Страница 113 из 210
= = =
ГЛАВА - 47.
"ПЕРЕЛЁТ на ДАЛЬНИЙ ВОСТОК. СОН Максима в самолёте...".
-Рядом с историей политика - не более, чем анекдот....-Сальвадор Дали.
= = =
Самолёт, как будто бы завис в воздухе.... Никакого его движения, в этом бесконечно чистом, голубом небе, Максим не наблюдал и совершенно не чувствовал. Всё словно бы остановилось, в этом неспокойном и непонятном мире.
Даже в этом бескрайнем небе..., был такой же застой, как и во всей стране....
Был также полный застой и в Душе самого Максима. А ещё, у Максима было такое ощущение, что как будто бы он потерял, даже тот малопонятный для него "смысл жизни...", о котором, у него имелось всего лишь смутное представление, и то, что он очень основательно и надолго затерялся в этом огромном и далеко не всегда гостеприимном мире. Остановился и застыл в нём, без всякого движения куда-либо, как жук-скарабей, в кусочке янтаря.
Твёрдая Земля, которая находилась где-то там далеко внизу, и могла служить какой-то опорой для Максима, была сейчас потеряна и недоступна, а пространство, которое окружало самолёт и подавно.
Землю хоть изредка, но можно было ещё увидеть через окошко-иллюминатор в самолёте, а вот воздух, увидеть, а уж тем более потрогать, было никак нельзя. Облака, которые находились под самолетом, тоже как будто застыли на месте, перестав выполнять своё извечное предназначение, перемещаться куда-нибудь, в какую-либо сторону. Быстро ли, медленно, но все равно, в каком-то направлении, двигаться.... И только напряженный гул моторов говорил о том, что самолёт все-таки, куда-то, пусть неощутимо для тебя, но летит, и именно в том направлении, которое было понятно и известно, только лишь ему одному.
Весь мир для Максима сейчас, как будто бы остановился и, не двигаясь никуда, замер на одном месте, в одной и той же, очень неудобной для него позе....
В воздухе, Максим находился уже более шести часов, и всё это время, мысли постоянно ворочались у него в голове, как ворочается старый, немощный человек в своей, далеко не всегда теплой, и оттого не очень-то уютной постели.
Они, эти мысли, упорно не давали Максиму заснуть, или хотя бы просто спокойно сидеть в кресле, и тупо, как это делают многие, смотреть на облака, ни о чём при этом не думая. Ну, вообще ни о чём.... Ты вроде, как есть, и вроде тебя, как и нету.... Вот пусть тогда тебя и поищут, как ветра в поле. Бесполезная затея. Было бы только кому искать...!
Максим летел на Дальний Восток один. Никого с ним не было рядом, и его никто не ждал в городе, куда он летел. Ни одна живая душа...!
Местом назначения для него, был город Комсомольск. В общем, то хорошее, молодёжное, и зовущее в неведомую даль, название. Но Максим сейчас почему-то, уже совсем не хотел покорять новые города...!
В конце концов, Максим заснул, предварительно отхлебнув прямо из горлышка, изрядную порцию коньяка.
Ему снился сон:
- Максим, бежал, по необъятному, зелёному полю. Его граница простиралась очень и очень далеко, прячась за линию горизонта. Он плавно скользил над травой, почти не касаясь ногами земли. Максим бежал одетый в длинную, просторную, белую рубаху, босиком, без обуви, и почему-то без трусов. Почти, что голышом. Ему во сне было лет шесть или семь. Небо над ним было чистое и голубое, голубое..., похожее на какой-то, драгоценный, волшебный сказочный камень. Солнце ласково светило Максиму, обнимая его своими тёплыми лучами, и как будто улыбалось ему сверху.
- "Почему-то, даже нисколечко не колко ногам...!?" - почти не касаясь земли, и как бы летя над этим бескрайним зелёным полем, думал маленький Максим. - И какой огромный, просто даже необъятный и очень красивый этот мир. А я в нём такой маленький, маленький..., как песчинка или букашка...!
