Страница 4 из 16
– f7 – f5. Я спрашивал не о каких-то «других», а о себе.
– А разве это не унизительно, Бей? В том, чтобы стать моей копией, нет ничего хорошего, ведь копия всегда останется лишь копией. Разве ты никогда не хотел большего, чем это? Ведь я детектив, известный всему миру как L. И даже если бы мы работали вместе, никто никогда бы не узнал о твоем участии. Все говорили бы только об L, никому бы не было дела до B. Ты бы так и остался в моей тени, Бей. Слон е4 – d3.
Pause
В новогоднюю ночь, когда младшие воспитанники уже разошлись по комнатам спать, а старшие под незримым надзором воспитателей всё ещё развлекаются в саду, запуская фейерверки и хлопушки, L и B впервые отдаются друг другу. Не повинуясь внезапному страстному порыву, а просто желая удовлетворить, наконец, любопытство, связанное с этим нехитрым процессом.
Семнадцатипроцентная вероятность, что мимо комнаты может пройти Ватари или кто-то из воспитателей, их не волнует. А тот факт, что они занимаются сексом перед мёртвыми глазами жертв серийного убийцы, смотрящих на них с фотографий, отдаёт ноткой тягучего безумия и лишь разжигает интерес.
Позже, когда Бейонд, уткнувшись лицом ей в висок, тихо шепчет ей на ухо, что любит, а она, не глядя, пальцем рисует на его коже невидимые узоры, Эл впервые искренне широко улыбается.
Утром Ватари, встретившись глазами с Эл, посылает ей неодобрительный взгляд, а Артемис странно косится на них за завтраком. Но никаких комментариев так и не следует.
Play
– е7 – е5. Как трогательно, Эл. А поинтересоваться моим мнением на этот счет ты почему-то не посчитала нужным.
– А нужно было? Оно и так было предсказуемо. И мне не хотелось, чтобы ты, идя на поводу у чувств и эмоций, принял решение, о котором впоследствии бы жалел. е3 – е4.
– На поводу у чувств? Может быть. Не всем же быть бесчувственными истуканами. Конь с6 – d4.
– Помнится, когда-то ты говорил, что любишь меня именно за мою бесчувственность, Бей.
Pause
– Эл, не ты ли говорила мне, что главным и единственно верным правилом для тебя всегда будет отсутствие привязанностей?
У Ватари нет привычки заходить в комнату своей гениальной подопечной без повода, но на этот раз он делает исключение и, смотря сверху вниз на сидящую на полу перед компьютером Эл, кажется ужасно серьёзным.
– Ватари, ты сам себе противоречишь, – Эл поднимает глаза и едва заметно улыбается. – Разве не ты говорил, что мне нужны друзья?
Она знает, что её голос не дрогнет, и на лице будет написано лишь непоколебимое спокойствие. А глаза по-прежнему будут холодными, как у рептилии, по словам кого-то из старших воспитанников. Эл всегда будет нечитаемой маской.
– Дружба – это дружба, Эл. То же, что происходит между вами, выходит за рамки даже самых смелых представлений о дружбе.
Эл только чуть усмехается в ответ. Она не винит Ватари, всегда проявлявшего по отношению к ней отеческую заботу. Ей ничего не стоит выслушать напутствия.
– Брось, Ватари, это всего лишь физиология. Учитывая наш возраст, это совершенно нормально. И нам гораздо лучше работается после того, как мы немного поприкасаемся.
Этот разговор повторяется из раза в раз, и ему нет конца, потому что в этих вопросах они оба слишком упрямы, чтобы уступать. Поэтому, когда Ватари соглашается с её доводами и напоминает о мерах предосторожности, Эл ни на миг не сомневается, что эта тема скоро вновь встанет на повестке дня.
Play
– С днём рождения, Эл.
– Спасибо.
– И каково это, отмечать собственное совершеннолетие в одиночестве, да ещё и в другой стране?
– Обычный день, Бей. День рождения – это всего лишь обычный день, в который ты становишься на год старше, вот и всё.
– Иногда ты бываешь просто потрясающей занудой, Эл. И почему я всякий раз должен напоминать тебе, что сейчас твой ход?
– Конь f3 бьёт d4. Хорошо, Бей, раз, по-твоему, этот день необычный, расскажи мне, в чём же заключается его особенность, помимо уже упомянутой ранее?
– c5 бьёт d4. Всё просто. В этот день ты можешь делать всё, что угодно.
