Страница 69 из 119
л. м. 6116, р. х. 616.
В сем году марта 1-го царь Ираклий, собравши свое войско делал совещание, каким путем идти им; два пути предлежали ему тесные и трудные: один вел в Тарант, другой в страну Сирийскую. Путь на Тарант был короче, но угрожал недостатком во всяком продовольствии; путь в Сирию, идущий чрез Тавр, представлял изобилие и удобство к продовольствию. Все присудили избрать этот путь, хотя он был шероховатее и покрыт глубоким снегом. С великим трудом перейдя его, в семь дней пришли к реке Тигру, чрез которую перешедши заняли Мартирополис и Амиду. Здесь получили отдых и войско и пленные. Отсюда царь имел возможность писать в Византию известить обо всем продолжении своих подвигов, и тем доставил великую радость городу. Между тем варвар, собравши свои рассеянные войска, напал на него, и царь призвавши отличнейших воинов, послал их охранять все теснины, к нему ведущие; а которые вели на восток, чрез те сам вышел к варвару лицом к лицу, и перешедши реку Нимфию стал у Евфрата, при мосте из веревок и канатов. Сарварос пересек веревки моста с одного берега, весь мост перетащил на другой берег. Царь не нашедши моста для перехода, обойдя нашел брод, и без опасности перешел чудесным образом в марте месяце и занял Самосат; потом перешедши Тавр, вступил в Германикию, и чрез Адану пришел к реке Сару, дал отдых войску и скотам и между тем приготовлялся. Сарва-{233} рос между тем перешел на другой берег беспрепятственно, вытянувши мост по-прежнему, и следовал с тылу за царем, а царь, перешедши чрез реку Сар, дал отдых войску и скотам, а между тем делал приготовления. Сарварос занял противоположный берег, и нашедши мост и крепости на нем уже занятыми от римлян, сам приготовлялся. Многие из римлян перебегали чрез мост и без порядка нападали на персов, и причиняли между ими жестокое кровопролитие. Царь воспретил им нападать без порядка, дабы не дать возможности врагам вместе вступить на мост и перейти его; войско не послушалось царя и Сарварос устроил засаду, притворился бегущим, увлек многих римлян против воли царя гнаться за собою, и вдруг вернувшись, обратил их в бегство, и убил кого только настиг пред мостом, в наказание за их ослушание. Царь, заметив, что варвары в преследовании нарушили порядок, и что они убили многих стоявших на башнях, вышел против них; навстречу ему среди самого мосту шел против него муж гигантского роста; царь ударил в него, и сбросил в быстрый поток реки. Когда упал великан, то варвары обратились в бегство, и по узкости моста сами себя низвергали в реку, а многие были истреблены мечом; колонны их с берегов стреляли и не позволяли римлянам перейти мост, но царь с немногими из дружины своей храбро перешел, противустал и сражался выше человека, так что Сарварос был поражен мужеством его, и сказал Козьме, переметчику римскому стоявшему близ него: «Козма видит кесаря, как храбр он в войне, и один сражается против столь великого множества, и как наковальня отражает все стрелы!» Кесаря можно было заметить по сапогам его, и потому что он принимал многие удары, или ни одного. Сражавшись в сем бое до вечера глубокого потом разошлись. Сарварос устрашенный во всю мочь делал отступление. Царь же собравши свои войска пошел в город Савастию, и перешедши реку Алис, в этой стране провел зиму. Хозрой между тем бесился, отобрал все сокровища от церквей в Персии, и принуждал христиан следовать учению Нестория, чтобы тем причинить досаду царю.
л. м. 6117, р. х. 617.