Максиму очень нравилось всё то, что сейчас происходило с ним, и он хотел бесконечно долго бежать, по этому красивому, зелёному лугу. Бежать по нему, всю свою жизнь....
Вдруг, неизвестно откуда взялся и подул, пока ещё лёгкий, но уже ощутимо прохладный ветерок. И он с каждой секундой крепчал, набирал силу и очень скоро, превратился в мощный, дикий и неукротимый ураган. Небо пугающе почернело, от его прозрачной, нежной синевы не осталось и следа. Этот свирепый ветер подхватил Максима, как пушинку, перевернул вверх тормашками, и как будто играючи, легко закружил, завертел, поднимая его всё выше и выше, к теперь уже тёмному и зловещему небу. Максиму стало очень страшно. Он хотел закричать, позвать кого-то на помощь, но не смог этого сделать. Он просто открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная из воды на берег, но крика о помощи не было слышно даже ему самому. Как будто кто-то, как у телевизора, просто взял и выключил звук.
К этому времени, Максим был так высоко над землёй, что уже не видел этот огромный луг, этот красивый, зелёный бархатный ковёр, по которому он, совсем недавно бежал. Солнца тоже не было видно. Оно куда-то исчезло. И в этой наступившей мгле, только одни, какие-то чёрные, грязные разводы крутились в небе, как в разбушевавшемся смерче. И это длилось, как показалось маленькому Максиму, очень долго. Вечность...!
Максим ещё много раз пытался закричать и позвать кого-нибудь на помощь, но все его попытки до кого-нибудь докричаться, заканчивались так же безрезультатно, как и прежде. Его голоса не было слышно, и помогать ему никто почему-то, совсем не торопился. Или просто не хотел...
И вот тут вдруг, совсем неожиданно для Максима, этот страшный ветер, ураган, так же внезапно стих, как и появился. И он стал быстро опускать Максима на землю, точно так же, как совсем недавно поднял его высоко к небу. Максим, с огромной высоты, кубарем полетел вниз....
- А-а-а-а... - во всё горло закричал Максим. Теперь он свой крик, слышал очень даже хорошо.
- Гражданин, Вам плохо...!? Или просто, что-то привиделось? - тормошила Максима за плечо стюардесса.
Максим открыл глаза и, убедившись, что самолёт так же спокойно висит в воздухе, гудя моторами, как и висел раньше, никуда не падая, прошептал: - "Слава Богу, живы и даже здоровы и на землю падать пока вроде не собираемся! И свистки ещё никому не раздают. Надо же такому присниться...! Вот и в детстве нежданно-негаданно побывал - почему-то не весело, про себя, подумал Максим. Потом он с определённым трудом улыбнулся стюардессе и сказал уже вслух: - "Нет уважаемая, мне совсем не плохо. Наоборот, мне сейчас, очень даже хорошо. Извините если что не так...".
Летели ещё часов пять....
Наконец самолёт пошёл на снижение. Вначале огнями засветился сам город внизу, а вскоре показались и огни взлётно-посадочной полосы. Она стремительно приближалась. Самолёт довольно плавно коснулся земли и затем, как будто освободившись от очень тяжёлого груза, уже легко и свободно побежал по бетонке.
Добрался Максим до города на такси.
Багажа, кроме дипломата в руках, у него никакого не было. Расплатившись с водителем и выйдя из машины, Максим огляделся по сторонам.
Он стоял на улице, которая представляла для него надо сказать, немалый интерес. Она была шириной, где-то около сотни метров, а возможно и больше. Улица была абсолютно ровная, словно её строили по натянутой нитке, и её конец уходил далеко, далеко и упирался в горизонт. Горевшие уличные фонари, двумя ровными яркими линиями так же убегали вдаль, обрамляя вечерним светом обе стороны этого широченного проспекта.