Страница 62 из 72
— Ключ я потерял! — завыл в голос пацан. — А леди Арха злая! Она меня и так кажный день на конюшне сама-а порет. А иной день и с утра, и к ночи! А потом мамка-а ишо! Дяденька, пожалейте сироти-инушку.
— Господин сержант, — перекрикивать вопли мелкого… лицедея, да ещё и говорить при этом холодно, стараясь подражать харатовскому тону, было ничуть не легче, чем по саду бежать. — Вы сюда явились воров отлавливать или обсудить моё обращение со слугами?
— А? — встрепенулся бес, завороженный данашовым выступлением. — Да нет. Это… Вы, стал быть, леди Нашкас? Только не говорите, что мол, горничная там или в гости заехали. У нас подробное описание имеется.
— Ну а если имеется, то зачем спрашиваете? — осведомилась Арха, кожей чувствуя, как уходит время.
Здесь-то стражников всего трое, а сколько их сейчас в доме орудует? И когда сюда явятся? Правда, и с троими-то непонятно, как справиться. Если Ирда стоит столбом, то, значит, ей задача не по плечу.
— Порядок таков, — нравоучительно заявил бес. — Во всём порядок нужон. Мы вот щас вам приказ зачитаем. Только не у меня он, приказ-то. Потому пойдёмте-ка, дамочка, с нами по-хорошему.
— Мне некогда, я спешу. Прикажите явиться… Ну, кто там у вас с приказом? Вот ему и прикажите сюда явиться.
Солдат, державшийся позади всех, совершенно беззвучно, плашмя рухнул, будто ему ноги подрубили — только копьё, которое он держал, о камни звякнуло, да и то едва слышно. Ируш, стоящая за его спиной, широко осклабилась, хотела было помахать рукой, но оглобля — самая натуральная, тележная оглобля, длинной раза в два больше девицы — потащила её назад, чуть не опрокинув.
Данаш, кажется, только этого и ждавший, ужом вывернулся из куртки, оставив её в кулаке сержанта и боднул беса в живот. Ирда тоже что-то сделала — Арха краем глаза поймала смазанное движение, но вглядываться не стала. Подскочила к согнувшемуся в три погибели бесу и, как Ирраш учил, рубанула сложенными в замок ладонями по толстой шее. Правда, попала по затылку — стражник лишь крякнул, зато руки у лекарки до самых локтей отнялись. К счастью, тут сагреша подоспела и вроде бы сделала то же самое, что и ведунья, но бес лёг на пожухшую травку и затих.
— Что там у вас? — отдуваясь, спросила ведунья.
Вроде бы и немного сил приложила, а запыхалась.
— Да тоже самое, что и тут, — невозмутимо ответил Данаш, деловито вытаскивая из-под сержанта куртку. — Ю разбирается. Чего так долго-то? — набросился он на Ируш. — Я весь уссался, пока ты там конопатилась!
— Здрасти, тётенька Арха! — начисто игнорируя возмущение мальчишки, разулыбалась беса. — Хорошего вам денёчка!
— И тебе того же, — отозвалась девушка. — Это старший сын Тхия, — негромко пояснила сагреше, плечом закрывая калитку. — И наша общая приёмная дочь.
— Я так и поняла, — кивнула Ирда, помогая лекарке, — воспитание лордов сразу видно. Просто в уши бросается.
***
К сожалению, столичная стража испытывала постоянную нужду в кадрах — до выхода на почётную пенсию в ней мало кто дослуживался. Год, максимум два и умные уходили сами, набив карманы золотом. Дураки тоже редко дольше задерживались — их ловили на взятках с поборами, били батогами и отправляли на рудники. А излишне честных «уходили» собственные товарищи по оружию, стоило только выяснить, что у солдата аллергия на должностные преступления. Правда, такие индивиды в стражники попадали редко, но всё же случалось.
Так или иначе, а текучка была ужасной, ветераны только и успевали научить новичков, как трясти империалы из лавочников, проституток да попрошаек, больше ничему. Именно поэтому бравые вояки, вместо того, чтобы тактически отступить, ломанулись исполнять свой служебный долг не обратив внимания на хозяйку-граху. Знали бы они, на что способны нежные северные женщины!
Точнее, теперь-то знали. На собственной шкуре прочувствовали.
Поначалу Ю явно не собиралась зверствовать. Трое стражников чинно, при оружии, рядком лежали на пожухшей травке возле крыльца. Еще один сидел, подпирая спиной ступеньки крылечка, и очумело тряс головой — ему досталось меньше всех.
