Страница 64 из 95
Несколько секунд Адам молча глядел на него, затем вздохнул, махнул рукой, то ли не зная, что ответить, то ли просто не желая отвечать. Стивен как угодно представлял себе встречу старых друзей после двух лет разлуки, но только не так. Ни слов приветствия, ни попыток узнать, как идут дела, ни стремления поделиться новостями… Ничего такого, что хоть как-то намекало бы на то, что этих двоих и правда связывает нечто большее, чем одежда с флагом давно несуществующей страны.
Бутылку с водой у него отобрали, не успел он выпить и половины. Адам с жадностью присосался к горлышку, вытерся, извинился, пояснив, что от химии мучает жажда. Присел на металлический ящик и, аккуратно прицелившись, ввел иглу, пустил по венам очищающий от радиации препарат.
А затем про Стивена снова забыли. Два курьера, пристроившись в стороне на металлических ящиках, завели разговор - тихий и неторопливый, размеренный, будто никому никуда не надо было спешить. Стив старательно прислушивался лишь первые полчаса, надеясь уловить крупицы какой-нибудь новой для себя информации, но все, о чем рассказывал Адам, уже давно было ему известно. А то, о чем говорил Улисс, казалось почти бессвязным набором слов, однако Адам возражал, отвечал на вопросы, стремился продолжить начатую своим другом мысль, и это выглядело странно. Словно два человека из совершенно разных миров, разговаривая на абсолютно разных языках, каким-то чудом умудряются понять друг друга.
Впрочем, временами они и правда начинали говорить на другом языке, непонятном и незнакомом, лишь время от времени в беседе проскальзывали узнаваемые слова и названия - “Мохаве”, “НКР”, “Нью-Вегас”, “казино”, “Братство Стали”… Речь Улисса звучала четко, Адам же, казалось, временами с трудом подбирал слова.
- Союз?.. - доносились до него обрывки фраз Курьера, когда он снова переключался на понятную речь, выдергивая Стива из полудремы, куда тот неумолимо погружался, убаюканный теплом, покоем и чужой беседой.
- Тандем. Мезальянс, - раздавался глухой и низкий голос Улисса. - Изначальное неравенство, будут недовольные, станут осуждать.
- Невозможно. Никто не пойдет на это.
- Говори.
- Никто не станет слушать.
- Заставь. Демонстрация силы. Уверенность. Власть. Дай им возможность услышать, увидеть, осознать. Если потребуется, действуй, но не мне говорить, как, не мне учить.
- Я не хочу конфликтов.
Легкий смешок и какой-то стук. Стивен приподнял отяжелевшие веки, поерзал, пытаясь усесться поудобнее, несколько раз зажмурился, мотнул головой. Увидел, что Адам присел возле переносной электрической плитки, возится с чем-то… Поймал на себе ничего не выражающий взгляд Улисса, сонно моргнул и уже не смог открыть глаза.
- Пришел сюда с флагом старого мира и символами диких племен. Привел Медведя и говоришь, что не хочешь конфликтов. Ты совсем не изменился, Курьер.
- Это ты сейчас попытался пошутить? Или упрекнуть меня в чем-то?
- Упрекнуть? Нет. Объяснить, чтобы ты сам увидел и понял.
- Почему ты решил, что я не вижу и не понимаю? Я вижу, я понимаю… Я ведь еще тогда видел и понимал, но какой у меня был выбор? Сыграть по правилам Хауса? Швырнуть Мохаве к ногам Цезаря, и пусть половина населения болтается на крестах?.. Я не видел иных путей, не видел вариантов… Да и не ты ли мне сказал, что один черт, кто победит?
- Я имел в виду…
- Я знаю, что ты имел в виду. И ты был прав, именно поэтому я пришел к тебе. Спросить совета и забрать то, что ты обещал сохранить для меня.
- Значит, ты уже все решил, - констатировал Улисс. - Так о чем ты просишь, в чем ты видишь проблему?
- Проблему? В некотором роде это…
- Он не спит.
- Хм. Правда? Стив не спит?