– Слон с1 – g5. Я и так могу делать всё, что угодно, так что это не аргумент.
– Прямо-таки всё, Эл? Ладья d8 – f8. Даже если я попрошу тебя о встрече, ты сможешь это сделать?
– Смогу, но не стану. Это же бессмысленно. Ладья f1 – c1.
– Я могу быть очень настойчивым, ты же знаешь. Готова поспорить со мной, что до конца этого разговора я заставлю тебя поменять мнение?
– Глупости какие.
Pause
Вопреки пристрастию к одиночеству, ну, или к компании Бёздея, Эл испытывает странное удовольствие в те редкие моменты, когда они втроем с Бейондом и Артемисом приходят в общую комнату, и младшие воспитанники буквально облепляют их, говорят об учёбе, делятся успехами и рассказывают о своих хобби.
Эл нравится, когда хрупкая Линда, обычно держащаяся в тени мальчишек, принеся из своей комнаты мольберт и краски, просит ей позировать, а после, когда рисунок закончен, внимательно выслушивает замечания.
Она с радостью слушает рассказы Мелло о его шутливых каверзах воспитателям и другим воспитанникам, о странных неординарных решениях той или иной задачи, пришедших ему в голову. По части неожиданных идей этот светловолосый невысокий мальчишка вполне мог бы дать фору даже Бёздею, если бы Бейонда всерьез интересовали столь незначительные вещи.
Мэтт, лучший друг Мелло, постоянно носящий на макушке защитные очки с оранжевыми стеклами, неизменно раз за разом предлагает ей сыграть в видеоигры. И, кажется, искренне радуется своим победам и одновременно печалится, что в силу недостатка практики Эл никак не может догнать его по уровню мастерства.
Тихий, почти что флегматичный Ниа, самый младший из кандидатов на роль её наследника, очень напоминает Эл её саму. Его индифферентность практически ко всему вкупе с живым интересом к наукам и логическим задачам невольно ассоциируются у Эл с её собственным детством. Она знает, что Ниа любит, если кто-то из старших даст ему почитать «взрослые» книги, словно считая его равным, или если она задаст ему задачу с трудным, неочевидным решением.
И ещё она знает, что, несмотря на общую говорливость о себе, эти четверо больше всего любят, когда она, Бейонд или Артемис рассказывают им что-то, будь то случай из их жизни или же придуманная экспромтом невероятная история. Иногда они всей компанией собираются в комнате A и B и засиживаются там далеко за полночь. Артемис, всегда лучше ладивший с младшими, их любимый рассказчик. Они слушают его, раскрыв рты, и счастливо улыбаются.
В такие моменты Эл понимает, насколько был прав Ватари, говоря, что ей, как и любому другому человеку, нужны друзья.
Play
– Ладья а8 – с8. Понравился подарок, Эл?
– Довольно необычно. Не ожидала от тебя. Слон g5 – d2.
– Полагаю, ты ожидала новых интересных задач? Ладья f8 – f7.
– Вроде того, Бей. О том, что ты можешь подарить мне побрякушки, я думала в самую последнюю очередь. а2 – a4. Видел бы ты лицо Ватари, когда он передавал мне твой свёрток.
– Как грубо – побрякушки. Между прочим, Эл, уроборос идеально тебе подходит. f5 бьёт e4.
Pause
Как-то раз в перерыве между расследованиями у них завязывается игра в вопросы и ответы. Вопросы идут самые разные, касаясь личных и не очень тем.
Анаконда.
Именно это отвечает Бейонд, когда Эл спрашивает, с каким животным она у него ассоциируется.
Да, анаконда. Спокойная, хладнокровная и смертельно опасная, опутывающая всех кольцами и душащая в своих объятьях. Подкрадывающаяся настолько незаметно, что жертва понимает, что попалась, лишь в последний миг, когда шанс давно упущен и уже нет надежды на спасение.
Эл с ним согласна и лишь хмыкает на его слова о том, что, в отличие от остальных, он сам добровольно позволил обвить его смертоносными объятьями. А вот понимают ли Артемис и остальные её истинную сущность?
Она предполагает такую вероятность, потому что, несмотря на юный возраст, Ниа, Мелло, Мэтт и Линда считаются лучшими в своей возрастной группе, и в интуиции и сообразительности им не откажешь. Но, с другой стороны, они просто люди и, к тому же, дети, а людям свойственно закрывать глаза на то, что они не готовы или не хотят видеть.