Страница 75 из 93
— Какое облегчение. Габриэль вызвал судебного бухгалтера, но мне нужны ответы прямо сейчас. Пусть даже на скорую руку.
— Судебного бухгалтера? — Глаза Скотта расширились. — Хорошо. Конечно, я не столь хорош, но представлю отчет, как только закончу. Это не должно быть слишком трудно.
И вот уже одна проблема решена.
— Спасибо. Позвони мне, как только закончишь, хорошо?
— Конечно. — Скотт оглянулся, заметив, как в их сторону шагает Габриэль. — Похоже, твой эскорт уже здесь.
Она быстро обняла Скотта, чувствуя на себе изучающий взгляд. Когда она повернулась, Габриэль не сводил с нее глаз. Чистое собственничество полыхало на его лице, прежде чем он, казалось, заставил себя расслабиться. Он улыбнулся Скотту и взял девушку за руку.
Спустя несколько мгновений Гейб вывел Эверли через вестибюль и открыл перед ней дверь лимузина. Лишь пара журналистов слонялись снаружи. Габриэль был прав. Где-то между объявлением, что она не была любовницей Мэддокса и новостью, что авария произошла из-за ошибки пилота, она и Габриэль перестали быть частью сенсации. Она с облегчением вздохнула, когда Дэкс отъехал от тротуара.
Потом она заметила, что кто-то поднял перегородку между ними и водителем. Это превратило большой, красивый лимузин в очень интимное пространство. Она была одна с Габриэлем — и прекрасно осознавала, как пристально он на нее смотрел.
— Что происходит? — спросила она, ее голос дрогнул.
Он взглянул на нее через сиденье, взгляд его блестящих голубых глаз пронизывал насквозь. Сексуальная вечерняя щетина виднелась на подбородке.
— Нам нужно поговорить.
Габриэль прав, но она не хотела обсуждать вопрос, который, скорее всего, был у него на уме.
— Я не знаю. Человек, с которым я говорила ранее, сказал, что я не должна доверять тебе, потому что ты будешь на стороне друзей, когда все это выплывет наружу.
Он выпрямился, став более серьезным.
— Мы на одной стороне. Так что это должно означать?
По крайней мере, он больше не смотрел на нее так, словно она была маленьким зайчиком, которого он собирался съесть на десерт.
— Ты мне расскажи.
— Детка, я даже не знаю, что этот мудак тебе сказал. По-видимому, ничего хорошего обо мне. Откуда вообще он что-то знает? Как мы можем быть уверенными, что он не какой-нибудь репортер?
Она задавалась тем же вопросом.
— Он спросил, нашли ли мы фотографии девочек в ящике в скрытой комнате.
Это потрясло его.
— Как он вообще узнал, что мы нашли спрятанную комнату или запертый ящик, не говоря уже о том, что было внутри?
— Понятия не имею.
Он выдохнул.
— У Мэда были камеры по всему дому. Для… безопасности. — Кое-что в том, как он произнес последнее слово, вызвало у нее подозрение. — Я предполагал, что они были уничтожены в огне, но, может, и нет.
— Безопасности, да? Более вероятно, что Мэд установил камеры по всему дому, чтобы снимать порно фильмы. — Она знала своего брата. Он был другом по отношению к ней, и полным извращенцем по отношению к другим женщинам.
Губы Габриэля дрогнули.
— Ладно. Возможно, он не всегда использовал их в целях безопасности. Но я не могу придумать никакого другого способа, которым это парень бы узнал об этой комнате или ящике. Но как он мог оказаться в доме вместе с нами?
А вот в этом она была экспертом. Еще в колледже, ей удалось поймать эксгибициониста, взломав камеры безопасности своего общежития. Она не донесла на него. Она просто хотела доказать, что может сделать это. Парень был на удивление хорошо оснащен, и через какое-то время все с нетерпением ожидали его ежемесячных появлений.
— Ему не нужно было находиться в доме вместе с нами. Если он подключился удаленно, то мог наблюдать за нами. Он мог наблюдать за нами все время.
Его яростный взгляд сказал ей, что ему не нравится эта мысль. По правде говоря, Эверли она тоже не нравилась.
— Но это не объясняет, как он узнал о фото внутри ящика, — заметила она. — Мы не открывали его в доме Мэддокса.