В сем году Хозрой[202] , царь персидский, поставил новое войско, набравши иностранцев, граждан и рабов, и всякого роду сброд, и отдал их под предводительство Саина, присоединив к тому {234} девять тысяч, оставшихся из фаланги Сарвароса, которых назвал носителями златых копий. Это новое войско послал он противу царя; а Сарвароса[203] с остальным войском[204] послал против Константинополя, чтобы присоединить к себе[205] западных гуннов, называемых также аварами[206] [ с булгарами[207] ] , склавами[208] , и гипедами[209] и с ними идти к осаде Константинополя[210] . Узнавши об этом царь разделил свое войско на три части, и одну часть послал для охранения города, другую поручивши брату своему Феодору[211] , велел ему воевать против Саина[212] , а с третью частью сам пошел к лазам[213] ; в сей стране пригласил в союзники к себе турок восточных, называемых хазарами[214] . Между тем Саин с новобранным войском сошелся с Феодором братом царя и вооружался к сражению. Но с помощью Божьею молитвами всепетой Богородицы, при начале сражения, вдруг град посыпался в лицо неприятелям и многих из них убил; между тем как на стороне римлян была совершенная тишина; они обратили персов в бегство, и великое множество их побили, за что Хозрой прогневался на Саина, который из отчаяния заболел и умер. Хозрой приказал привесть к себе труп Саина, набальзамированный солью, и мертвого подвергнул великим ругательствам. Хазары, перешедши каспийские врата[215] , вторглись в страну Азконгама[216] под предводительством[217] Зиевила[218] достоинством второго по хагане; и где они ни проходили, везде брали в плен персов, а города и села огню предавали. Царь, оставя землю лазов, соединился с ними. Зиевил, увидевши его, подъехал к нему, целовал его в плечи и поклонился ему в виду персов, смотревших из города Тифилиса[219] . Все войско турецкое упавши ниц на землю лбами[220] , и как бы пораженные величием царя, почли его честью, необыкновенною для других народов[221] . Равным образом и начальники[222] их, взошедши на скалы, пали с тем же видом почтения. Зиевил представил царю сына своего[223] , у которого пробивался первый пушок на бороде; он восхищался словами его и поражен был величественным видом его и мудростью; отобравши сорок тысяч храбрых воинов[224] , он поручил их царю как вспомогательное войско, а сам возвратился в страну свою[225] ; с сим войском царь пошел против Хозроя. Сарварос между тем приступил к Халкидону[226] ; авары[227] из Фракии подошедши к городу, хотели взять его, придвинули к нему множество машин; они приплыли с Истра[228] на бесчисленном множестве[229] выдолбленных ладей[230] и наполнили весь залив Кератский[231] . В продожении десяти дней осаждали они город и с моря и с твердой земли, но силою и помощью {235} Божьею, и заступлением пречистой Богоматери Девы были побеждены, и с великою потерею на суше и на море, с великим стыдом возвратились, но Сарварос, обседя Халкидон, не отступал[232] , но зимовал здесь, делая набеги и опустошая противоположный берег[233] и города здесь лежащие.
[202]
Шах Ирана Хосров II Парвез (590—628). У Феофана А. М. 6117, т. е. 625/626 г.
[203]
Шахрвараз (Сарварос Феофана) – персидский военачальник.
[204]
Хосров вооружил две армии: одну – под командованием Шахина (Саина Феофана), другую – под предводительством Шахрвараза. Войско Шахина, в помощь которому Хосров дал 50 тысяч воинов из армии Шахрвараза, должно было помешать действиям Ираклия в Лазике, в то время как Шахрвараз получил приказ вступить в переговоры с аварами, болгарами, славянами и гепидами (Theoph. Chron., Ι, 315.7—10).
