Страница 13 из 65
— Дети? — спросил Арманд после раздумий.
— Да. Восемь. Шестеро до сих пор живы, — ответила она просто, а потом сказала. — Я знаю, что у тебя трое детей. Они не все были от твоей пожизненной пары, или все?
— Нет, — сказал он вздохнув. — Сусанна, моя первая жена и пожизненная пара, у нас с ней был только один ребенок, Николас. Томас родился от моей второй жены, и моя дочь, Жанна Луиза, от третьей.
— Но твоя вторая и третья жена не были твоими пожизненными парами.
Несмотря на то, что это было утверждение, а не вопрос, Арманд ответил:
— Нет.
— Тогда почему ты женился на них? — просто спросила она.
Этот вопрос не был необычным, но его объяснение было сложным. Сморщившись, он просто сказал правду.
— Я был одинок, и моя вторая жена, Алтея, выглядела совсем как моя покойная пара, Сусанна. Несмотря на это, я не планировал на ней жениться, но она забеременела, а для одинокой женщины в те времена это было разрушительно.
— Значит, она обманом затащила тебя в брак, — сказала сухо Эш. Бессмертные женщины не беременели случайно, как это могло бы случиться со смертными женщинами. Наноботы в их телах, были запрограммированы так, чтобы держать их в отличном состоянии, а младенец потреблял много питательных веществ и крови, так что нанос, видимо, видел в ребенке паразита, и выводил его из организма. Бессмертная женщина должна потреблять лишнюю кровь, чтобы забеременеть, а потом продолжать ее потреблять в течение следующих девяти месяцев, чтобы сохранить ребенка.
— По сути, да, — признался тихо Арманд. — Но я не слишком возражал. Как я уже сказал, я был одинок, и мысль иметь еще одного ребенка порадовала меня.
— А мысль иметь другую жену? — спросила она.
Арманд нахмурился на вопрос. Что-то было в ее голосе, что заставило его взглянуть на нее, но в выражении ее лица было простое любопытство, и он решил, что, должно быть, стал немного параноикам за столетия и ответил:
— Алтея была дочерью моего друга. У меня была большая привязанность к ней. И я винил себя за то, что не понял то, на что она была готова.
— Что ты имеешь в виду, говоря, на что она была готова? — На этот раз определенно он услышал любопытство в ее голосе.
— Алтея была влюблена в меня, когда ей было около двенадцати. Тот факт, что она не могла читать меня, убедил ее, что я должен быть ее пожизненной парой. Ее родители объяснили, что она просто не может читать меня, потому что я старше, и что я могу прочитать ее, но она не хотела слышать и решила, что они ошиблись. Я был для нее единственным мужчиной. — Он поморщился от воспоминаний. — Это было восхитительное время, когда она была молода, но потом мои десять лет на ферме около фермы ее отца закончились, я нанял менеджера и переехал на одну из других моих ферм. Я не видел ее после этого. В то время как ее родители часто навещали меня, они оставили ее дома, боясь, что это разбудит ее чувства. Она была слишком навязчива, даже в подростковом возрасте, — признал он нехотя. — Во всяком случае, спустя несколько лет молодая бессмертная женщина приехала на ферму в поисках работы в качестве горничной. Она сказала, ее зовут Алиса, и она выглядела чертовски похожей на мою Сусанну.
— Это, конечно, была Алтея, — сухо прокомментировала Эш.
Арманд кивнул.
— Она не очень похожа на Сусанну в реальности. У них были одинаковые светлые волосы и немного схожие черты лица, но это было все. Однако, она видела портреты Сусанны и уложила свои волосы таким же образом, а затем оделась в более современное платье подобное моде того времени, что носила Сусанна на портрете. Этого было достаточно, что когда я впервые открыл дверь, я подумал, что Сусанна воскресла из могилы и постучала. — Он поморщился, а потом тихо признался, — Я полагаю, что хотел верить, что это была она. Или, может быть, просто хотел еще немного побыть с ней. — Арманд вздохнул от старых воспоминаний. — Ей довелось приехать в момент слабости, и я уложил ее в ту же ночь. Она была более чем готова. Конечно, это было не то же самое, что с моей Сусанной, но было приятно и немного утихомирило боль в моем сердце… пока я наконец не обрел достаточно здравого смысла, чтобы прочитать ее мысли и понять, кто она. Господи, — пробормотал он с отвращением от воспоминания своего шока и ужаса в то время. Он все еще не мог поверить, что не узнал ее сразу. Хотя прошло много лет с того момента, когда он видел ее в последний раз, и тогда она была еще ребенком. Он по-прежнему думал, что должен был узнать ребенка с шишковатыми коленками в соблазнительнице, которого он знал. К сожалению, он не узнал. — Я не знал то ли застрелиться, то ли застрелить ее. Она была дочерью моего лучшего друга, ради Бога. И в восемнадцать лет в действительности для бессмертного еще ребенок. Конечно, я сразу же отвез ее домой к родителям. Она умоляла меня не рассказывать им, что она сделала и как обманула меня. Я не готов был признаться в постельных утехах с ней и позволил ей уговорить меня.
