Страница 21 из 148
— И ты прости, — вздохнула Коль, принимая его правоту, — но больше не скрывай от меня такое. Пожалуйста. Научишь контролировать?
— Конечно, — улыбнулся папа.
И он научил её брать эмоции под контроль, подчинять магию воле разума. Это было похоже больше не на колдовство, а на психологию. Так Коль научилась играть в покер. Ведь нет лучшей проверки на самоконтроль, чем борьба с азартом. Стоит отметить, что у него самого были с этим проблемы.
За пару месяцев до её шестнадцатилетия в город прибыл брат Робин, Роланд Гуд. Робин часто рассказывала о брате с восторгом и восхищением, особенно когда Ив жаловалась на своих, а Коль загадочно молчала в сторонке. И пусть Роланд бывал в городе не так уж и редко, но встретиться им всё никак не удавалось. И вот оно произошло, это великое событие: перед Коль живой, навыдуманный предстал «лучший старший брат на свете».
Он был очень красивый, высокий, широкоплечий, немного смуглый, кудрявый брюнет со смешными усами, которые впрочем ему шли. Роланд чувствовал себя неуютно, словно стеснялся всего, что с ним было связано: своего роста, своих усов. Следующие недели Роланд часто бывал вместе с ней и с Робин, смущаясь каждый раз, когда ему приходилось говорить с Коль, отчего она чувствовала себя неловко, немного лишней, но Робин продолжала таскать их обоих за собой. Потом Робин и вовсе скинула своего брата на Коль, и ситуация стала еще более неловкой. Коль долго думала, что раздражает Роланда, и он, ввиду своей скромности и вежливости, не может этого выразить, но потом она поняла, что всё было как раз наоборот. Тогда многое обрело свой пугающий смысл. Общество Роланда было ей приятно, а его робость её умиляла. Она постаралась максимально облегчить для Роланда общение с ней, внимательно слушала его, задавая вопросы, подстраивала свой шаг под его, давая понять, что они вполне могут передвигаться с привычной ему скоростью. И постепенно Роланд стал открываться ей, и то, что она видела, до безумия ей нравилось. Он был как-бы проще остальных, но было в нём что-то такое, делающее его сложнее и глубже. Роланду также была присуща небывалая сила духа, гармонично сочетающаяся с врожденной храбростью и благородством, но при этом он был крайне уязвим, что немного пугало. Он, казалось, готов был подарить ей весь мир, вырвать своё сердце из груди и вручить ей, только вот ей не нужно было никаких жертв. Коль первая пригласила его на свидание, которое было больше не свиданием, а её личной попыткой открыться Роланду, как он открылся ей. Пришлось поцеловать его, чтобы уговорить. Вот уж не думала она, что таким будет её первый поцелуй, потому она мысленно решила для себя, что этот не считается. На первом свидании Коль с ветерком покатала Роланда по трассе и напоследок снова поцеловала его. Это было мило, романтично и красиво, но уж больно неловко, из-за чего она стала лихорадочно выдумывать какую-нибудь шутку, в итоге сказала что-то глупое про усы.
«Ну, молодец! — досадливо воскликнул её внутренний голос. — Всё умеешь испортить».
В итоге они с Роландом, начали встречаться, но их свидания мало отличались от тех прогулок, которые они совершали до той ночной поездки. Роланд ни жестом, ни взглядом, ни словом ни разу не проявил к ней неуважение. Коль была рада, что он не стремился всё усложнить, и ещё, кажется, она в него влюбилась.
Был в её жизни ещё один мужчина, которому следовало знать о её отношениях с Роландом. Колетт рассказала отцу всё сразу же, как стала сама относиться к этому серьёзно, опустив некоторые личные подробности.
— Так ты его любишь, выходит, — медленно произнес папа, выдержав минутное молчание после её рассказа.
Он сидел в кресле в своём домашнем кабинете и поглядывал на Коль со светлой грустью.
— Он мне дорог, — уклончиво сказала Коль, — но я не могу сказать точно, любовь ли это. Да и кто может в шестнадцать лет? Все невинно. Мы просто ходим и разговариваем, не более.
— Тут уже не всё так просто, — возразил папа, — если ты рассказываешь об этом мне, подбирая оправдания.
