Страница 54 из 65
Она заметила, что это его расстроило. Он нахмурился с недовольством, осознав, что Алтея, возможно, выгнала Джона и Агнес из его дома, из их дома.
— Что насчет Розамунды? — спросил Брикер, закончив с кофе и теперь доставая тарелки и вилки для пирога к кофе. — Она что-нибудь говорила о ней?
— Только то, что она была любопытной и всюду совала свой нос, — вспоминала Эш.
— Я бы не сказал, что Розамунда всюду совала свой нос, — медленно сказал Арманд. — Она любила много говорить и была любознательной, но… — он пожал плечами.
— Ты спрашивала об Энни? — спросил Андерс.
Эш выругалась и кивнула.
— Да. Николас привозил Энни три раза; один раз до свадьбы и два раза после. Я думаю, что они провели выходные вместе в последний раз, и это был прекрасный визит. Агнес сказала, они играли в игры и разговаривали до самого утра.
— Но Энни никогда не приезжала сама? — спросил Брикер, а потом добавил: — Сомневаюсь, что она спросила бы о смерти жен Арманда перед Николасом. Он понятия не имел, что она хотела ему рассказать.
— Нет, я так понимаю, Агнес встречалась с ней только три раза. И… — добавила она мрачно, сужая глаза на Арманда — …почему, черт возьми, никто не сказал ей, что Энни мертва, а Николас в бегах?
— Что? — спросил он с удивлением.
Эш кивнула.
— Агнес понятия не имеет. Она думает, что Николас просто бросил ее или что-то в этом роде, и совершенно недоумевает, почему он еще раз не привез Энни и не посетил ее снова, когда они так хорошо провели время в последний раз.
Арманд смотрел на нее с тем, что показалось ей честным изумлением, а потом сказал:
— Джон сказал мне не упоминать этого при Агнес, что это до сих пор огорчает ее. Он сказал, чтобы я даже не упоминал о Николасе или Энни при ней.
— Ну, Джон, видимо, ничего ей не сказал, — сказала она мрачно. — Он просто сказал, что они, вероятно, заняты, чтобы объяснить, почему они не приезжали в гости в течении пятидесяти лет.
Арманд тихо выругался и покачал головой.
— Агнес любит этого мальчика, как сына. Она бы поняла почему он не приезжает, если бы знала, что он не может, потому что он в бегах, но заставлять ее думать, что он просто не хочет… — он опять покачал головой. — Я не знаю, о чем думает Джон.
— Наверное, за него думает пакет крови Далекие Времена, — сказал Эш сухим голосом, обратив на себя поразительные взгляды всех троих мужчин. — Я подозреваю, что это настоящая причина того, что «я плохо себя чувствую, и хочу отдохнуть». Холодильник весь с сверху до низу набит Красной Пьяницей, Далекие Времена и различными другими одурманивающими пакетами крови. Агнес показала мне, но попросила не говорить тебе. Она сказала, что ты счастлив сейчас и будешь только волноваться, и это не позволит тебе быть счастливым. Видимо, она пыталась заставить его остановиться, но он не послушал. — Она поцокала с отвращением. — Несомненно, он сейчас обнимается с парой пакетов, высасывая их один за другим в своем звукоизолированном подвале.
Арманд откинулся на спинку стула с другим проклятием, сжимая руки:
— Он всегда был проклятым дураком.
Эш не прокомментировала. Она не знала, что думать о Джоне Маунселле. Он казался грустным, но в основном хорошим парнем, когда она и Брикер разговаривали с ним. Однако то, что она узнала сегодня вечером, беспокоило.
— Есть еще одна вещь, которую Агнес сказала, что беспокоит меня, — резко заявила она.
— Что? — сразу же спросил Арманд.
— Я сказала что-то о том, что она однажды найдет себе пожизненную пару и родит детей, но она сказала, что уверена, что этого никогда не случится. Она сказала, и я цитирую «Джон никогда этого не допустит».
— Джон никогда этого не допустит? — повторил с недоверием Арманд. — Что это значит?
Эш пожала плечами.
— Меня это тоже за беспокоило, но у меня не было возможности спросить. Вы, ребята, вернулись раньше, чем я смогла спросить.