[205]
Ф. Баришич отказывается видеть в этом сообщении Феофана упоминание о союзе аваров и персов в 626 г.: персы, в отличие от аваров, не готовились к осаде; речь шла скорее о согласовании двух самостоятельных акций, чем о военном союзе; участие персов, по Баришичу, минимально – они вступили в сражение на пятый день осады, 2 августа; нападение на Константинополь явилось итогом агрессивной политики аварского хагана, а не результатом действий аваро-персидской коалиции; Феофан упрощает события (Barišič. Le siège, р. 390—391). Думается, веских причин для скептицизма Баришича нет. Если разделять сомнения исследователя, то рассказ Феофана в целом утратит смысл: почему Хосров посылает Шахрвараза к Константинополю именно в 626 г., а не раньше, коль скоро война Византии с персами началась уже в 622 г.; цель Хосрова ясна (отвлечь Ираклия от военных действий в Иране), как ясны и ответные меры византийского императора (разделение войска ромеев и поиски союза с турками). Последнее (переговоры с турками) оказалось весьма действенным: узнав о них, Хосров направляет послание Шахрваразу с приказом возвращаться на родину (см.: «Бревиарий», ок. 622 г.). Пассивность персов в осаде столицы не может служить аргументом, поскольку основная задача войска Шахрвараза состояла, вероятно, в том, чтобы помешать посланной Ираклием армии оказать помощь Константинополю. Наконец, синхронизация действий аваров и персов, что Баришич признает, сама по себе свидетельствует в пользу целенаправленности политики Ирана в данном случае.
[206]
Отождествление аваров с гуннами характерно не только для византийских авторов (Феофана, Симокатты, Малалы), но и для западных, в частности Павла Диакона (Pauli Diac. HL, I, 27; II, 10; IV, 11,26, 37; HR, XVII, 23).
[207]
Участие болгар в осаде Константинополя 626 г. упоминается также Георгием Писидой (Giorgio di Pisidia. ΒΑ, 197).
[208]
Здесь у Феофана форма Σκλάβοις. Греческий этноним происходит от *slovêne, откуда греческое Σλαβηνοί, но эта форма быстро перешла в Σκλαβηνοί, так как сочетание звуков σλ для греческого языка чуждо. Наряду с последней формой употреблялась и более редкая Σθλαβηνοί. Когда Σκλαβηνοί стали считать прилагательным, этноним приобрел форму Σκλάβοι, которая встречается уже у Малалы, в «Пасхальной хронике», у Георгия Писиды, наряду со Σκλαβηνοί, затем у Феофана и в «Чудесах св. Дмитрия Солунского» (Dölger. Ein Fall, S. 19, Anm. 1; ср.; Голубцов. О термине «склавины», с. 47 и след.). Славяне в это время занимали Далмацию, Верхнюю и Нижнюю Мизию, Дакию, Дарданию и часть Македонии (Στράτου. Βυζάντιον, τ. Ι, σ. 294—296; Dvornik. The Slavs, p. 42). Вопрос о положении славян в аварском войске сложен. С. Станоевич, базируясь на сообщениях Феофана и Никифора (см.: «Бревиарий», 626 г.), приходит к выводу, что речь идет о свободных славянах, союзниках персов и аваров, которые шли на своих лодках с нижнего течения Дуная Черным морем к Константинополю (Станојевић. Византија, II, с. 24). Впрочем, Станоевич не исключает целиком возможности участия в осаде подвластных аварам славян (там же, с. 24). В отличие от Станоевича Б. Графенауэр на основании анализа различных источников заключает, что участвовавшие в этой войне славяне были подчинены аварам и вся власть находилась в руках аварского хагана (Grafenauer. Nekaj vprašani, str. 78—79). Слова Никифора о симмахии (Nic. Brev., 18.7), которые Станоевич понимает как свободное славяно-аварское союзничество, Графенауэр переводит «употребише их у заједничком бојю» («воспользовались ими в совместном бою»). Перевод Графенауэра принят в ВИИНЈ, I, с. 220, 240. А. Стратос, говоря об осаде Константинополя аварами, не касается вопроса о положении славян в аварском войске, хотя и замечает, что отношения между аварами и подвластными им народами к этому времени обострились, о чем свидетельствует, в частности, восстание славян Богемии и Моравии в 622 г. (Stratos. Avar’s attack, p. 371). Как бы то ни было, по Феофану, Шахрвараз должен был объединить (в греческом тексте συμφωνήσας, т. е. дословно «согласовав»; ср. concordia sociaret – «объединил согласием» в латинском переводе) аваров с другими народами (болгарами, славянами и гепидами), но была ли необходимость в объединении аваров со славянами, если последние находились в безусловном подчинении у первых? Славяне составляли большую часть сухопутного (пешего) войска и флота, авары – кавалерии, согласно Ф. Баришичу (Barišič. Le siège, p. 394), с чем соглашается А. Пертузи (Giorgio di Pisidia. Poemi, p. 214).