— Я не знаю, что в точности нас связывает. Честно.
— Значит, любишь.
Колетт виновато улыбнулась.
— Это нормально. Я рад за тебя, — папа печально улыбнулся ей. — Любовь — самая чудесная вещь на свете.
— Выглядишь ты не очень радостным.
— Просто…порой время летит слишком быстро.
Коль обошла кругом стол, остановилась позади кресла и обняла, прижимаясь подбородком к его плечу.
— Не грусти, папа, — прошептала она ему на ухо. — Я никуда не денусь. Никогда-никогда.
Он легонько похлопал ладонью по её руке, а она еще крепче прижалась к нему.
Однажды в их скромном маленьком городе поселился Волшебник. Но кого можно было удивить волшебством в Сторибруке, где помимо легендарных магов теперь магическим даром обладал каждый второй ребёнок вне зависимости от происхождения и талантов его родителей. Но Волшебнику удалось поразить всех. Он звался Синдальт, Повелитель Времени и принес с собой в город магический песок, способный переносить любого во времени и пространстве, но в рамках одного мира. Коль попала на его первое показательное выступление.
Как-то вечером, где-то в середине марта Коль и Робин наткнулись на Ив и Томми с друзьями, среди которых был сын шерифа Нил Нолан. Ив сказала своим подругам, куда они собираются вечером, и пригласила их пойти вместе. Долговязая блондинка Алекс Герман недовольно скривилась и выразила своё негодование в крайне пренебрежительной форме. Коль почему-то вспомнилось, что Алекс тоже была в тех туннелях.
— Брось, Алекс, — фыркнул Нил, не сводя глаз с Робин, — будет весело! Тем более Он велел звать всех, кому будет интересно. Так что, придёте, девочки?
— Подумаем, — сказала Коль.
— Мы придём, — решила Робин. — Даже не сомневайтесь. Увидимся там.
— Чудненько, — безразлично сказала Алекс и взяла Нила под руку. — Пойдем, дорогой.
Вся компания удалилась.
— Белобрысая мразь, — процедила Робин. — Но, возможно, будет интересно.
— Так почему мы туда идём? — шутливо поддела подругу Коль. — Потому что белобрысая мразь или потому что будет интересно?
И действительно, было интересно. Синдальт начал своё шоу поздним вечером, когда совсем стемнело, чтобы эффектнее выглядеть среди огня, когда его волосы приобретали явственный красный оттенок.
— Что если бы путешествия во времени было совершать так же просто, как обыкновенные перемещения в пространстве, без жутких нудных ритуалов с бессмысленными жертвоприношениями? — говорил Синдальт. — Что если это так? Мы могли бы подчинить этот мир своим правилам! А лучше убрать их совсем! К чёрту правила! К чёрту!
В толпе нашлись люди, которым это понравилось.
— Мы бы могли изменить всё! Подмять под себя реальность! Преобразовать её! — он все больше входил в раж. — А ещё… Только представьте! Вечная молодость! Вечная жизнь! Смерть не страшна тому, кто подчинил время! Мне нужен ассистент! Вот ты! Рыжеволосая красавица справа в третьем ряду! Иди сюда, не стесняйся!
Робин изумлённо вздёрнула брови и подошла к нему. Он насыпал на ладонь полную пригоршню магического песка и что-то прошептал на ухо.
— Главное — задать маршрут и время! — провозгласил Синдальт и извлёк из-за пазухи маленького белого кролика. — Этот кролик совершит путешествие во времени длиной в минуту! Для начала! Давай, милая!
Робин рассыпала песок кругом и произнесла заклинание. В земле разверзлась светящаяся впадина, в которую Синдальт бросил кролика. А потом он заставил всех отсчитывать секунды вместе с ним. Как он и предсказывал, кролик объявился ровно через минуту, оповестив всех присутствующих о своём прибытии громким хлопком.
— Если вы думаете, что это просто фокус, то проверьте сами! — с этими словами он начал кидать в толпу мешочки с магическим песком. Коль поймала один и встретилась с ним глазами. Даже уродливый человечек, затащивший её в туннель, был не так страшен, как эти глаза: чёрные, злые и безжизненные. Коль будто бы взглянула в глаза самой смерти.