Страница 80 из 167
В точку! Только как он понял?
— Это очень редкий талант! – в голосе Нэрдока Горана проскользнуло искреннее восхищение. – Даже мне не всегда подчиняются духи ветра. Этот мальчишка не так прост, как могло показаться в начале.
— Прост! – фыркнула я, чувствуя раздражение. – Высокомерен, чванлив и заносчив.
— Ты неравнодушна к нему? – Преподаватель склонил голову набок, с легким любопытством заглядывая мне в глаза.
— Еще чего! – я вспыхнула словно зажженная свеча. – Я ненавижу его!
Словно подтверждая мои слова, за окном громыхнуло.
— Ненависть тоже чувство, куда более выматывающее, нежели обычное равнодушие, — с грустной улыбкой проговорил мистер Горан, наконец заканчивая с моими многочисленными порезами и приступая к плечу. – Более того, мы ненавидим то, чем подсознательно хотим обладать. И знаешь, я могу понять причины этой ненависти. Сначала он был твоим господином, потом планировал отобрать магическую силу, но почему он все еще занимает твои мысли, Лэкорил?
— Потому что он испортил мне детство, — серьезно ответила, прекрасно понимая, что сейчас мне просто заговаривают зубы.
Я уже приготовилась к боли, когда вместо нее ощутила приятное тепло и в плече лишь легонько запульсировала магия, исцеляя небольшой вывих, даже вправлять не пришлось.
— Именно Далион Венский попросил своего отца отправить меня в тот ужасный пансион, — тихо призналась я, глядя на язычки пламени в камине и прислушиваясь к разбушевавшейся непогоде за окном. – По его вине я на целых пять лет лишилась семьи.
Мне в руки молча всучили теплую чашку какого-то травяного сбора. Я не стала расспрашивать что это, лишь легонько приподняв брови в удивление. Когда только успел? Впрочем, у Горана Нэрдока всегда были вкусные и полезные напитки. Почти сразу мне придвинули еще и откуда-то взявшуюся коробку конфет, видимо, подаренную кем-то из адептов.
— Он имел на это право.
Я скривилась. За окном вновь блеснула молния, а через секунду ударил гром. Мистер Горан сидел напротив, держа в руках чашку ароматного кофе. Крепкий, чуть терпкий аромат приятно щекотал ноздри.
— Это бесчеловечно!