Страница 21 из 22
— Он прав, — сказал третий выступающий, не называя предыдущего по имени и соблюдая таким образом конспирацию, требующую, чтобы не упоминалось ничьих имен и не осталось никаких письменных следов. — Наша главная миссия — хранить гвозди с Распятия, о местонахождении которых сказано только в нашей хартии. И мы будем и впредь беречь наше богатство до тех пор, пока будет существовать Орден миссионеров льва. Конечно, мы не можем больше полагаться на наши вооруженные силы. Единственный способ сохранить сокровище — это хранить сегодня как никогда тщательно его тайну. Покуда наши враги не знают о его существовании, они не смогут им завладеть. Такова отныне наша миссия. Всякий, кто прознает о сокровище, должен будет погибнуть, как испокон веков гибли те, кто хотел к нему приблизиться.
После этих слов в Зале Альберго воцарилось молчание. Затем легкий шепоток пробежал среди присутствующих и через несколько мгновений стих — все, казалось, были согласны. Тогда один за другим все присутствующие, прежде чем разойтись, торжественно произнесли одну и ту же фразу:
— Клянусь пред Господом, что буду верен Ордену миссионеров льва и навсегда сохраню тайну его священного сокровища.
От кого: Alessandro Baldi
Кому: [email protected]
Тема: Арест виновного
Дорогой профессор,
Прежде чем назвать имя виновного, я должен вам кое в чем признаться. Когда я начал расследовать убийство Эдит Девиль, произошедшее в ноябре этого года, я, как вы знаете, очень быстро обнаружил сходство этого преступления с таинственными исчезновениями профессора Дармингтона в 1934-м и профессора Дзампьеро в 1962-м.
Первое, что пришло мне тогда в голову — что эти похожие убийства совершил один и тот же преступник. Единственный человек, ныне живущий и занимающийся тем же делом, что и жертвы, побывавший в Венеции в 1934 и 1962 годах, — это вы, знаменитый профессор Джефферс. Истинная причина, побудившая меня вступить с вами в контакт, была такова: я считал вас главным подозреваемым.
Однако я быстро понял, что пошел по ложному пути. Ваш преклонный возраст и состояние здоровья говорили о том, что вряд ли вы могли совершить эти преступления. К тому же видеоснимки мужчины лет сорока, находившегося рядом с Эдит Девиль за несколько минут до ее смерти, окончательно оправдали вас в моих глазах. Впоследствии вы оказали мне неоценимую помощь. Без вас я бы никогда не добрался до Тинторетто, Скуолы Сан-Рокко, Ордена миссионеров льва и, наконец, до убийцы.
Вместе с тем, когда я решительно отмел все подозрения о вашей причастности к этим загадочным убийствам и радовался тому, что такой знающий человек готов мне помогать, у меня возник новый вопрос, не дававший мне покоя: почему такой эрудит, как вы, один из самых крупных историков в мире, не знает, что являлось самым большим сокровищем, добытым крестоносцами в 1203 году?
Углубившись всего на несколько дней в хроники XIII века, составленные французскими, византийскими и венецианскими авторами и повествующие о взятии Константинополя участниками Четвертого крестового похода, я то и дело встречал упоминание о гвоздях с Креста, на котором был распят Иисус Христос; говорилось, что они были увезены венецианцами и торжественно доставлены в Светлейшую. С той поры история потеряла след этой бесценной части добычи, но есть все основания полагать, что такой богатый и набожный город, как Венеция XIII века, никогда бы не согласился расстаться с сокровищем.
И вот, рассуждал я, если даже мне удалось быстро все это выяснить, то как знаменитый профессор Джефферс мог не знать о таком факте? Исключив предположение о вашей усталости и болезни, внезапно лишившей вас памяти и возможности рассуждать здраво, я пришел к единственному выводу: если профессор Джефферс не отвечает правильно на мой вопрос, значит, просто-напросто с некоторых пор нет никакого профессора Джефферса.
