Одной Розой меньше

Вошедший высокий мужчина медленно двинулся вдоль столиков, незаметно разглядывая людей. Должно быть, это он! Когда мужчина приблизился, Дэвид выжидательно поднял глаза. Тот остановился, улыбнулся и сел напротив.

- Мистер Дэвид Эктонбери?

- Да, сэр. - Он помедлил, не зная, как ему обращаться к собеседнику.

- Можете называть меня просто сержант. Впрочем, если не забудете, моя фамилия Примроуз. - Он умолк.

Увидев, что сержант не собирается начинать разговор, Дэвид забеспокоился. Какие у него намерения? Почему он просто не задаст ему вопросы? Дэвид нервно закурил, извинился и предложил Примроузу. Сержант поблагодарил и отказался.

- Понимаете, речь идет о мисс Филдинг, - сказал Примроуз минуту спустя, как бы между прочим.

Дэвид побледнел.

- Вы имеете в виду... вчерашний вечер?

- Ваша жена нам кое-что рассказала...

Дэвид кивнул.

- Послушайте, - сказал он с отчаянием, - я никогда не хотел с ней связываться, понимаете? Это её вина - она сама за мной бегала! Правда, я ничего не имел против, это я признаю... почему бы и нет? Я ничего не терял, а будь она благоразумнее, могла бы развлекаться, пока мы оставались одни. Моя жена тогда находилась в больнице. - Он пристыженно опустил голову. Это было подло с моей стороны, верно? - И вновь поднял глаза. - Но Филлис моя жена - никогда бы ничего не узнала, если бы эта рыжая шлюха не вела себя так безрассудно. У неё полно мужчин - зачем же цепляться за меня?

Примроуз внимательно слушал. Ага! Значит бесцветная блондинка соврала, тогда как муж её видимо говорил правду. У него была связь с Розой, а не с другой девушкой, как она рассказывала.

- Да, такое случается, - согласился он, внутренне протестуя. - Тогда вы были женаты ещё не очень давно?

- Меньше года. - Дэвид уставился прямо перед собой.

- Два кофе, - заказал Примроуз официанту, который подошел к их столику.

Дэвид поднял голову.

- Что вообще случилось? Что произошло? Что-нибудь с Розой... с мисс Филдинг?

- Нет, видимо, нет. Она утверждает, что с ней ничего не случилось, и, пожалуй, в самом деле так и есть. Тем не менее, нам приходится заниматься всеми поступающими заявлениями. Прошлой ночью кто-то что-то увидел, и это показалось ему таким важным, что он сообщил в полицию.

- Об этом я ничего не знаю. Я уже объяснял это вашим коллегам. И моя жена подтвердила. Мы не видели и не слышали ничего подозрительного.

- Хм - м... А как обстоят дела с теми неприятностями, мистер Эктонбери? С этим покончено? Ведь мисс Филдинг вам угрожала?

- Она угрожала все рассказать моей жене. Поэтому я ей признался. Она меня простила.

- Мисс Филдинг требовала денег?

- Она что-то о них говорила, но, я думаю, не всерьез.

- Значит, мистер Эктонбери, вы перечеркнули её планы и мисс Филдинг больше не может вам угрожать. - Сделав паузу, он спросил: - Или случилось нечто противоположное?

Дэвид нервно наморщил лоб.

- Что вы имеете в виду?

- Может быть, вы стали угрожать мисс Филдинг?

- Нет, конечно нет! - поспешно ответил Дэвид, пожалуй, чересчур поспешно. - Я лишь дал ей добрый совет не докучать мне в будущем.

- Вы предлагали ей за это деньги или что-нибудь другое, мистер Эктонбери?

- Я сказал ей, чтобы она оставила меня в покое, иначе я ей череп проломлю! - запальчиво воскликнул Дэвид. И вздрогнул от испуга, вспомнив, где они находятся.

Примроуз улыбнулся и спокойно заметил:

- Это вы, конечно, сказали не всерьез... Но все же хорошо, что ей никто не проломил череп, верно? Вероятно, у вас с мисс Филдинг все кончено бесповоротно?

- Об этом можете не беспокоиться, - заверил его Дэвид и затушил свою сигарету.

Сержант встал.

- Большое спасибо за вашу откровенность, мистер Эктонбери. Доброго вечера. - Он взял со стола счет и ушел.

* * *

Когда Боб Клифтон вернулся с работы домой, Шейла возилась на кухне. Она повернулась к нему и улыбнулась, но её улыбка казалась какой-то неестественной. На ней было новое платье из натурального шелка, оливковый цвет ей очень шел. Он поцеловал жену, но Шейла поспешно отстранилась и вернулась к своим кастрюлям.

