной устной речи, — пригладив пальцами тонкие черные усики, обратился он к ней.
— Еще бы! Тогда вас сразу лишат лицензии, а меня вышибут с работы.
Похоже, ее слова убедили его.
— Тогда приступим, пожалуй. Если вам вдруг захочется кашлянуть или станет нехорошо, просто поднимите палец, и я прерву передачу. Внимание — раз, два, три… сегодня вечером с вами в студии Ритчи Сиверс и наш гость — инспектор Сонора Блэйр из отдела по расследованию убийств полицейского управления Цинциннати. Инспектор Блэйр, если не ошибаюсь, вы возглавляете расследование по делу об убийстве Марка Дэниелса?
— Да, я возглавляла это расследование до недавнего времени.
Сиверс коснулся ладонью лба.
— Разумеется, я понял. Ведь только те из вас, дорогие слушатели, кто живет в абсолютном информационном вакууме, не знают, что последней жертвой этой так называемой Вспышки стал родной брат мисс Блэйр. Сонора Блэйр сегодня любезно пришла в нашу студию, чтобы рассказать о ходе поисков омерзительной убийцы юного Марка Дэниелса, который, как вы все помните, был заживо сожжен в своем автомобиле. Инспектор, также даст нам, ребята, пару добрых советов, как избежать участи бедняги Марка. — В этом месте ведущий слегка хохотнул. — И если у кого-нибудь из наших слушателей есть вопросы к инспектору Блэйр, не медлите, а тотчас же звоните в студию.
Сиверс закончил свою вступительную речь. Сонора не знала, следует ли ей как-то прокомментировать его слова.
Сиверс улыбнулся ей и продолжил:
— Следователь Блэйр, как вы считаете… извините, я прерву свой вопрос — по-моему, к нам уже кто-то дозвонился.
— Привет.
Голос оказался женским, и Сонора почувствовала, как тревожно забилось у нее сердце.
— Здравствуйте, вы в эфире вместе с Ритчи Сиверсом и инспектором Блэйр из отдела по расследованию убийств полицейского управления Цинциннати.
— О, привет, Ритчи, я часто слушаю твои передачи. У меня есть вопрос.
— Мы тебя внимательно слушаем, но для начала представься.
— Ронда Хендерсон.
— Еще раз приветствуем тебя, Ронда, и спасибо за звонок. Итак, твой вопрос?
— Вопрос? Я просто хотела кое-что узнать. Гм-м. В общем, вы женщина и служите в полиции. Вы так же, как и мужчины-полицейские, носите револьвер?
Сонора откинулась на спинку стула и скрестила, ноги.
— У каждого полицейского есть револьвер.
— И вы знаете, как им пользоваться?
Сонора тяжело вздохнула, подумав, что этот прямой эфир на самом деле не слишком удачная идея. Сиверс тем временем отвечал на звонок очередного абонента. Им оказался мужчина. Она пошевелила плечами, стараясь снять неприятное мышечное напряжение в области позвоночника.
— Мэм, вы та самая женщина-полицейский, чей брат погиб при пожаре бара-ресторана?
— Да, это я.
— У вас, должно быть, большое горе.
Сиверс бросил на нее сочувствующий взгляд и сказал в микрофон:
— Благодарим вас за звонок, сэр. Мы очень признательны за ваше сострадание.
— Вы пристрелите Вспышку, когда доберетесь до нее?
— Моя задача — защищать закон, а не нарушать его, — ответила Сонора.
— Окажись я на вашем месте — если бы убили моего брата, — я бы эту гадину придушил собственными руками.
— Моя главная цель — задержать ее, чтобы она предстала перед судом.
— Сколько времени это займет? Полагаю, что теперь, когда она убила, так сказать, одного из ваших, вы там наконец что-нибудь предпримите, чтобы покончить с ней.
— Никто не разделяет ваше нетерпение так, как я, сэр, но могу заверить, что с самого первого дня поисками этой женщины занимается команда первоклассных полицейских. Все они работают и будут работать двадцать четыре часа в сутки — до тех пор, пока не схватят ее.
— Да, но…
Сонора почувствовала, что щеки ее заливаются краской. Она попыталась сосредоточиться, подумав, что смерть Стюарта еще слишком свежа в ее памяти и пора бросить все к черту и заканчивать эту неудавшуюся передачу. Сиверс сделал ей знак рукой — еще один звонок.