— Но потом она забеременела, — подытожила Эш, и Арманд кивнул.
— Да. Это была чертовски памятная ночь, могу сказать тебе. Я не был доволен, когда она появилась снова на моем пороге, но потом я был просто ошеломлен, когда она выпалила эту новость. Все-таки, мое раздражение быстро прошло при мысли о другом ребенке, и поэтому я предложил ей брак с договоренностью о том, что никто из нас не прочитает и не будет управлять другим, и, когда она встретит свою настоящую пожизненную пару, мы расторгнем брак, чтобы она заполучила его. То же самое в отношении меня, если я встречу свою вторую половинку, хотя не надеялся на это, — признал он с усмешкой. — Конечно, нам пришлось объясниться с ее родителями. Вот эта ночь действительно была незабываемой. Я чуть не потерял в тот вечер дружбу с ее отцом, но он знал, что из себя представляет Алтея, когда она что-то хотела. она в конце концов это получала.
— Ребенок — это Томас, — тихо сказала Эш.
Арманд улыбнулся.
— Да. Он был прелестным ребенком. Всегда смеялся и хохотал над чем-то. Слишком умный, рано начал ходить, рано говорить, и вечно напевал мелодии. Я должен был понять, что он станет композитором, когда вырастит. — Он вздохнул, от старых воспоминаний маленького Томаса. — Мне пришлось отдать его Маргарет, чтобы она воспитала его, когда Алтея умерла, и стыдно в этом признаться, но я скучал по нему гораздо больше, чем по его матери.
— Зачем ты отдел его Маргарет? — спросила Эш. — Почему не воспитал сам?
— Как? — сухо спросил Арманд. — Не похоже, что существуют компании «Бессмертные Няньки», со списком бессмертных женщин ищущих работу няней. И ты не можешь оставить ребенка на молодую непосвященную смертную женщину. Он может укусить. Не из жестокости или подлости, а только потому, что он будет голоден, а няня пахнет едой.
— Ты мог бы просветить смертную няню, — указала Эш.
— Ты не можЭшь так просто вывалить что-то подобное на них. Это занимает время, чтобы развить достаточное доверие к смертному, что они могут принять то, что мы. В то же время, я никогда не смог бы оставить Томаса наедине с ней, а я просто не мог сидеть и смотреть за ним с няней двадцать четыре часа в сутки. У меня была новая ферма. — Он покачал головой. — Я не видел другого варианта, как отвезти его к Маргарет, когда она и предложила.
Эш некоторое время молчала, а затем спросила:
— Как Алтея умерла?
Арманд вздохнул, его взгляд был сосредоточен на дороге, когда он сказал:
— Пожар в гостинице.
— Ты сбежал? — спросила она, и его паранойя снова поднялась, заставляя его взглянуть на нее недоверчиво. Он мог бы поклясться, что в ее тоне было давление, что… Арманд отпустил это, когда увидел выражение ее лица, там было просто любопытство, и он объяснил:
— Меня там не было. Я был занят на ферме. Там были проблемы. Уильям и Мэри, родители Алтеи, ненадолго приехали в гости. Когда они уезжали, они взяли Алтею и четырехлетнего Томаса с собой в гости. Я думал, что они собирались сразу поехать на свою ферму, но, видимо, они решили проехаться по городу для того, что побыть там несколько дней, но в первую же ночь в гостинице, где они были, вспыхнул пожар. Алтея, должно быть, оказалась в ловушке или не проснулась на крики и шум во время пожара. Она погибла в огне.