Страница 2 из 148
У самой лавки Колетт резко остановилась, а Белль хотела было резко высказаться по поводу всей этой бесполезной беготни с её участием, но не произнесла ни слова, заметив, как рука Колетт неуверенно тянется к двери и как затем она её отдёргивает и прячет за спиной.
— Ты можешь зайти первая? — попросила Колетт неожиданно вежливо. — Пожалуйста. Я немного волнуюсь.
— Ладно, — тревожно согласилась Белль, — хорошо.
Голд почти сразу вышел к ним из подсобки.
— Белль, — мягко произнес он, — и… Я вас видел раньше?
— Не знаю даже, как вам сказать, — Колетт неуверенно шагнула ему навстречу. — Я… Дело в том, что я из будущего… И я вроде как…
Девушка задрожала, как лист на ветру, неуверенно хлопая руками по бедрам. Белль решила не вмешиваться со своими собственными комментариями.
— Колетт? — спросил Голд.
Уголки его губ изогнулись в едва заметной улыбке. Колетт смотрела на него во все глаза, с какой-то затаённой печалью, с болью, так хорошо знакомой Белль по её отцу. Белль стало не по себе от этого взгляда, как и самому Голду.
— Ну и что я натворил в будущем? — попытался пошутить Румпель, — опять собрал всю магию? Продал город? Устроил апокалипсис?
— Нет, — улыбнулась Колетт, — ничего такого. Вообще ничего.
Она вдруг сорвалась с места и обхватила его руками поперек туловища. От неожиданности Голд покачнулся и неуверенно обнял её в ответ, покосившись на Белль.
— Я просто… Я так рада…
— Ладно-ладно, — мягко сказал Голд, легонько похлопывая её по спине. — Тогда другой вопрос. Как я умер?
— Глупо, — всхлипнула Колетт, крепче прижимаясь к нему.
Белль не ожидала этого вопроса, но и не удивилась ему. Её душе стало больно за девочку, и за её отца, и, совсем чуть-чуть, за её мать.
***
Мистер Голд заварил чай и разлил его по трём чашкам. В глубине лавки мирно посапывала его маленькая дочка, а рядом, за столом, сидела её повзрослевшая версия. Кажется, Колетт его искренне любила, что вселяло в него робкую надежду: он её не подвел. Хотя и оставил. Известие о его относительно скоропостижной кончине почему-то мало его взволновало. Куда интереснее было узнать, почему Колетт пришла в 2015-й, и он задал прямой вопрос.
— Я ищу одного человека, — сказала Колетт, принимая чашку чая и отпивая чуть-чуть. — Ой, фу… Ты всегда питал слабость к этой гадости, да?
Белль согласно скривилась, а Голд рассмеялся.
— Ладно, — сказал Голд, — что за человек? Зачем ты ищешь его?
— Его зовут Синдальт, но имя, конечно, вымышленное, — сказала Коль, — как у персонажа из германского эпоса. Он имеет отношение ко всему произошедшему. Ко многим, очень многим ужасным событиям. Включая твою смерть.
Голд понимающе кивнул и задал новый вопрос:
— Он сам кто-то вроде путешественника во времени?
— Да, — кивнула Коль, — он всех и научил новому способу, не требующему тех жертв, что заклятье Зелены. Когда это стало доступно и распространилось, будущий ты и Реджина изъяли все ресурсы, что могли, и путешествия во времени запретили. Впрочем Синдальт охотник за чем-то более ценным. Он в некотором роде как бы магию собирает. И ему нужен Темный.
— Потому он убил меня? — спросил Голд. — То есть он теперь Тёмный и находится здесь?
— Нет, не совсем. Тёмный ему не достался. Он, как это?
— Отправился в хранилище Тёмных.
— Да! — ухватилась Коль за фразу. — Возможно, теперь он попытается забрать Тёмного здесь. То есть убить тебя.
— Но зачем ему Тёмный? — тревожно спросила Белль, не сводя глаз с Голда.
— Чтобы жить вечно, — просто ответила Коль, — насколько я понимаю….
И тут что-то взорвалось на улице. Засигналили машины. Маленькая Колетт проснулась и заплакала. Белль, опередив мужа, бросилась к ней. Другая Колетт выбежала из лавки, и Голд, немного помедлив, выскочил следом.
Взорвана была одна из машин, её догорающие части были разбросаны по всей дороге. Посреди улицы, на крыше другой машины, сидел мужчина в чёрных кожаных штанах и чёрной рубашке, на фоне чего особенно ярко выделялись огненно-рыжие с красноватым отблеском волосы и борода с усами. Когда Колетт и мистер Голд показались, мужчина засмеялся.