[209]
Участие гепидов в осаде упоминается только Феофаном. В одном из западных источников мы встречаем гепидов еще во второй половине IХ в. (Kos. Conversio, str. 132; ср.: Grafenauer. Nekaj vprašani, str. 118; ВИИНЈ, I, с. 220, п. 5). Гунны, о которых Писида говорит в описании осады Константинополя 626 г., отождествляются А. Пертузи с гепидами Феофана (Giorgio di Pisidia. Poemi, p. 214).
[210]
Анастасий переводит hanc unanimiter obsiderent (Theoph. Chron., II, 195.31), т. е. «единодушно осадили его», что послужило основанием для конъектуры Л. Тафеля ταύτην ὀμοθύμως πολιορκήσωσιν.
[211]
Феодор носил титул куропалата, жаловавшийся родственникам императора. В 628 г., после заключения мира с персами, Ираклий послал его освобождать занятые персами византийские города (Theoph. Chron., Ι, 327.19—24).
[212]
Шахин (Саин Феофана) – один из полководцев Хосрова. В 626 г. потерпел поражение от византийской армии под командованием Феодора. Умер в том же году (ibid., I, 315.22—24; ср.: Ostrogorsky. Geschichte 3, S. 86).
[213]
Лазика – область на восточном побережье Черного моря, древняя Колхида.
[214]
Подобно Феофану, турками называет хазар и патриарх Никифор (см.: «Бревиарий», ок. 622, 628—629 гг.). В рассказе об этих событиях Никифор пишет, что Ираклий послал дары властителю турок, а тот обещал заключить с ним союз (там же, ок. 622 г.). Во главе этого посольства, по Мовсесу Каганкатваци, стоял некто Андрей (Каганкатваци. История, с. 109). Согласно М. И. Артамонову, Ираклий заключил союз с Западнотюркютским каганатом, но основную силу каганата в Европе составляли хазары, собственно тюркютов, видимо, было немного, чем и объясняется тот факт, что византийские и армянские источники называют союзниками Византии хазар; причину того, что византийские историки нередко именуют хазар восточными турками, Артамонов предполагает в известности хазар как подданных тюркютского каганата (Артамонов. История, с. 155 и след.; ср.: Moravcsik. Zur Geschichte, S. 87 u. Anm. 2).
[215]
Здесь Дербентский проход. Дербентские укрепления были построены во второй половине VI в. сасанидским Ираном для защиты от нападений турок (Бартольд. Краткий обзор, с. 777).
[216]
Рукописная традиция «Хронографии» засвидетельствовала следующие формы: ’Αδραϊγάν] Adrahigae Α, ’Αδροηγὰν dy , ’Αδροηγαν sine асc. с; у Никифора (Nic. Brev., 17,10) – Адорбадиган (’Αδορβαδίγανον), у Прокопия – Адарбиган / ’Αδαρβιγάνων (Proc. Bell. Pers., 259.27), у Феофилакта Симокатты (Th. Sim. Hist., 154.17, 165.16, 173.2) – Адрабиган (’Αδραβιγάνων). Здесь речь идет о Южном (Иранском) Азербайджане, северо-западной провинции Персии, древней Мидии – Атропатене.
[217]
В греческом тексте к Зиевилу прилагается титул стратига.
