Страница 36 из 121
- Прекратите эти штучки, отпустите человека, - поморщился генерал. - Что и откуда вы знаете? Будьте любезны все изложить вот этому гражданину капитану, он большой специалист по подобным вопросам.
- Поболтать по душам мне и так найдется с кем. Времени в обрез, а ваш капитан мне гарантированно не поверит. Уделите мне ровно минуту.
- У меня нет минуты, - генерал решительно повернулся.
Катрин тоном тише, но столь же отчетливо сказала матерное.
Обернулся в ярости:
- Вы что себе позволяете!? Из гулящих? Шляются пробл... профурсетки.
- Может и так, - зло согласилась Катрин. - Только мы с вами, Петр Георгиевич, столицу и страну нынче вместе прое... профурсетим.
Экие шаги у него длинные, и сгреб за ворот пальто, встряхнул не на шутку. Вблизи генерал оказался даже выше...
- А говорил "минуты нет", - просипела придушенная шпионка, заставляя себя терпеть, не сбивать генеральский захват.
- Ты вообще, что за фря? - прошипел в лицо, взгляд действительно бешеный.
- Спокойнее. А то вообще задохнусь, - предупредила Катрин.
Самой соблюдать спокойствие и не дергаться было сложновато. Кроме генеральских рук - крепких, чувствовалось, что из донских казаков вышел молодой генерал - наличествовали и иные лапы: за плечи ухватили, за кисти бессильных дамских рук.
- Господа, ну что за пошлятина?! Прекратите лапать! - воззвала к офицерской чести шпионка.
Генерал отпустил первым:
- Пардон. Ступайте отсюда, мадмуазель. И поживее! Не до вас.
- Понимаю. Приказ двести пятьдесят первый[14] уже отдан? Даете противнику достойный повод для решительного ответа? Завтра бои начнутся, господин генерал. А кризис все еще можно разрешить малой кровью.
- Это вот малая?
Катрин глянула на ряд трупов.
- Увы. Это малая. Полагаю, вы ответите примерно тем же - пулеметами, вам возразят вдвойне - артиллерией с Петропавловской крепости и с кораблей, потом... Вы и сами понимаете. Считается, что Рубикон уже перейден, так? Да черт с ней, с речкой это галлийско-италийской. Господа, да оставьте же нас на секунду, нет у меня револьвера в ридикюле, и ридикюля нет, я абсолютно безопасная идиотка!
Иной раз широко распахнутое пальто и неуместное декольте отпугивает действеннее любого мата и угроз. Господа офицеры попятились.
- Петр Георгиевич, действительно несколько слов, но лично вам, - тихо предупредила Катрин. - Я знаю, вы пытались вести переговоры с ВРК. Полагаю, переговоры были не слишком успешны, но они были. Переход к стрельбе на поражение алогичен как для вас и Генштаба, так и для деятелей Смольного. Уничтожение нескольких членов Военно-революционного комитета, налеты, смерть генерала Оверьянова, вот этот расстрел - собственно, а кому они выгодны? ВРК все еще пытается давить политически, зачем им кровь? Объяснение одно - в Петрограде работает третья сила. Доказательства этому имеются лишь косвенные, да и выслушивать их вы сейчас не станете. Но примите как версию. Она многое объясняет.
- Ваша версия не оригинальна. На немцев намекаете? На странное немецкое оружие и провоцирующие диверсии? - Полковников покачал головой. - С какой стати именно вы мне пытаетесь морочить голову? Вы вообще кто? А, это уже не имеет значения. Передайте "товарищам" - не выйдет. Никаких уступок от правительства. Утром в городе будут войска. Это уже не секрет - казачьи эшелоны на подходе. Наоборот, я бы предпочел, чтобы в Смольном об этом знали все, вплоть до самых невменяемых головорезов, убийц и террористов. Ультиматум с требованием о безоговорочной сдаче оружия банд ВРК будет в утренних газетах, вместе с приказом ?251. Иначе заговорят пулеметы.
- Понятно. Но до утра у нас еще есть время. Поясняю - лично я не от ВРК. Отнюдь. Скорее, наоборот. Я - посредник. Товарищи от Смольного тоже здесь - Катрин неопределенно указала в сторону переулка. - Поверьте, это кровавое несчастье для них такая же неожиданность, как и для вас. В Смольном хотят взять власть, а не утопить все и вся в крови и хаосе. Возможна еще одна попытка переговоров?