В очередной раз с трудом разлепив веки, Стивен сфокусировался на Адаме, вздохнул.
- Стив спит, - пробормотал он, с сомнением скользнул взглядом по матрасу, прикидывая, как бы устроиться на нем поудобнее. Матрас был грязным, продавленным, с какими-то очень подозрительными бурыми пятнами, но выбирать не приходилось, и, если подложить под голову вещмешок, то…
- Держи, - присев рядом на корточки, Адам протянул жестяную банку, почти до самых краев заполненную какой-то жидкостью. Стивен осторожно принюхался, затем сделал маленький глоток. Похоже на кофе, но с необычным, сладковатым привкусом. Приятное на вкус, хоть и горячее, почти невозможно держать в руках.
- Из военных? - вопрос Улисса адресовался Адаму, тот, слегка обернувшись, кивнул. - И зачем он здесь?
- А куда его девать? Там небезопасно, те, кому я доверяю, заняты другими делами, а найти тихое место подальше от Вегаса и оставить парня там… Это мы уже проходили, верно, Стив?
Слегка покоробленный тем, что о нем говорят в третьем лице, Стивен бросил на Адама недовольный взгляд, промолчал, уткнувшись в банку и вдыхая ароматный пар.
- Стив хороший парень, - почему-то глядя на него, а вовсе не на Улисса, снова заговорил Адам. - Он пытается поступать по совести, хочет помогать людям, старается быть честным… Не всегда у него это получается, но он старается. И при этом хранит верность идеалам Республики, как настоящий солдат, как истинный воин.
Пытаясь понять, не насмехается ли над ним Курьер, Стив взглянул на него, но он не смеялся. Даже не улыбался, смотрел внимательно и серьезно, словно ожидая ответа, которого не нашлось. Ситуация казалась неловкой, даже напряженной. К компании Адама Стивен почти привык, иной раз даже ловил себя на том, что тихо гордится таким знакомством, все же не каждому копу выпадает честь путешествовать и сражаться рука об руку с легендой.
Но сейчас, когда в изолированном от всего мира подвале находился не только Курьер, но и его чертовски странный друг, Стив ощущал себя лишним, вытесненным куда-то на задворки происходящего. Словно эти двое занимали собой все свободное пространство, и для молодого копа - бывшего, скорее всего, уже бывшего копа - здесь попросту не оставалось места.
- Идеалы, - проговорил в свою маску легионер, нагнулся вперед, словно желая что-то получше рассмотреть. - Стивен Грин, дитя Запада, пляшущее под дудку президентов и генералов. Способное держать оружие, но не знающее, против кого его обратить, пока ему не покажут пальцем и не скажут: “Стреляй”…
- Ну, знаешь ли!.. - не выдержал и дернулся парень. - Это уже слишком, кто тебе дал право… - он запнулся, перехватив предостерегающий взгляд Адама, замолчал, поджав губы. Злость вкупе с обидой нахлынули внезапно, но также резко откатились, когда Курьер коротко качнул головой и поднялся, возвращаясь к своему собеседнику.
- Не осуждай. Ты носишь на себе флаг страны, которой нет. Плетешь косы в память о племени, которое уничтожено. Ты принял новых господ, исполнял волю Цезаря вопреки своим убеждениям, но в итоге пошел и против нее. Ты не можешь осуждать.
- Вот именно, - шепнул Стив почти неслышно, понятия не имея, о чем идет речь, но охотно соглашаясь и ощущая что-то вроде благодарности за то, что Адам вступился за него, хоть и не позволил высказаться. Улисс же больше не смотрел в его сторону, снова обратившись к Адаму, никак не прокомментировав ни выпад Стива, ни последовавшую за ним отповедь Курьера.
- Берешь больше, чем сможешь унести, - слова легионера прозвучали веско, завершенно, почти как приговор. - Выброси ненужное, посмотри в будущее. Ты видишь там гибель или процветание, видишь итог… Что тебе нужно, решай сам, я могу лишь подсказать путь. Один из путей, помня о том, что уже случилось, опираясь на ошибки прошлого.