[218]
Рукописная традиция «Хронографии» дает разночтения: Ζιεβήλ ds, Ζιέβήλ т, cf, Ζιέβηλ 316.5,11, Ζιεβὴλ г, sine асc. с; 316.11 Ζιεβὴλ dz; у Анастасия в форме Zihebil (Theoph. Chron., II, 196.10, 13, 19, 21). У Мовсеса Каганкатваци в рассказе об этих событиях фигурируют «наместник северного царя, именем Джебухаган, второй в царстве его...» и племянник хагана Шад, посланный им на помощь Ираклию (Каганкатваци. История, с. 110). Джебухаган армянского источника соответствует «эриставу Джибго» грузинских (Сумбат Давитис-дзе. История и повествование о Багратионах, с. 29; Обращение Грузии, с. 44). Вопрос об идентификации Зиевила решается неоднозначно. Э. Шаванн отождествляет его с Джебухаганом, предводителем хазар, и отказывается видеть в Зиевиле Тунг-ябгу (T’ong jabgou), хагана западных турок, хотя и говорит, что оба лица действовали в одно и то же время и косвенно были причастны к смерти Хосрова II Парвеза (Chava
[219]
Я. А. Манандян, вслед за Ю. А. Кулаковским относит поход Ираклия на Кавказ к 627 г. (Манандян. Маршруты, с. 147; ср.: Кулаковский. История, III, с. 93 и след.), хотя Феофан помещает рассказ о нем под 626 г. Последнюю дату принимают Г. Гельцер и Ш. Лебо (Gelzer. Abriss, S. 948; Lebeau. Histoire, XI, р. 117—119). М. И. Артамонов считает, что союз хазар с Ираклием был заключен в конце 626 г. (627 г., по Каганкатваци, маловероятен), а встреча византийского императора с Зиевилом у Тифлиса (Тбилиси) произошла в 627 г. (Артамонов. История, с. 146), несмотря на то, что Феофан сводит оба события под одним 626 г. Между прочим Никифор сообщает о встрече у Тифлиса до повествования об аваро-славянской осаде Константинополя в 626 г. (см.: «Бревиарий», ок. 622 г.).
[220]
Далее в переводе В. И. Оболенского – Φ. Α. Терновского «и как бы пораженные величием царя» (Летопись Феофана, с. 235). Происхождение фразы в переводе неясно.
[221]
Феофан, очевидно, понимает это как церемонию проскинезы, введенную, согласно Прокопию, при византийском дворе Юстинианом I (Proc. Hist. arc., 30, 21—26). Все подданные должны были распластываться ниц перед императором и целовать его ноги. Исключение составлял только патриарх. Эта церемония, как предполагает Р. Гийан, была заимствована у персидского двора (Guilland. Institutions, Ι, p. 144). Впрочем, Б. Н. Заходер, ссылаясь на арабские источники, пишет об аналогичной церемонии у самих хазар (Заходер. Свод, с. 143 и прим. 170). Никифор, описывая встречу Ираклия с Зиевилом, говорит, что василевс назвал властителя турок своим сыном, возложил ему на голову корону, устроил пир, подарив Зиевилу всю утварь с императорского стола, в придачу с императорскими одеждами, и обещал ему в жены свою дочь Евдокию (см.: «Бревиарий», ок. 622 г.).
[222]
В греческом тексте – οἱ ἄρχοντες.
[223]
Греческие списки «Хронографии» Феофана дают чтения ἀρχηγένιου fhm, ἀρχιγένιον е; конъектура Л. Тафеля ἀρτιγένειον (т. е. тот, у кого на подбородке пробивается пушок); Анастасий переводит primogenitum (перворожденный); К. де Боор принимает вариант остальных рукописей – ἀρχίγένειον, переводя его как lanuginosus – «с пушком на подбородке» (Theoph. Chron., II, 733 s. v. ἀρχιγέγειος). Классический греческий язык, видимо, не знал слова ἀρχιγέγειος, во всяком случае оно не засвидетельствовано у Г. Лидделл – Р. Скотта, где даны формы ἀρχιγένεθλος = ἀρχέγονος (original, primal), ἀρτιγένεθλος = ἀρτιγενής = ἀρτίγονος (только что, недавно рожденный) и ἀρτιγένειος ( с пробивающейся бородкой) (Liddell—Scott. Lexikon, s. v.). ’Αρχιγένειος Феофана все же ближе к ἀρχιγένεθλος = ἀρχέγονος или ἀρχίγονος со значением перворожденный, т. е. старший. Впрочем, словарь Г. Лампе приводит значение, принятое де Боором, с указанием на то, что это слово особенно часто употреблялось в описании внешности Христа (Lampe. Lexikon, s. v.), В. И. Оболенский – Φ. Α. Терновский переводят «...пробивался первый пушок на бороде...» (Летопись Феофана, с. 235). Отправляясь от чтения, включенного де Боором в критический текст «Хронографии», М. И. Артамонов предполагает, что здесь имеется в виду младший сын ябгу-хагана Мохошада Були-шад (Артамонов. История, с. 147), хотя прилагательное ἀρχιγένειος – едва ли достаточное для этого основание: безбородым мог быть и старший сын (ср. перевод Д. Данлопа а beardless boy – Dunlop. History, р. 30). О старшем сыне, Тардуш-шаде, говорит и Г. Хауссиг (Haussig. Exkurs , S. 307 u. Anm. 86). У Каганкатваци фигурирует лишь племянник хагана Шад (Каганкатваци. История, с. 110).