Они все мгновение молчали, единственный звук, который был на кухне — это гул микроволновой печи, Брикер грел пирог. Когда гудение прекратилось, и прозвучал небольшой звон, Арманд поерзал на своем месте и устало сказал:
— Я понимаю, что ты имеешь ввиду о том, чтобы многое надо понять, но ничего из этого не относится к делу.
Андерс прокомментировал:
— Эта информация выставляет Джона в еще более неприглядном свете.
— Но это не меняет того, что он не убил бы Сюсанну и не смог бы убить Алтию.
— Я полагаю, — признался он, нахмурившись, а потом искривил губы в раздражении. — Что это снова оставляет нас ни с чем.
— Что оставляет нас с Мэри Харкоурт, — исправила Эш. — Энни должна была с кем-то говорить.
Арманд огорчился, явно недовольный идеей побеспокоить женщину в юбилейной поездке, но сказал:
— Хорошо. Думаю, нам придется поговорить с ней.
Эш кивнула и посмотрела на Брикера.
— В каком отеле, по ее словам, они остановились?
Брикер напрягся, стоя спиной к ним, пока разрезал пирог, но потом он медленно повернулся с тревогой на лице.
— Ты не узнал отель, в котором они останавливались, — едко догадалась Эш.
— Я выясню, — сразу же сказал Брикер. Когда Андерс начал хихикать, а Эш с отвращением положила голову на руки, он поклялся: — Я позвоню в каждый отель Монреаля, пока не найду тот, в котором они будут… у меня есть пирог для тебя, — добавил он, спеша подсунуть тарелку с большим кусочком пирога ей между локтями, которые стояли на столе.
Эш открыла глаза и вдруг посмотрела между пальцев на пирог под ее носом. Он пах замечательно. Он также хорошо выглядел, признала она, но не была готова простить Брикера, пока Арманд не скользнул рукой по ее спине и не указал:
— Они, вероятно, сейчас в любом случае не на месте. Они, наверное, на спектакле или на танцах, или еще где-то. Брикер узнает, в каком отеле они остановились, и мы сможем позвонить ближе к рассвету, когда они, вероятно, будут в нем.
Эш подняла голову и приняла вилку, которую Брикер протянул ей, с вздохом.
— Ладно. Пирог сейчас. Звонок позже.
— И кофе, — сказал Брикер, разворачиваясь, чтобы поспешить и начать разливать три стакана.
— Хорошо, — сказал Андерс, вставая. — Если вы снова собираетесь набивать свои пуза, я пойду посмотрю, есть ли какие-нибудь старые повторы Лэсси по телевизору.
Брикер проследил за ним взглядом, пока нес поднос с кофе и пирогом на стол, а затем прокомментировал:
— Он скучает по собаке Джо.
— По собаке Джо? — спросил Арманд.
— У новой пары Николаса, Джо, есть немецкая овчарка по имени Чарли, — пробормотала Эш. — Собака была с ними, когда они были в бегах.
— Мы в один момент догнали их и сумели поймать Чарли, но Джо и Николас сбежали, — добавил Брикер. — Мы забрали Чарли обратно в дом силовиков, и он привязался к Андерсу, начал преследовать его везде, так что он присматривал за ним. Но Андерс должен был оставить его со своей домработницей, когда поехал сюда. — Брикер пожал плечами. — Думаю, он привязался к овчарке и скучает по нему.
— Он не может быть плохим, если он нравятся собакам, — прокомментировал Арманд. Приняв кусочек пирога и кофе у Брикера, он пробормотал, — Спасибо.
— Тебе нравятся собаки? — спросила с любопытством Эш.
— О да, — сказал Арманд и улыбнулся. — У меня их было несколько. Мой последний умер около двух лет назад. Я хотел взять другого, но… — он пожал плечами, а потом спросил, — Ты любишь собак?
— Да, но я не могу иметь их в своей квартире, — сказала Эш с гримасой.
— Тогда придется жить в другом месте, — пожал плечами Арманд.
Эш замерла и посмотрела на него. Это был первый раз, когда он говорил о будущем вместе вместо двух недель, которые она первоначально планировала остаться.
— Что? — спросил он, отрезая кусочек пирога вилкой. — Ты думала, я позволю тебе уйти после того, как все закончится?
— Перед тем, как Люциан уехал, ты пытался отослать меня, — указала она.
— Я жертвовал собой, — с кривой усмешкой сказал Арманд. — Но ты победила. Я буду эгоистом и буду теперь держаться за тебя.