Страница 107 из 128
- Его Высочество в порядке и очнется через несколько минут. Но, скорее всего, у него будут все симптомы магического истощения, так что на вашем месте я бы позаботилась об еще одном подносе с едой… только не забудьте сообщить на кухне, для кого он, иначе посуду снова отравят.
Телохранители молча переглянулись, и второй без комментариев выскользнул за дверь, а первый остался сидеть рядом с принцем, подозрительно зыркая по сторонам, как будто отравитель мог спрятаться где-нибудь под диваном.
Сесть у меня получилось только с третьей попытки. Голова кружилась так, будто это я от души хлебнула яда, а не ищейка…
Мысль о Рино сработала лучше любых стимуляторов. Если Его Высочество не угадал с противоядием, на восстановление крови может уйти столько времени, что никакая хелльская реанимация не поможет! Я подскочила, замерла на мгновение, пережидая, пока исчезнут мушки перед глазами, и вцепилась в распростертое на полу тело капитана.
А потом снова разревелась – уже от облегчения – и целых десять бесценных секунд пыталась восстановить дыхание, прежде чем решилась ровно сесть сбоку и, зажав Рино нос, воспроизвести известную каждой жрице технику ИВЛ. За последние полчаса я освежила свои знания гораздо качественнее, чем хотелось бы.
Губы были мягче, чем мне помнилось.
Мы ведь даже не целовались нормально ни разу, обреченно подумала я, машинально отсчитывая надавливания непрямого массажа сердца. То принц рядом терся, то я ляпала что-нибудь не по делу, то вот, получите и распишитесь, он тут трупом лежит…
Закончив положенный круг, я решила, что уже достаточно очухалась, чтобы перейти к более радикальным мерам, и опустила руки на пентаграмму.
Возвращение капитана Рино в сей бренный мир ознаменовалось прочувствованным воплем и попыткой отползти подальше от решительно настроенной посланницы Равновесия. Пресекать лишние телодвижения мне не пришлось – ищейка и сам понял, что в нынешнем состоянии далеко не уйдет, даже если очень захочет. Зато от его вокальных упражнений проснулся, наконец, второй Эльданна Ирейи – и тут же развил бурную деятельность, приказав оставшемуся телохранителю немедленно вызвать наряд из Ордена Королевы и забрать поднос с посудой как важную улику.
Я не сомневалась, что «важную улику» предусмотрительно потеряют где-нибудь в хранилище, но промолчала. Третий позаботился о том, чтобы у чудесного спасения Рино были свидетели, а вот о раскрытии дела о покушении на жрицу даже мечтать не стоит. Его Высочество с легкостью подставит под удар незаконнорожденного брата, но о том, чтобы очернить королевскую династию, и речи быть не может. Спокойная обстановка на Ирейе обеспечивается тем, что Их Величества белы, пушисты, непогрешимы и обожаемы народом.
Мне впервые пришло в голову, что обожать их с максимального расстояния гораздо проще, нежели непосредственно пообщавшись.
- Выглядишь ужасно, - чистосердечно признался Рино и, не вставая, стер большим пальцем слезинку с моей щеки.
Я открыла рот, чтобы ляпнуть традиционное: «На себя посмотри!» - и закрыла, поскольку ищейка, как ни прискорбно признавать, однозначно выглядел лучше. Зареванная физиономия – не самое подходящее украшение, особенно для посланницы Равновесия. Но, в конце концов, чего еще не видел этот полудохлый поганец?
А Горину и так сойдет.
- Все будет хорошо, - шепотом пообещал капитан и притянул меня к себе, уютно устроив мою голову на своем плече.
Я молча кивнула и устроилась поудобнее, перекинув руку через его торс.
Все будет хорошо, конечно. Но совершенно не так, как раньше. С этой мыслью нужно как-то смириться.
- Сестра Мира, Рино, - окликнул Его Высочество, обменявшись парой коротких фраз с вернувшимся телохранителем и угловатым пажом, принесшим новый поднос с едой. – Вы сможете идти? Его Величество хочет нас видеть как можно скорее.
Ну кто бы сомневался.
- Нет, - мстительно заявила я. – Реанимация отняла много сил, Ваше Высочество.
Я надеялась, что мне хоть поесть нормально дадут, но просчиталась. Зато в королевскую приемную меня отнес личный телохранитель самого принца.
Его Величество восседал за своим монументальным столом, выставив секретарей и лично строча что-то в толстой тетради. Он был крайне сердит. Внешне это никак не выражалось, но напряженная атмосфера и чуть более резкие, чем обычно, движения говорили сами за себя.
Когда меня, все еще красноглазую и бледную, как распоследняя нежить, втащил на руках личный телохранитель Его Высочества, король и бровью не повел, сразу указав охраннику на свободное кресло, куда он меня и сгрузил, не сдержав вздох облегчения. Я молча злорадствовала. А вот нечего селить жриц на задворках! Рино, впрочем, героически дополз сам, невзирая на мои призывы припрячь свободного телохранителя, а то и самого принца, - и тяжело плюхнулся в соседнее кресло, не дожидаясь, пока рассядутся остальные.