А вот потом к стражникам подошло подкрепление, и граха разозлилась. Вряд ли она сама вынесла входную дверь, лежащую теперь неубедительной грудой щебня. Но вот сержанта за ремень на железный клин, невесть зачем торчащий из притолоки, подвесила явно она. Несчастные бес размахивал руками, дрыгал ногами, как перевёрнутый на спину жук, матерился сквозь зубы, но, к сожалению, освободиться ему это не помогало.
Ещё один вояка лежал в прихожей, накрытый медным тазом для варенья. Видимо, посудину Ю специально для такого случая припасла, потому что джемов госпожа Сарреш сроду не варила. Ну и ещё парочка бесов в алых мундирах обнаружилась у лестницы, ведущей на второй этаж. Один клубочком свернулся на нижней ступени, второй перевесился через перила — вот-вот свалится.
А наверху бой ещё продолжался. Там выло, грохотало так, будто в спальне Саррешей устроили смотр кавалерии. Гулко, как в бочку, лаял пёс, звонко тявкал щенок, победно верезжал ребёнок и всю эту какофонию перекрывал зычный рявк хозяйки: «Не подходи, падла, урою!»
— Там огр? — спросила сагреша, с опаской поглядывая на припадочно трясущийся потолок, с которого сыпалась побелка и труха.
— Нет, всего лишь метресса Сарреш, — нервно усмехнулась Арха. — Правда, раньше она так не выражалась.
— Это я научила! — гордо сообщила Ируш.
И спряталась за Данаша, с чего-то застеснявшись.
Ирда недоверчиво глянула на девчонку, на лекарку, снова задрала голову к потолку и рванула Арху в сторону. Вовремя, надо сказать: кубарем скатившийся со ступенек бес мог и сшибить ведунью, как шар кеглю. Ифоветка уже примерилась было пнуть его, но Арха остановила. Кряхтя, встала на колени рядом с ушибленным, приподняла веко, пальцами перед носом беса пощёлкала.
— Ну тётенька Арха! — заныла Ируш. — Ну давайте тока не сейчас, а? Вот вечно вы со всякими убогими возитесь, да ещё не ко времени.
Лекарка отмахнулась от девчонки, как от назойливой мухи, ещё ниже наклонилась над бесом, по щекам его похлопала. Солдат замычал страдальчески.
— Вы кто? — тряхнула его за плечо ведунья. — Зачем сюда явились?
— Приказ… — прошамкал несчастный разбитыми губами.
— Чей? Кто отдал приказ?
— Приказ. — Повторил бес, явно намыливаясь в обморок отправиться.
— Какой приказ? — Арха, недолго думая, отвесила стражнику сочную оплеуху. — Что вы сделать должны?
— Господина… и домочадцев его ар… арестовать, — выплюнул красным бес.
Кажется, Ю в сердцах ему не только рот разбила, но и нескольких зубов лишила. Правда, ведунье солдата почему-то совсем не жалко было. Наоборот, приходилось сдерживать горячее желание ему ещё и поддать, чтобы соображал шустрее.
— Куда вы их должны были проводить? — рявкнула, ещё разок стражника тряхнув.
— В Сырую башню, — выдохнул бес и всё-таки отрубился.
А лекарка едва рядом не легла.
— Эй, ты только в обморок не падай! — где-то далеко-далеко крикнула Ирда. Арха чувствовала, как её вздёрнули. Понимала, что на ноги поставили, но тело было чужим, словно она за ним со стороны наблюдала. — Смотри на меня! Что за башня такая? Давай, отвечай!
— Императорская тюрьма, — пробормотала Арха непослушными губами.
А, может, ей только показалось, что вслух это сказала. Наверное, всё-таки показалось, потому как Сагреша её тряхнула, снова вопрос повторила. Где-то за гулом, за расплывающимся в пятно лицом ифоветки ведунья увидела Ируш. Точнее, не её саму, а огромные, почти с чайное блюдце глаза. Лекарка мотнула головой, сгоняя одурь.
— Императорская тюрьма, — повторила, тщательно выговаривая слова, — я там была.
Кажется, глаза у девчонки-бесы стали ещё больше, хотя такое в принципе невозможно — они и так половину физиономии занимали.
— Надо выбираться отсюда, — Арха растёрла лицо, пытаясь собрать разбегающиеся тараканами мысли. — вытащить Ю и убираться.
— По улице не выйдет, — мрачно, но торжественно, как распорядитель на похоронах, сообщил Данаш. — Там ещё отряд на подходе, а, может, и два.