[224]
Никифор не определяет количества воинов, полученных Ираклием от хагана (см.: «Бревиарий», ок. 622 г.). Каганкатваци пишет о тысяче всадников, отправленных Джебуханом вместе с послом Ираклия Андреем на помощь василевсу (Каганкатваци. История, с.110). Цифра Феофана подтверждается анонимной сирийской хроникой 1234 г. (Пигулевская. Иран, с. 268).
[225]
В грузинских источниках, напротив, сообщается о том, что «эристав Джибго» был оставлен Ираклием для осады Тифлиса (Сумбат Давитис-дзе. История и повествование о Багратионах, с. 29; Обращение Грузии, с. 44).
[226]
Город на малоазийском берегу Босфора, напротив Константинополя; совр. Кадыкёй (Honigma
[227]
Авары подступили к Длинным стенам 29 июня 626 г. Основные, современные событиям, источники – «Пасхальная хроника», написанная вскоре после 628 г., и историческая поэма Георгия Писиды «Аварская война». Себеос в рассказе об осаде Константинополя персами ничего не говорит об аварах (Себеос. История, с. 78). Для аваров 626 г. был критическим: с этого момента Аварский каганат практически исчезает с византийского горизонта (Stratos. Avar’s attack, р. 376), хотя неизвестный автор правления Льва V Армянина (813—820) упоминает аваров, принимавших (на стороне болгар) участие в византино-болгарской войне 811 г. (Grégoire. Un nouveau fragment, р. 423 et n. 3).
[228]
По Никифору, славяне подошли к столице от устья реки Барбисс (см.: «Бревиарий», 626 г.). Вероятно, славяне следовали по такому маршруту: на лодках-однодеревках от устья Дуная они плыли Черным морем (Grafenauer. Nekaj vprašani, str, 78), а затем лодки были пронесены частично по суше, через Фракию к заливу Золотой рог (Vernadsky. Ancient Russia, p. 198), откуда они и подступили к городу. Как сообщает Кедрин (XI в.), большая часть этого флота была застигнута бурей в Черном море и погибла на обратном пути (Cedr.—Skyl, Compend., I, 729. 16—18). Анастасий переводит: navium sculptarum ex Istro multitudine infinita seu i
[229]
Согласно Φ. Баришичу, наряду со славянами нижнего течения Дуная (подвластными аварам) экипажи однодеревок состояли из гепидов и болгар (Barišič. Le siège, р. 394 sq., n. 2).
[230]
Т. е. на лодки-однодеревки, каждая из которых вмещала до пяти человек (Στράτου. Βυζάντιον, τ. II, σ. 535).
[231]
Длина залива – ок. 11 км, ширина – в среднем ок. 400 м.
[232]
Шахрвараз покинул вместе с войском Халкидон и отправился в Сирию после поражения славян на море, т. е. 10 августа 626 г. (Ostrogorsksy. Geschichte3, S. 86; ср.: История Византии, I, с. 366).
[233]
Слова «области и города на противоположном берегу» отсутствуют в рукописях ет; вместо περατικά (противоположные) список f дает Περσικά , d – ‛Ρωμαϊκά, а Анастасий – confinales (сопредельные).