— Я всё ждал, когда ты придёшь, малышка Коль, — издевательски сказал Синдольт, — прибежишь к папочке.
Он поднялся на ноги и, легко спрыгнув, подошёл ближе, манерно и нарочито медленно.
— Мистер Голд в добром здравии, — продолжал Синдальт, — да надолго ли? Или, может, ты сама отдашь мне то, что я хочу? Прямо сейчас! А иначе… Я думаю, не нужно дорисовать картинку до конца.
Коль яростно бросилась вперед, но Голд удержал её. Удержал с трудом.
— Я разделаюсь с тобой, мерзавец! — крикнула Колетт. — Разделаюсь! Ты пожалеешь…
— Уже жалею, — улыбнулся Синдольт, — жалею, что не убил тебя… вместе…
Голд и сам начал закипать, а потому все-таки не смог удержать девушку от немедленной расправы. Колетт вырвалась и, совершенно неожиданно для Голда, создала файербол, который полетел в Синдальта, но не достиг цели. Он чувствовал присутствие магии в ней с самого начала, и причём магия была двух типов: одна какая-то естественная, слабенькая, а вторая напоминала знакомую ему мощь. Одна нехорошая мысль вертелась в его голове, но верить в это он не хотел. Коль не стала создавать второй файербол, а просто кинулась на него с кулаками, и Голд опять её оттащил.
— Не стоит того, — прошептал Голд ей на ухо. — Мы придумаем что-то ещё. Он не уйдёт.
Синдальт рассмеялся.
— Я бы послушался папочку, малышка Коль, — оскалился он. — Это того не стоит. Сотрясение воздуха, не более. Но в другом он не прав: я могу уйти, если захочу. Но я не хочу уходить… с пустыми руками. Или ты, или все, кого ты так любишь.
— Поглядим, — прорычал Голд, едва сдерживаясь. — Как только я узнаю, кто ты такой на самом деле, твоя жизнь оборвётся.
— Но зачем же ждать? — усмехнулся Синдольт, — давай сразу к делу, Тёмный.
— Если бы тебя было так просто убить, то, я думаю, ты не стоял бы здесь и не кривлялся, — усмехнулся Голд в ответ. — Но уверяю тебя: способ я найду.
— Отойди от них! — раздался за спиной паяца угрожающий молодой голос.
— Или что? Пустишь мне стрелу в сердце, — улыбнулся Синдальт, — а, Роланд? И Генри… Ух ты. Да никак ещё кто подоспеет к праздничку!
За ним действительно стояли двое мужчин. Они возникли ниоткуда, также как и Коль на кухне в его доме. Роланд был совсем молод и очень напоминал своим телосложением и движениями Робина Гуда, и сейчас он также раздражающе бесполезно, но до смешного храбро целился из лука в человека, наполненного магией чуть ли не больше самого Голда. А Генри… Голд даже слегка смутился, увидев его. Уж очень сильно он напоминал своим видом покойного Бэйлфайера, даже постригся также и бородку такую же отрастил, только одет был, как Август Бут.
— Так что вы задумали, друзья мои? — на сей раз Синдальт обернулся и немного отошел в сторону, чтобы все пятеро собравшихся образовали некое подобие круга. — Что мы будем делать? Хотите сделку?
— Никаких сделок, — пробасил Генри, — с тобой — никаких и никогда.
— Ладненько, — Синдольт хлопнул в ладоши, — пожалуй, достаточно общения для первого раза.
Он обошёл всех кругом и счёл нужным отдельно остановиться перед каждым. Перед Роландом, всё ещё держащим его на прицеле, он задержался дольше, потом с силой надавил на его руки, опуская лук к земле, и что-то прошептал на ухо. Это явно было связано с Коль, потому что внимание обоих было обращено к ней. Роланд ударил его по лицу, а потом ещё раз, и ещё, пока Синдальт притворно не повалился на землю. Уж в притворстве Голд разбирался, но не понимал, к чему нужен этот фарс и провокации. Просто заявить о себе?
Генри удержал Роланда, как некогда Голд удержал Колетт. С громким хлопком Синдальт растворился в воздухе.
— Что происходит?
Со стороны офиса шерифа к ним приближалась Эмма Свон.
— Не знаю, мисс Свон, — ответил Голд, глядя на печальное лицо своей дочери, — я сам получил не все ответы.