Страница 363 из 382
– Кодзу их отвлек. – Видимо, предпоследний вопрос она задала вслух, потому что Изуру на него ответил. Правда, ответ ничуть не успокаивал, скорее уж наоборот. Если тут еще и Кодзухиро замешан, пиши пропало! – Но это ненадолго, иначе это будет выглядеть подозрительно. Поэтому давай поторопимся.
Остаток пути они оба молчали. Йоко предпочла оставить свои вопросы до лучших времен и при случае задать их не Кире, а самому Кодзухиро. И так понятно, что Изуру лишь исполнитель. И, несмотря на то, что он вскользь упомянул что-то о том, что действует исключительно по собственному желанию, Накамура не сомневалась, что главный зачинщик уж точно не он.
Шли они, как и ожидалось, вовсе не в дом Изуру. Если ты беглая преступница Общества душ, идти в место своего постоянного проживания будет просто верхом наглости и неосмотрительности.
– Так ты объяснишь мне, что происходит? – осведомилась Йоко, когда Кира привел её на какой-то заброшенный склад на окраине Сейрейтея. Судя по количеству пыли, тут никто не был уже пару десятков лет, поэтому она немного расслабилась. – Ты, выходит, видел истинное лицо Кодзу? Что вообще творится, что ты, плюнув на все, пришел меня спасать? Ты же понимаешь, что теперь для тебя все кончено? Тебе не простят содеянного.
– Мне не нужно прощение, – почти что сплюнул Изуру и, увидев её недоуменный взгляд, пояснил, отведя глаза: – Казнь капитана Ичимару перенесли. Она состоится через три дня в полдень…
«А времени-то все меньше и меньше, Накамура-кун… Ты все еще уверена, что не хочешь поменять свое решение? Это ведь дело всего пары секунд. От тебя ничего не требуется, кроме твоего желания».
«Черта с два! Понятия не имею, что вы там с Кодзухиро замыслили, но потакать вам я не собираюсь. Вы и так уже натворили дел».
«Раз не имеешь понятия, почему бы тебе не спросить его? Нравится тебе или нет, но ты тоже часть нашего клана. Не в его интересах скрывать от тебя что бы то ни было».
Отвечать Йоко не стала. Вместо этого она уселась прямо на грязный пол и, обхватив голову руками, попыталась привести мысли в порядок. Их было не так уж много, и все они по большей части сводились к одной-единственной: нужно срочно что-то делать. Ситуация, кажется, достигла пика своей отвратительности, и сейчас можно было уже не мечтать разрешить её не то что миром, но даже малой кровью. И, пожалуй, Йоко только сейчас поняла, насколько наивны и глупы были её давешние помыслы. Настолько, словно она большую часть своей жизни носила очки с очень толстыми розовыми стеклами. И, как бы ни претила ей мысль о том, что она не может позволить себе поднять меч против тех, кого считала товарищами, другого выхода не оставалось. Сейчас она как никогда понимала чувства Куросаки Ичиго, когда он и его друзья явились спасать Рукию.
И что они имеют? Её при поддержке Хоугиоку, но ограниченную в возможностях проклятым ошейником. Изуру, решительно настроенного идти до конца. Ханатаро, готового оказать посильную помощь. Соскэ, навязчиво сидящего у нее в голове. Кодзухиро, плетущего какие-то свои интриги. Готэй 13, который не остановится ни перед чем, чтобы привести в исполнение приговор, вынесенный Советом сорока шести. Сам Совет, руководствующийся одной ему понятной логикой. Гина, чьи возможности, пожалуй, еще больше ограничены, чем у неё самой. Ну, и, наверное, Рангику, которой вообще противопоказаны стрессы, но которая черта с два согласится остаться в стороне.
– Так какой у нас план? – поинтересовалась она, подняв глаза на Изуру, который не вмешивался в её мыслительный процесс, а терпеливо ждал, когда она возьмет себя в руки. Однако его ответ все же поставил Йоко в тупик.