Он наклонился и проверил небольшую панель управления рядом с собой, чтобы удостовериться, что Дэкс его не услышит.
— Единственный способ узнать это — поговорить с Дэксом, Коннором или Романом. Но я не верю, что кто-то из них предал нас.
Она тоже в это не верила и была удивлена, что он хоть на мгновение заподозрил своих друзей.
— Если только мой информатор не следил за камерами в течение нескольких дней или недель и увидел, что он положил в ящик.
— Но зачем ему делать это, если только его интерес к Мэду появился не вследствие его смерти? — Габриэль поднял голову, встречаясь с ней взглядом полным подозрения. — Если только твой информатор не был вовлечен.
Эверли понимала, что он имеет в виду, что, возможно, ее тайный осведомитель был не просто наблюдателем в смерти Мэддокса, но она видела другой возможный вариант. — Мэддокс и при жизни привлекал слишком много внимания к своей персоне. Может быть, этот парень следил за ним, ища материал для потенциальной статьи в бульварной газетенке, и просто продолжил наблюдать, чтобы посмотреть, как продвигается расследование.
Гейб замер, затем выдохнул.
— Есть какие-то мысли, кто этот парень?
— Нет, но он многое знает. Он утверждает, что послал мне некую информацию, которая может помочь раскрыть убийство Мэда. До сих пор все, что я получила от него, — это один адрес электронной почты и несколько загадочных сообщений. Он назвал это данными, но я не получала ничего подобного. Кто-то прислал мне фотоаппарат, но на нем были фотографии, а не данные. Я скачала несколько картинок, прежде чем мой ноутбук сдох. Если бы ты отпустил меня забрать эту чертову вещь, я бы смогла загрузить фотографии на компьютер Коннора.
Габриэль вздохнул.
— Прости. Я пытался тебя защитить. Я обещаю, утром первым делом мы их заберем. Валери не заберется в твой офис из тюрьмы. Теперь объясни мне.
То, что Валери под арестом, было единственной причиной, почему она не ворвалась обратно и забрала все свои доказательства.
— Похоже, кто-то следил за мной и Мэддоксом до его смерти и послал мне камеру с картой памяти внутри. Эта карта памяти содержала фотографии. — Она подняла руку, потому что Гейб был готов перебить. — Сегодня я удаленно подключусь к моей системе и просмотрю фотографии, которые еще не загрузила. Обещаю. Завтра мы можем посмотреть остальные. Сделай глубокий вдох.
Габриэль расправил плечи, и они, казалось, стали шире. Она начала распознавать все признаки того, что он был зол или обеспокоен.
— Он фотографировал тебя, прежде чем Мэд умер?
Да, сейчас он выйдет из себя.
— Думаю, что он много знает обо мне. На самом деле, обо всем. Он сказал, что в смерти Мэддокса есть что-то большее, чем кажется на первый взгляд. Гораздо большее. Мне в голову пришла мысль, что он имел в виду, что все, что происходит, выходит за рамки убийства. Он упомянул имя «Сергей». Мы должны найти кого-то с этим именем.
Гейб стиснул зубы.
— В день своей смерти Мэд спрашивал меня о Сергее, но я не знаю никого с таким именем. Твой тайный информатор сказал, как нам его найти?
— Не нам. А мне. Предполагается, что я должна найти Сергея в одиночку. Информатор сказал, что я не могу тебе доверять. — Но она чувствовала, что могла. Или просто потому, что ей действительно хотелось верить, что ее сердце не могло так заблуждаться?
— Клянусь Богом, когда мы во всем разберемся, я выбью дерьмо из этого Сергея — и твоего шпиона-информатора.
Наверное, это было не лучшей идеей.
— Подозреваю, что мы ищем человека со связями в русской мафии. Интересно, связан ли он как-то с другой женщиной, которую пытался найти Мэддокс. Наталья, верно? — Эта связь крутилась у нее в голове все утро. — Я хочу нанять детектива, чтобы ее найти.
— Последний из них умер при сомнительных обстоятельствах, Эверли. — Габриэль сменил тон на более суровый. — Ты выходишь из игры. Теперь, когда Валери поймали, твоя роль во всем этом закончена.