Страница 17 из 31
Множество второстепенных горных систем и целых «земель», нанесенных исследователями на карту, также требовали точной проверки.
География не может опираться на данные, собранные на основании предположений путешественников. Сколько погибло исследователей из-за нанесения на карту точно не проверенных местностей. Нередко, руководствуясь даже сравнительно не старыми картами, искали землю там, где находится океан, а там, где в действительности была земля, та карте обозначалось море.
С самим Амундсеном, твердившим о соблюдении крайней осторожности при нанесении на карту вновь открываемых земель, произошел аналогичный случай. Открытой им в 1911 г. и нанесенной на карту «Земли Кармен», как точно установлено теперь экспедицией Бэрда, в действительности не оказалось. Повидимому, даже такой опытный исследователь, как Амундсен, был введен в заблуждение миражем.
Нечего и говорить, что для проверки всех этих данных и для дальнейшего обследования шестого континента необходимо было проникнуть в его дебри.
Но как? Проникновение на Антарктический континент для всестороннего его изучения с суши, обследование его берегов с моря являлось делом очень трудным, если не совершенно невозможным. Оставалось одно средство: разведка с воздуха и затем проникновение в глубь материка частью на летательных машинах, частью на собаках и специально сконструированных тракторах.
Первую попытку исследования полярных стран с воздуха можно отнести к 1897 г., когда шведский инженер Соломон Август Андрэ вылетел на воздушном шаре, поставив целью проникнуть возможно дальше в область Северного Ледовитого моря..
Андрэ погиб, но идея его осталась живой. Она не могла не волновать умы полярных исследователей.
В период мировой войны работа научных экспедиций была приостановлена. Тем временем техника шла вперед чудовищным темпом, и колоссальные успехи ее навели Амундсена на мысль использовать для исследования полярных областей современный аэроплан.
В 1925 г., после долгих приготовлений, ему с товарищами удалось достигнуть 88° с. ш. на двух специально сконструированных гидропланах. Бесстрашные исследователи спустились на полыньи среди ледяных торосов, и после целого ряда невзгод и приключений, какие могут лишь встречаться на страницах фантастических романов, благополучно вернулись в Норвегию на одном гидроплане, оставив другой в об’ятиях полярного льда.
Это был пробный полет Амундсена — разведка воздушного пути для предстоящего перелета через Северный полюс в Аляску на дирижабле «Норвегия» в 1926 г.
После этого знаменитого перелета Амундсен пришел к заключению, что для полярных полетов с исследовательской целью, как и для установления воздушного пути между Европой и Америкой через Северный полюс, — пригодны лишь мощные дирижабли.
Этим взглядом великий исследователь поделился с т. В. А. Поповым во время их беседы в августе 1927 г. в Москве.
Автор настоящего очерка присутствовал при этой беседе и обратил особенное внимание на отрицательное отношение Амундсена к аэропланам для полярных исследований.
Смелый перелет над Северным полюсом американского летчика Ричарда Бэрда на аэроплане Фоккера «Жозефина Форд», а затем австралийца Губерта Вилькинса[20]) с Аляски на Шпицберген и, наконец, катастрофа, постигшая дирижабль «Италия» в 1928 г. на пути к Северному полюсу, заставили изменить взгляд Амундсена на аэроплан.
И вот, несмотря на то, что Ричард Бэрд вырвал у него первенство завоевания с воздуха Северного полюса, пролетев над ним раньше «Норвегии» на своем «Фоккере», Амундсен близко сошелся с молодым американцем. Старик понял, что современному полярному исследователю мало быть ученым и хорошим шкипером, нужно быть к тому же пилотом.
В Бэрде, начавшем свою карьеру с авантюристического, на первый взгляд, полета, опытный глаз Амундсена сразу угадал будущего ученого исследователя.
