Страница 28 из 36
- Я так и подумал, – решительно отозвался консьерж. – Извините за беспокойство.
- Ничего страшного.
Сацуки улыбнулась, надеясь, что консьерж, милейший Сакугава-сан пятидесяти лет, услышит эту улыбку в её голосе и не станет слишком сильно переживать по поводу раннего звонка. В конце концов, Сацуки не до конца успела проснуться и сможет снова заснуть без каких-либо проблем. Или употребит неожиданно выдавшееся бодрое утро на чтение книги за чашечкой ароматного свежесваренного кофе. Она уже готова была повесить трубку и направиться на кухню, чтобы включить кофеварку, когда услышала приглушённый голос на том конце линии:
- Скажите, что это её будущий муж, – знакомые ироничные нотки и лёгкую хрипотцу было сложно с чем-то спутать.
- Он говорит… – слегка удивлённо начал консьерж.
- Я слышала, Сакугава-сан, – перебила Сацуки, сон прошёл в мгновение ока, и мысли принялись метаться в черепной коробке.
- Сказать, чтобы уходил? – поинтересовался консьерж, очевидно, решив, что пауза затянулась.
- Нет, – отозвалась Сацуки, закусив губу и оглядев квартиру рассеянным взглядом. – Пусть поднимается.
Имаёши постучал в дверь спустя жалкие три минуты, в течение которых Сацуки едва успела метнуться в ванную и брызнуть в лицо холодной водой, а также сменить пижамные шорты на домашние брюки и собрать растрёпанные волосы в некое подобие пучка.
- Доброе утро! – улыбнулся он, прищурив глаза. – Я, в самом деле, начинаю думать, что «это будущий супруг» – какая-то волшебная фраза, которая открывает все двери. Может быть, это секретный пароль тайного масонского общества?
- Доброе утро, Имаёши-сан, – улыбнулась Сацуки. – Что заставило вас проснуться так рано и всё-таки выйти из квартиры?
- «Отоко», – отозвался тот, продемонстрировав обложку зажатого в руке журнала. – Я прочитал.
- И явились сюда, чтобы лично объявить, что подадите на меня в суд? – предположила Сацуки.
- А есть за что? – Имаёши с сомнением посмотрел сперва на передовицу журнала, потом на Сацуки.
- После такой рецензии я бы вряд ли захотела покупать робота-спутника жизни, – отозвалась та с лёгким недоумением. – Значит, моя статья может повредить вашему бизнесу, – сделала вывод Сацуки. – Чем не повод написать исковое заявление?
- Повод неплохой, – протянул Имаёши, разглядывая журнал. – Но пришёл я не за этим. – Сацуки чуть приподняла брови, побуждая его продолжать. – Я пришёл ответить на ваш вопрос. Стану ли я делать робота для себя, помните? – Сацуки кивнула. – Так вот, не стану.
- Почему? – не сдавалась Сацуки. – Разве это не то, что должен сделать разочаровавшийся в людях человек? Или вы вдруг изменили своё мнение о человечестве?
- Нет-нет, люди в целом, – Имаёши поморщился, замяв неприятный эпитет. – Но иногда встречаются отдельные очень неплохие и интересные особи. И поэтому – нет, я не стану заказывать для себя робота-спутника жизни. До тех пор пока есть надежда встретить такого человека, не стану.
- Особи, – усмехнувшись, повторила Сацуки, не отводя взгляда. – Но даже если вы её найдёте, эту особь, где гарантия, что она не разочарует вас со временем?
- Нет гарантий, – ответил Имаёши. – Но, пусть это на меня и не похоже, отчего-то я готов рискнуть.
- И чтобы сообщить мне это, вы встали ни свет ни заря, вышли из вашей квартиры-крепости и провели три с лишним часа в поезде из Осаки до Токио в обществе, о боги, людей?
- Не стоит преувеличивать мои достижения, – усмехнулся Имаёши, поправив очки на носу. – Нозоми Шинкансен идёт всего два с половиной часа. К тому же, я рассчитывал на чашечку кофе и беседу.
- Беседу? – Сацуки отступила вглубь квартиры, позволяя Имаёши войти. – О чём же?
- Например, можем обсудить очерк главного редактора «Отоко», который так любезно поделился со мной вашим адресом, Момои-чан, – Имаёши прикрыл за собой дверь, размотал длинный вязаный шарф и повесил на вешалку пальто.