– А плана нет, – пожал плечами он. – Первым делом я собирался вытащить из заключения тебя, а дальше по обстоятельствам. Кодзу не говорил по этому поводу практически ничего. Сказал только что-то туманное о том, что тебя опечалит смерть капитана Ичимару, а ему этого не хочется, и все. Тут он помощь не предлагал. – А, чуть помедлив, добавил: – И, честно говоря, я понятия не имею, где его искать…
– А нам и не нужно его искать, – Йоко решительно вскочила на ноги и, отряхнув одежду, ударила кулаком в ладонь. – Мы справимся и без его помощи. Мое исчезновение, думаю, вскроется только утром, когда Нему принесет завтрак, следовательно, у нас вся ночь впереди.
– Ситуация в городе в последние дни очень напряженная, – осторожно заметил Кира. – После того, как стало известно о появлении Кодзухиро, все как на ушах стоят. Патрулей стало в разы больше. А учитывая сообщение, посланное Готэй 13 через смерть Омаэды, я уверен, что охраны у Башни раскаяния будет хоть отбавляй. Плюс к этому, как ты знаешь, сама башня сделана из духовного камня, и нам не удастся прорваться в нее силой.
– А это и не нужно, – улыбнулась Накамура, и в её голове возник план. – Есть куда более простой способ проникнуть внутрь. Называется ключ. Он обязательно должен быть у кого-то из охранников. Если нам удастся подобраться к ним незамеченными, все получится.
– И как ты себе это представляешь? – удивился Кира. – Если скрывать реацу мы более-менее умеем, и то не факт, что нас не обнаружат, то как ты предлагаешь одновременно нейтрализовать всех? Не будь на тебе ограничителя, я бы предположил, что у твоей занпакто появились новые способности, позволяющие усыплять не только мечи, но…
– У нас есть Хоугиоку, – напомнила Йоко. – Это наше главное преимущество. Она способна на многое, иногда и вовсе на невозможное. Она поможет нам скрыть реацу, чтобы нас не могли засечь.
– Ты говорила, что Хоугиоку может исполнять конкретные желания, – медленно произнес Изуру, тщательно подбирая слова и пытаясь разобраться, что же его так смущает во всем этом. – Но в таком случае я не понимаю, к чему нам такие трудности? Почему не может исполниться, скажем, мое конкретное желание, чтобы капитан Ичимару оказался на свободе?
– Потому что это желание не касается тебя лично, – пояснила Накамура. – Вот если бы это было желание самого Гина, и он бы потрудился его озвучить, пусть даже и мысленно, тогда другое дело. Ты же можешь загадать что-то вроде «Я хочу спасти его из Башни раскаяния», но даже это звучит слишком расплывчато и нуждается в конкретике. Например «Я хочу, чтобы мою реацу было невозможно обнаружить до какого-то момента». Плюс к этому не стоит забывать, что ты должен желать этого всем сердцем. И Хоугиоку не сможет дать тебе что-то постоянное, если у тебя к этому нет природной предрасположенности. Ну и совершенно невозможного тоже желать не стоит. Например, если ты пожелаешь немедленно овладеть банкаем при условии, что ни ты, ни твой занпакто к этому не готовы, ничем хорошим это не закончится, поверь мне.
– Понятно… – задумчиво протянул Изуру, переваривая новую информацию. – Выходит, если желания незначительны и не выходят за рамки, они будут выполнены.
– Но желать нужно очень осторожно, – вздохнула Йоко, решив все же поднять неприятную тему. – Иначе можно повторить участь Момо…
По тому, как изумленно распахнулись глаза Изуру, стало ясно, что он совершенно не в курсе истинных обстоятельств её гибели. И неудивительно. Вряд ли вообще кто-то, кроме нее и Хоугиоку, мог внятно объяснить ему что-либо.
– То есть, ты хочешь сказать, что?..
– Именно это и хочу, – мрачно подтвердила она. – Можно сказать, что Момо сама стала виновницей своей гибели… Когда капитан Хитсугая бросился на Айзена, она сама пожелала умереть вместо него. Пожелала всем сердцем, и Хоугиоку не смогла противиться силе этого желания.
Настроение тут же испортилось, и боевой настрой испарился почти полностью. Кира не хотел себе признаваться, что ввиду царившей в Сейрейтее несправедливости он даже не смог толком прочувствовать всю трагичность гибели Хинамори. Арест Йоко и капитана Ичимару и желание спасти их занимали все его внимание, и на фоне этого смерть Момо словно пролетела мимо него.
– Давай тогда решать, что мы будем делать, – сказал он, покачав головой.