Страница 65 из 88
Два эскадрона кирасира-рейтарского полка пошли в атаку на вражеские позиции перед самым восходом Желтого Карлика. При этом оба эскадрона не разворачивались в конную лаву, а их бойцы, взяв под узды своих верховых ящеров, повели их с кургана. Когда первые лучи Желтого Карлика едва коснулись земли, то бойцы обоих эскадронов вскочили в седла верховых ящеров и стремительным галопом пошли в атаку на врага.
Дружинники князя Млада опростоволосились, они проспали начало этой атаки и вскочили на ноги, когда мечи бойцов корпуса засверкали над их головами. В течение получаса времени атаки они забрали жизнь более чем у двухсот младовских дружинников. Прозвенел кавалеристский горн, отзывая бойцов кирасира-рейтарского полка вернуться обратно в лагерь. Так и не потеряв ни единого бойца, победоносные эскадроны развернулись и направились обратно в свой лагерь. И только снова приблизившись к переднему краю обороны лагеря командиры и бойцы этих двух эскадронов заметили, что третий эскадрон бешено рубится на мечах и саблях на небольшой площадке перед самым лагерем.
Ивэн протер глаза, чтобы еще раз убедиться, что капитан Делори и его люди с кем-то сражаются. Он не удержался и вместе с бойцами этих двух эскадронов ходил в атаку на дружинников князя Млады. Но командиры этих эскадронов выдели около десяти бойцов, которые охраняли его от малейшей опасности, так что полковнику Ивэну и не пришлось особо много помахать своей сабелькой.
Противниками третьего эскадрона были несколько всадников и пеших воинов, которые в совершенстве владели своим оружием, были супер быстрыми в передвижениях и атаках противника, в совершенстве владели верховыми ящерами. Их было человек двадцать пеших воинов и десять всадников, эти тридцать человек успешно справлялись с сотней Делори и кое-где даже их успешно теснили. Уже пять наемников лейтенанта покинули седла своих верховых ящеров и недвижными куклами лежали на земле, а эти непонятные люди пока не потеряли ни одного своего бойца. Схватка шла в сплошной тишине, ни та, ни другая сторона не кричала, не злословила, как это обычно бывает, а. упрямо поджав губы, молча, сражалась со своим противником.
Ивэн сначала подумал двумя эскадронами обрушиться на нового противника, но, вспомнив разговор с Делори о мастерстве наемников, передумал и приказал молодому лейтенанту Редмонту выделить ему в сопровождение десятку своих лучших бойцов-рубак, а остальными бойцами обоих эскадронов плотно окружить место схватки, не дать возможности вражеским воинам вырваться из окружения.
Когда новая десятка бойцов объявилась в схватке, то на несколько секунд внесла дисгармонию в действия вражеских воинов. Эти мгновения позволили Ивэну насмерть поразить одного конного и одного пешего воинов противника.
Первоначально полковник атаковал вражеского всадника, который неожиданно раскрылся и подставил ему свою шею. Палаш Ивэна вошел в незащищенный сталью участок шеи вражеского воина и перебил ему гортань, отчего тот задохнулся и навсегда выбыл из боя. А Ивэн неожиданно оказал лицом к лицу с пешим вражеским воином, который хотел совершить кульбит и, приземлившись на спину лошади, чтобы своим кинжалом поразить его в спину. Но расчеты вражеского пехотинца нарушила мгновенная реакция Ивэна, который коленями, этому трюку его научил степняк Тахир, развернул своего верхового ящера и вражеский воин приземлился на морду ящера, а тело его соскользнуло с нее и начало заваливаться на землю. Этого мгновения падения вполне хватило для того, чтобы вражеский пехотинец лишился головы, которую Ивэн снес своим тяжелым палашом.
Эти две мгновенные смерти внесли определенную степень дисгармонии в действия этой группы противника, которая неожиданно для ее членов оказалась в плотном окружении кавалеристских эскадронов противника. Некоторое время мастерство врага еще позволяло ему поддерживать в схватке относительный паритет. Но послышалась громкая команда лейтенанта Делори, которой он отозвал с площадки всех воинов своего эскадрона, а оставшихся в окружении врагов приказал безжалостно расстрелять из арбалетов.