Полковников щелкнул крышкой часов:
- Жду представителей ВРК в 6:00. Но предупреждаю - разговор пойдет иной. Полки 1-й Донской и Уссурийской дивизии уже будут в городе. Слушайте, я вообще не могу понять, почему вас слушаю. Я вас знать не знаю, абсолютно вам не верю...
- Слушаете, потому что я говорю интересные вещи, - буркнула Катрин. - Да и вообще кого сейчас слушать, если не меня? За мат извините, Петр Георгиевич. Неуместно, особенно когда мертвые рядом. Прошу простить. И приношу свои искренние соболезнования.
Генерал с некоторой заминкой пожал руку в тонкой перчатке.
Катрин вздохнула:
- Ужасный вечер, господин генерал. Всё, в шесть часов будем в Главштабе. Вряд ли делегация будет многочисленной, зато с конкретными предложениями. Как вариант: совместная группа по расследованию "пулеметных" терактов? Вас не затруднит пригласить свидетелей нападений? Взамен обязуюсь предоставить версии по оружию преступников и истинных целях их действий.
- Пустое это. Поздно разбираться в деталях. Некоторые события необратимы, - глухо сказал Полковников и пошел к дожидающейся его машине. Стайка адъютантов устремилась следом...
- С виду генерал - сущий перевяленный рыбец, - отметила Лоуд. - В мужской красе на человечьи физиономии я разбираюсь относительно, но тоже вроде он "не особо". Странно, что тебе понравился. Вот вообще не пойму я твоих вкусов.
- С какой стати он мне понравился?
- По спине было видно. Это ж я твоих вкусов не пойму, а спина у тебя куда как выразительна...
- Уймись. Ситуация хуже, чем мы думали. Казачьи эшелоны на подходе к городу. Полки 1-й Донской и Уссурийской дивизий прутся. Наверное, не в полном составе, но...
- Так казачки вроде и ехали? Но не доехали. Передумали или еще что-то там приключилось. "Овес дорог, красна гвардия хамовата, лучше возвернемся, да обождем".
- Сейчас чуть иначе. Что-то они куда раньше двинулись, в теплушки запрыгнули, и, похоже, большим составом. К самому празднеству будут.
- Может, брешет генерал? Тебя увидел, хвост распустил "у меня стотыщ курьеров и тридцать дивизиев кирасирских казаков".
- Это вряд ли. Похоже, как раз не врет.
- М-да, неприятно правдивая у него рожа была, тут я согласна. Слушай, а казаки нам не к чему. Надо останавливать.
- Как?!
- Нам же твой Полковников пример показал. Нужно встать поперек пути с честным противным лицом и призвать к сознательности. И чтоб пулеметы за спиной имелись. Мне Нестор всегда говорил: казаки, они пулеметов не любят. В этом военно-философском вопросе я с казачками, кстати, совершенно согласна - истинно демоновское устройство эти пулеметки. Как начнут тарахтеть, и тарахтят, тарахтят. Особенно те, что с ленточками... - принялась критиковать оборотень.
- Подожди. Какие у нас шансы остановить эшелон с казаками?
- Что ты так ошалело на меня смотришь? Шансов, конечно, у нас нет. Но какие шансы у эшелона под славным городом Петербургом налететь на опытного оборотня, обладающего профессорской ученой степенью? Тоже никаких! Корову задавить или Анну Каренину эшелон вполне способен, уже натренировались. А оборотня? Нет таких прецедентов! Значит, мы в равных условиях. Идем домой, готовимся, Прыгаем вдоль по местной географии. Сложновато, но в место на карте ты ткнешь, а я поднатужусь.
Готовились в спешке.
- Опять ни чаю попить, ни в теплом сортире посидеть, - возмущалась голенастая оборотень, натягивая термобелье. - "Хватай мешки, вокзал отходит!". Ты, кстати, знаешь, что этот мэм у меня родился, когда мы с Гру по случаю оказались на станции в Пуэрто-Монт, и там...
- Пошли уж, потом доскажешь, - взмолилась Катрин.
- Суета тебя до добра не доведет, - предрекла соратница, силясь вытряхнуть лыжную шапочку: в головном уборе почему-то оказалось полно красных опилок и шелухи от кедровых орешков. - Вот скинула ты платьице, даже парадные чулки не стянула, в штанцы запрыгнула - ах, побежали! А в чем смысл полундры, если тетя Лоуд всегда может полчасика скорректировать даже при поперечно-географическом перемещении?