- Акаши не пишет ни очерков, ни статей, – отозвалась Момои, направляясь на кухню.
- Обычно нет, – подтвердил тот. – Но в этот раз написал. В лучших традициях журналистики. У него вышел замечательный очерк. – Сацуки обернулась, чтобы по лицу определить, что он говорит правду. – Советую почитать, – продолжил Имаёши, оглядываясь на кухне. – А я пока сварю кофе.
Он положил на стол новогодний номер «Отоко», засучил рукава белого вязаного свитера с высоким горлом и принялся методично открывать шкафы в поисках всего необходимого для приготовления утреннего кофе. Сацуки присела за стол, открыла последнюю страницу, скользнув взглядом по величественному лицу Акаши с такой непривычной улыбкой на губах, и углубилась в чтение.
***
Настойчивый стук в дверь прорвался сквозь пелену сна. Такао оторвал голову от подушки прежде, чем смог открыть глаза. Стук повторился, Такао поднялся, ухватившись за что-то из мебели, комната перед глазами плыла в сизом тумане. К двери он пробрался наощупь, не доверяя собственному вестибулярному аппарату. С замком пришлось повозиться, когда Такао распахнул дверь, в глаза ударил неприятный яркий свет из холла.
- Доброе утро, разумеется, – ровный и чистый голос Мидоримы заставил Такао прищуриться и приглядеться.
- Шин-чан? – сиплым голосом уточнил он. – Ты что тут делаешь?
- Зашёл поздравить тебя с наступающим Новым годом, – невозмутимо объяснил тот.
- В такую рань? – подозрительно уточнил Такао.
- По традиции, тридцать первого декабря надо встать пораньше, чтобы успеть вовремя завершить все приготовления, разумеется, – ответил Мидорима, входя внутрь и озираясь с выражением безграничной брезгливости на лице.
- Ты встал до рассвета? – Такао недоверчиво смерил бывшего напарника взглядом.
- Солнце встаёт около семи сейчас, – снисходительно отозвался Мидорима. – Это не так рано, разумеется.
- Думаю, в этом городе ты один так считаешь, – вздохнул Такао. – Ладно, если уж ты всё равно вошёл, то мне придётся предложить тебе кофе, верно?
- Разумеется, – кивнул Мидорима.
Такао хмыкнул и поплёлся на кухню. Первый глоток кофе словно оживил каждую клеточку его не успевшего отдохнуть тела. Мидорима к своей чашке не притронулся.
- Теперь, когда я выпил кофе и проснулся, я всё-таки хочу, чтобы ты мне ответил, зачем ты пришёл, Шин-чан? – Такао подпёр щёку кулаком. – Я в нетерпении, – вяло моргнув, подбодрил он.
- Вот, – Мидорима выложил на стол номер журнала и развернул его так, чтобы Такао смог прочитать заголовок, от которого захотелось скривиться – «Отоко».
- Не знал, что ты читаешь наш журнал, – усмехнулся Такао.
- Я не читаю, – поджал губы Мидорима. – Журнал привёз Куроко.
- Куроко? Стажёр, что ли? – Такао подвинул журнал к себе. – Лео совсем парня заездил.
- Он сказал, что нам стоит прочитать обращение главного редактора, – продолжил Мидорима, сделав-таки глоток кофе и скептически уставившись на треснутую ручку кружки.
- Обращение главного редактора? – Такао поднял на него неожиданно прояснившийся взгляд. – Если я правильно помню, то там текст не менялся ни разу за всё время моей работы. – Такао отодвинул от себя журнал.
- В этом номере текст новый, – отрезал Мидорима, подвинув журнал обратно.
- Акаши написал обращение?
- Разумеется, это ведь он главный редактор «Отоко», – припечатал Мидорима. – Или ты уже забыл?
- Да, но… насколько я помню, Акаши таких вещей не делает. Это же Акаши! – Такао поднял брови, пролистывая страницы до нужного разворота. – Ого!
- Да, – кивнул Мидорима, подтверждая удивление собеседника. – Я прочитал, – проговорил он, пока глаза Такао пробегали строчки статьи. – И привёз тебе твою копию.
- Да ладно? – перебил Такао, вскинув взгляд. – Это Акаши написал? Его шантажировали? Он написал это под дулом пистолета? Или он тронулся умом?