- Шел бы ты в гостиную, Боб, - предложила она. - Я тоже сейчас приду и приготовлю нам чего-нибудь выпить.

Вероятно, ему просто показалось, что её голос звучал как-то необычно. Он прошел в гостиную, опустился в свое любимое кресло и удовлетворенно вытянул ноги. После разговора со Свентоном он успокоился. Свентон выяснит все, что можно выяснить; если он скажет, что опасения необоснованы, Боб готов ему в этом поверить. Пока он раздумывал, следует ли ему встать и смешать себе выпивку, вошла Шейла.

- Тебе тоже "мартини"? - спросила она улыбаясь.

Боб покачал головой.

- Нет, лучше скотч. Это новое платье, дорогая?

- Да. Оно тебе нравится? - Она медленно повернулась. - Хороший цвет, правда? Я побывала и у парикмахера. Разве ты не заметил?

- Твоя прическа очень хороша, но она всегда такая...

- Я покрасила волосы. - Шейла подала ему стакан и села напротив. - Так они лучше сочетаются с новым платьем. Я всегда завидовала рыжеволосым...

- Ты всегда выглядишь великолепно, дорогая, - вяло заверил её Боб.

Шейла отставила стакан и вдруг спросила:

- Я бы тебе больше нравилась с рыжими волосами?

Когда Боб ошеломленно уставился на нее, она осведомилась:

- Хорошо провел время с той рыжей сегодня утром?

Боб испугался. Откуда она узнала, что он там был? Он ей ничего не говорил. Она за ним следила?

- Ну, хорошо ты с ней развлекся?

- В том, что я был у нее, нет никакого секрета, Шейла. Я рассказал бы тебе сам.

- Да, конечно! Когда-нибудь...

- Разве это так важно? Почему это так тебя возмущает? Я зашел к ней только для того, чтобы узнать, не смогу ли я быть ей чем-то полезным. Если хочешь знать, я пошел туда, чтобы убедиться, что я ещё в своем уме.

И тут он имел неосторожность спросить:

- Откуда ты вообще про это знаешь?

- О, значит, ты вообще не хотел мне об этом говорить! - Шейла встала, чтобы налить себе еще. - Если уж ты связался с другой женщиной, мог бы, по крайней мере, вести себя поосторожнее!

Она презрительно усмехнулась, вернулась обратно со своим стаканом, остановилась перед ним и прошипела.

- Глупец! Тебя, должно быть, видели все соседи. Можешь себе представить, как будут реагировать эти женщины? Они все станут меня жалеть! Отчего, по твоему, я весь день сегодня провела в городе? Потому что мне необходимо было отвлечься, чтобы не думать постоянно об этих любопытных взглядах...

- Шейла! Перестань! Ты с ума сошла?

- Я готова убить эту рыжую, вот что я тебе скажу! Если бы какая-то другая, но эта вульгарная неряха! Все соседи единодушны, что люди, там живущие, не нашего круга. Они просто другие!

- Значит, ты меня видела? - спокойно спросил Боб. - Вероятно, на балконе?

- Конечно. Спальню отсюда не видно.

Боб игнорировал это замечание.

- Хочешь знать, о чем мы разговаривали?

- Нет, благодарю!

- Мне, в сущности, жаль её. У меня такое ощущение, что она оказалась в каком-то затруднительном положении. Послушай, дорогая. Я знаю, что из-за этого дела все считают меня спятившим. Поэтому я должен был поговорить с ней. Знаешь, что я думаю? Она понимает, что я видел больше, чем кто-либо должен был увидеть. Она прилагала все усилия, чтобы меня разубедить. Может быть, мне удалось внушить ей иллюзию, что ей это удалось.

- И почему мы должны жить позади этого отвратительного дома? - Шейла либо не слушала его, либо не интересовалась его проблемой.

- Чушь! - фыркнул Боб. - Только потому, что соседи...

Шейла встала.

- Почему бы тебе сразу не перебраться туда, если тебе там так нравится? - возбужденно спросила она от двери.

- Шейла! О, Боже, образумься, в конце концов!

Боб вновь опустился в свое кресло. Эту сцену жена явно подготовила заранее. Даже подкрасила волосы, чтобы иметь возможность надеть платье, которое особенно к лицу рыжеволосым! И это заняло целый день! Нет, он больше не станет пытаться ей что-то объяснять... он просто примирится, пусть даже она не права.