Перелет через Атлантический океан, совершенный Бэрдом вслед за Линдбергом, укрепил в Амундсене веру в молодого летчика. Старик Амундсен решил поделиться с молодым американским коллегой всеми своими знаниями и опытом для осуществления грандиозного плана исследования с воздуха Антарктического континента и проникновения в глубь его на самолете.
Нелепая смерть прервала сотрудничество Амундсена с Бэрдом. Но главное было сделано. Великий норвежец успел передать свое наследство молодому, энергичному и смелому товарищу.
В скромном летчике американского флота Амундсен не видел соперника. В лице его старый полярный волк наметил себе преемника, перед которым открыта возможность достижения того, к чему в течение многих десятков лет стремилась целая плеяда бесстрашных путешественников: сорвать наконец завесу, скрывающую от мира тайну шестой части света.
Бэрд с восторгом принял покровительство великою путешественника. Хорошо понимал молодой американец, что в 1911 г. Амундсен не избежал бы трагической судьбы Скотта, если бы не имел огромного опыта и знаний, почерпнутых от северо-американских эскимосов, — то-есть именно того, без чего исследование полярных стран совершенно невозможно.
Амундсен годами постигал секреты борьбы туземцев с полярной стихией. От его наблюдений не ускользнула ни одна мелочь эскимосского обихода. Даже при пользовании в стране вечного льда летательными машинами, складными жилищами и другими выдумками современной техники Амундсен советовал не забывать эскимосских приемов.
— Я всегда думаю о том, как бы эскимос воспользовался этими усовершенствованными предметами, — говорил он. — Антарктическая зима несравненно тяжелее арктической, и условия пребывания за южным полярным кругом совсем иные, чем за северным.
Главный бич Антарктики — моральная депрессия. Здесь нет даже белых медведей, охотникам нечего делать в Антарктике — и это гнетуще действует даже на испытанных членов экспедиции. Необходимо запастись всем, что только может разнообразить жизнь человека в этой ледяной пустыне.
В Антарктике, кроме того, свирепствуют сильный ветер и снежные бури, каких не бывает нигде в мире. Антарктический континент представляет собой как бы круглую, покрытую слоем льда шапку, надетую на южную оконечность земного шара. Нагретый на экваторе воздух устремляется к югу. Охлаждаясь, он спускается и со страшной силой проносится над землею. Не встречая серьезных препятствий, он кружится над ней, сталкивается с местными воздушными течениями, несущимися со стороны Южного полярного моря, образуя ряд воздушных водоворотов. Под действием этих водоворотов образуются довольно большие ледяные площади, удобные для спуска аэропланов и отсутствующие за северным полярным кругом.
Амундсен подыскал для экспедиции Бэрда прекрасный норвежский ледокол «Самсон» (названный позднее «Сити оф Нью-Йорк») и вместе с Бэрдом занялся снаряжением экспедиции и детальной разработкой ее планов. Амундсен являлся душой этого грандиозного предприятия.
«Сити оф Нью-Йорк» на пути к Антарктике за участниками экспедиции Бэрда.
И вот, в самый решительный момент, почти накануне отправления в путь, его не стало.
Бэрд был убит известием о гибели своего учителя. Вдобавок стало известно, что для обследования Антарктического континента с воздуха англичане тоже снаряжают две экспедиции, одну возглавляет Губерт Вилькинс, а другую— морской офицер Джеффри[21]). Обе эти экспедиции должны начать работу со стороны Ведделева моря, то-есть в южно-американском секторе Антарктики.
На этот раз все антарктические экспедиции решили держать между собой связь при помощи радио.
Бэрд рассчитывал пробыть на шестом континенте не менее двух лет. Число членов его экспедиции достигло шестидесяти пяти человек. Большинство были научные работники и разного рода специалисты.
На заводе Форда был сооружен специальный трехмоторный аэроплан «Флойд Беннет», удовлетворявший особым требованиям — максимальной грузопод’емности при максимальной высоте полета.