Ивэн только обратил внимание на то, что даже в такой тупиковой для вражеских воинов ситуации никто из них не поднял рук и не попросил пощады.
Уже на второй день противостояния ситуация резко изменилась и в худшую для русинов сторону. За ночь дружинники князя Млады, отошли на вторую линию, а на передовые позиции были введены подразделения наемников. Офицеры наемников решительно пересмотрели тактику действий, они совершенно отказались от лобовых атак позиций врага и перешли на почти партизанскую тактику действий. Наемники незаметно подкрадывались к русиновским позициям, малыми группами неожиданно нападали на пост или группу солдат, убивали двух-трех русиновских улан или драгунов и также неожиданно исчезали.
И так в течение всего дня, то в одном, то в другом месте происходили неожиданные нападения. Среди молодых бойцов русинов сразу же начали распространяться слухи о том, что враг неуловим и он повсюду. Этот кошмар неожиданных нападений продолжался и день, и ночь, круглые сутки напролет. Ночи проходили в постоянных тревогах, бесследно исчезали часовые со своих постов, а иногда и целые небольшие ремонтные команды, которые уходили в ночь ремонтировать фортификационные сооружения и не возвращались. В течение последующих трех дней уланы и драгуны потеряли до пятидесяти бойцов, молодых парней.
Начальник штаба корпуса майор Никей обратил внимание полковника Ивэна на один интересный факт, практически любая позиция, где бы полковник не в течение часа или двух подвергалась нападению наемников. Часто эти атаки носили неорганизованный характер и завершались полной неудачей для противника, но они имели быть место и находились в полной зависимости от места пребывания полковника Ивэна на передовых позициях. Анализируя эту информацию, корпусные штабисты приходили к однозначному выводу о том, или в штабе корпуса, или в штабах бригад улан или драгун, или же в кирасира-рейтарском полку имелся вражеский разведчик. Проверки, инициируемые майором Никеем по этому поводу, не принесли каких-либо значимых результатов.
Ивэн поблагодарил Никея за информацию и хотел по этому поводу посоветоваться с Властой, но все его попытки по магическому устройству связи связаться с колдуньей министром ни к чему не привели. Магическая связь между столицей и временных военным лагерем на территории княжества Игл была, по всей видимости, блокирована.
Лейтенант Делори в эти дни был слишком взбудоражен, непоседлив и всем советовал бросать все и, сломя голову, бежать из этого места, из окружения наемников. Ивэн, в принципе и внутренне, был готов к подобному решению вопроса, поэтому-то на территорию княжества Игл он и ввел всего две легкие кавалеристские бригады улан и драгун, а также кирасира-рейтарский полк лейтенанта Делори. Два полка кирасирской бригады, гренадеро-пластунская бригада все еще находились на границе с княжеством Игл и были готовы в течение суток присоединиться к уланам и драгунам, чтобы разнести этих проклятых наемников. Их сегодняшний командир капитан Жив так и рвался в бой, но что на практике введение в бой этой тяжелой кавалерии могло принести всему корпусу. Медленное прогрызание обороны противника…, тогда покорение младовского княжества займет долгое время и крупные потери в рядовом и офицерском составе.
Да и к тому же полковнику Ивэну уж очень ему не хотелось так позорно покидать это места сражения, не разобравшись с противником, и тогда он решился еще на один эксперимент.
На шестую ночь боев с наемниками командование объединенными силами улан, драгун и кирасиров он передал в руки лейтенанта Делори, а сам удалился в штабную палатку и попытался впасть в магический транс. Очень долго ему этого не удавалось сделать, что-то мешало все время, то ли это был какой-то внешний раздражитель, то ли внутреннее состояние организма. В любом случае Ивэн промучался на кровати более получаса, прежде чем сумел войти в магический транс.