Страница 2 из 8
— А чего там делать? — я пожала плечами. – Пить я всё равно не пью, веселиться — не веселюсь. Тем более у меня дежурство.
Я посмотрела на парня, которого, судя по всему, мало волновал мой ответ. Петька икнул, покачнулся и схватился за стол, чуть не снеся рядом стоящую стойку для капельницы.
— А ты, мой друг, знатно набрался, — укоризненно покачала я головой. Меньше всего, конечно, мне хотелось тащить на себе этого поросёнка, чтоб он отоспался. Но всё-таки Петька мой друг и я не могла бросить его.
— Эх, горе ты моё, — с этими словами я подхватила парня под руки и аккуратно повела в конец коридора. Там есть небольшой сестринский закуток с кушеткой. Надеюсь, девочки будут не против, что я подкинула им нового постояльца. Тем более, это же всего лишь на несколько часов.
Остаток ночи прошёл более или менее спокойно. Где-то к двум часам потихоньку разошлись все те, кто пировал в ординаторской, и я смогла переместиться туда. На удивление там было чисто, всё убрано, окна распахнуты, и в них врывался тёплый и уже такой весенний ночной ветерок.
Решив не терять времени зря, я села за компьютер и принялась заполнять истории болезней, что не очень люблю делать и всегда оставляю, так сказать, на сладкое. Вся эта бумажная и компьютерная работа вводила меня в состояние уныния. То ли дело общение с пациентами, операции. Да даже работа в приёмном отделении. Я обожала работу хирургом и шла ко всему этому лет этак с десяти, когда впервые прочитала невесть откуда взявшуюся у нас дома книгу по акушерству. И всё, я пропала.
Потом в ход пошли анатомические энциклопедии. Я читала все аннотации к лекарствам и искала незнакомые слова в интернете. Что самое интересное, все это впечатывалось в мой мозг моментально. В пятнадцать я научилась делать внутримышечные уколы. Как, спросите вы? Да вот так, отвечу я вам. Взяла и прочитала, как это делать. Первым моим подопытным был отец. Получилось у меня не с первого раза, что уж тут. И на его филейной части очень долго красовался огромный синяк. Но папа стойко пережил это и, несмотря на все невзгоды, он подставлял мне свою мышцу снова и снова. Потом я окончила школу и без всяких проблем поступила в медицинский университет в наш краевой центр. Там и осталась после учёбы.
Учёба давалась мне легко, несмотря на вечную усталость и хронический недосып. Шесть лет учебы, два года ординатуры и вот она я. Дипломированный специалист, начинающий хирург, приходящий в экстаз от своей работы. В выборе специализации я не сомневалась ни секунды. Быть терапевтом или любым врачом, сидящим на амбулаторном приёме, меня не прельщало. Выбор стоял лишь между хирургией и реаниматологией. В конце концов, я стала общим хирургом. И ни разу не пожалела о своём решении.
Я просидела за компьютером часа три. За окном уже начинало светать, а в коридоре сновали туда-сюда медсёстры с градусниками. А это означало, что моя ночная смена благополучно приближается к концу, скоро я смогу оказаться в своей кровати и сладко уснуть. При мыслях о сне я протяжно зевнула и даже не стала прикрывать рот рукой. Зачем? Я всё равно одна в ординаторской.
Остаток своего дежурства, на удивление тихого и спокойного, я убила на просмотр новостной ленты социальных сетей и распитие горячего чая. Ровно в восемь, и не минутой позже, я уже стояла у лифтов, прощаясь и здороваясь с коллегами и нещадно зевая. Из подъехавшего лифта вывалились мои коллеги, два друга Семён Семёнович и Михаил. Похлопав меня по плечам, совсем по-братски, они пожелали хорошего сна и отправились в отделение.
Я вышла на парковку, пикнула сигнализацией, и моя машинка мне радостно подмигнула. Подарок отца на окончание университета - маленькая, бордовая BMW. Помню, как я визжала, когда папа лично привёз мне её. Наверное, все голуби района взмыли в небо от моего крика. Да даже спустя почти три года я блаженно улыбаюсь, когда сажусь в неё.
От больницы до дома было не очень далеко. Но так как я очень сильно хотела спать, что пыталась ехать максимально аккуратно, не создавая аварийных ситуаций. А то знаю я этих дорожных инспекторов. Потом стой пять часов как дурак, пока все заполнят и опишут.
Подъехав к дому, я припарковала машину на привычное место. Рядом стояла машина Игоря, что показалось мне весьма странным. В такое время он уже должен быть на работе. Может, проспал? С этими мыслями я взлетела на третий этаж, покопалась в замочной скважине и вошла в прихожую.
Квартира встретила меня тишиной. Через секунду эту тишину взорвал горячий шёпот и… Что это? Женский смех? Недолго думая, я прошла по коридору и распахнула дверь в спальню. В нашей постели, на постельном белье, которое мы совсем недавно купили, да что уж там, на моей подушке(!) лежала девушка, а над ней нависал Игорь. Мой Игорь. Щекотал её за ушком и целовал. Увидев меня, девушка округлила и без того огромные глаза и слегка оттолкнула моего парня. Уже бывшего парня.
Обернувшись, Игорь наконец заметил меня. И судя по его глазам, он был в шоке. Как дурак пялился на меня и молчал. Девушка в постели явно чувствовала себя не в своей тарелке. Она натягивала одеяло всё выше и выше, на самый подбородок. А что сделала я? Я только улыбнулась. Да, я это сделала. А потом, потом я просто взяла и рассмеялась.
Ситуация действительно была комичная до ужаса. Я оперлась об косяк и принялась вытирать слёзы, которые текли у меня градом. А от смеха ли они текли?
Отсмеявшись, я, без лишних разговоров, прошла в гардеробную, которая находилась сразу за спальней. Достала огромный чемодан и принялась скидывать туда вещи без разбора. Потом второй чемодан, третий. Но всё равно, осталось ещё слишком много. Затем я схватила огромный баул и начала швырять вещи в него. Почувствовав, что я не одна, подняла голову и заметила Игоря, который стоял в дверях гардеробной. Он склонил голову набок и внимательно наблюдал за моими действиями.
— Элеонора, — позвал он меня.
Я поморщилась. Вот сейчас я точно не хотела с ним разговаривать. На самом деле я ужасно боялась, что наш разговор может перерасти в истерику, которую я буду исполнять соло. А плакать перед этим мудаком мне не очень хотелось.