Я сделал несколько звонков в нью-йоркскую полицию, и там мне подтвердили то, чего я опасался: Уильям Джефферс скончался две недели назад в своей квартире от дыхательной недостаточности.
И вы, да-да, вы, который читает сейчас это электронное письмо и который, заняв место за его компьютером, ответил на три последних моих письма, вы его и убили. Профессор был стар, и вам не составило большого труда задушить его, как не составило труда сбросить из окна Эдит Девиль, что находилась с вами во дворце неподалеку от Немецкого подворья. А когда Уильям Джефферс был уже мертв, вы попытались направить меня по ложному пути, выдав себя за него и указав на икону Святой Софии, относительно которой все историки сходятся во мнении, что она исчезла во время пожара в церкви Святой Марии.
Итак, мне оставалось только установить вашу личность. Разумеется, это было сделать проще-простого. Только три человека знали о том, что я интересуюсь картиной «Святой Рох во Славе», находящейся в Зале Альберго: профессор Джефферс, хранительница Скуолы, которая могла меня видеть за работой, и музейный смотритель, которого я попросил, чтобы, пока я буду работать, он никого в зал не пускал. Профессор Джефферс исчез, хранительница, как я точно установил, еще пару часов тому назад была на своем месте, остаетесь только вы — смотритель Скуолы Сан-Рокко.
В данную минуту вы, находящийся в Нью-Йорке, когда снимаете форму музейного смотрителя и надеваете обычную одежду, становитесь карающим мечом Ордена миссионеров льва. В этом качестве вы действуете в точности как ваши предшественники: на протяжении веков смотрители Скуолы охраняли хартию ордена, спрятанную под красочным слоем «Святого Роха» Тинторетто. Вы знали, что Эдит Девиль подвергла картину рентгенографическому анализу, и заставили ее замолчать навсегда. Так же и прежние смотрители, которых сегодня уже нет, в свое время уничтожили профессоров Дармингтона и Дзампьеро, после того как они раскрыли тайну полотна Тинторетто.
Это дело, хотя я и докопался до истины, оставляет у меня горькие чувства. Прежде всего потому, что я не сумел спасти Уильяма Джефферса, за смерть которого считаю себя ответственным; потому, что не имею возможности арестовать вас лично по обвинению в убийстве Эдит Девиль. Поскольку вы находитесь сейчас на территории Соединенных Штатов, вас будут судить за убийство профессора Джефферса, американского гражданина: я отправил все материалы следствия моим нью-йоркским коллегам. С ними я поддерживаю мобильную связь и сейчас, когда набираю эти строки.
В эту самую минуту они проникли в квартиру профессора Джефферса и подтверждают мне, что наставили вам в спину дула пистолетов. Итак, для вас все кончено, сейчас американские полицейские зачитают вам ваши права.
Если у вас еще есть время прочесть эти последние строки, знайте, что я ни секунды не сомневаюсь, что в этот самый момент в Венеции Орден миссионеров льва назначает вам замену — нового смотрителя, который будет хранить тайну исторического сокровища, даже если для этого потребуется пролить чью-то кровь. Я знаю также, что отныне жизнь моя будет в постоянной опасности. Чтобы уцелеть, я должен остерегаться всех и каждого.
Как вы сумели добраться до профессора Джефферса, сведения о котором есть только в моем компьютере, если не через пособников в самой венецианской полиции? Я прекрасно понимаю, что члены ордена окружают меня со всех сторон. Быть может, сейчас, когда я набираю эти строки, они сссс;;;;;;//////// Ошибка в сообщении тип 78MVV строка 00055 соединение прервано
{эto modno
При таинственных обстоятельствах один за другим погибают известные искусствоведы, изучавшие одну и ту же старинную фреску итальянского мастера Тинторетто. Расследовать смерть одного из них берется опытный венецианский следователь Алессандро Бальди. Он выясняет, что совершенное преступление — лишь звено в длинной цепочке изощренных убийств… Алессандро Бальди и профессор Джефферс, специалист по эпохе Возрождения, решают приоткрыть завесу тайны…