Страница 115 из 167
— Дура, ты сама себя выдала! Впрочем, и я не лучше, совершенно забыл о мече, но зачем ты вообще взяла его на арену?
— Еще скажи, что из благих намерений снял мои нити! – я раздраженно сжала кулаки. — И именно поэтому запер, прекрасно зная о моем страхе.
— Зная, что ты справишься, безродь, — хмуро уточнил Расго. — Или как, по-твоему, Нэрдок так шустро разыскал любимую ученицу? Только я был уверен, что ни о каком турнире в твоем состоянии речи не будет. Забыл, какая ты упрямая.
— Тебе Норий рассказал, да? – совершенно не слушая его, холодно поинтересовалась я, вот только отвечать мне явно не собирались. — Ответь!
— Глупая, будто мне неизвестно, как до жути одна маленькая крестьянка боялась гнета черной комнаты?! Если ты не замечала ничего дальше своего носа, это не значит, что другие не обращали внимания на окружающих их людей.
— Как видишь, и ты ошибся, мой потаенный страх оказался совершенно другим… — опровергла его слова, не собираясь закрывать глаза на гнусный поступок. — Так что хватит воздух сотрясать, сражайся!
— Ты ранена, — резонно заметил он, — у тебя правое бедро не затянулось, из-за чего ты не можешь твердо ступать. Как думаешь побеждать?
— Не твое дело!
Очередной звон, оповестивший о начале боя. Я не уловила движения Расго – он будто смазался одной линией, в следующее мгновение откидывая меня далеко к трибунам. Удар оказался такой силы, что по подбородку тут же потекла горячая струйка крови. Разница между первогодками и третьекурсниками действительно была существенной. И ведь это он еще не прибегал к своему магическому клинку!
— Я ведь не могу проиграть, Риддис, — донес до меня ветер слова скрывшегося мага, — лучше будет, если сама примешь поражение.
— Никогда! – решительно выкрикнула в ответ, окружая себя темным маревом. Я не могла понять, куда исчез Даронн и откуда ждать удара. Не знаю, какую он использовал магию, но меня вдруг больно придавило к земле: будто положили сверху груду камней. Невозможно было даже пошевелиться, а самое гадкое – мой щит не стал для него преградой. Расго легко рассеял темную магию, и я прекрасно понимала, что сама виновата в этом. Я не смогу с ним сражаться при помощи темной магии – на его запястье мои же браслеты!
— Твоя магия ничто для меня, ты ведь знаешь, Риддис, сдавайся!
Показалось, из легких выбили весь воздух. Давление стало сильнее, и я помимо воли уткнулась лицом в песок, не в силах нормально дышать.
— Ожидаемо, но самонадеянно.
Вновь удар. Кажется, я даже расслышала хруст собственных ребер, прежде чем на мгновение от боли потемнело в глазах. И снова удар. Удар. Боль. Удар. Не дышу. Где-то отдаленно промелькнула мысль, что провалиться в беспамятство не так уж и плохо.
И именно последняя мысль привела в чувство. Нельзя сдаваться, соберись, Кори! Из последних сил вытянула клинок, понимая, что если вновь использую его, только больше себя подставлю. Но разве у меня есть выбор? Да и о магических свойствах моего меча комиссии уже и так известно. Не позволю себе проиграть, еще и в таком унизительном положении.
Лезвие разрушило чужую магию, невидимый гнет моментально исчез. Я тут же вскочила на ноги, не теряя ни мгновения, и почти сразу ахнула от боли! Дышать невероятно больно, но я заставляю встать себя в стойку.
— Дура! – одновременно растеряно и раздраженно выплюнул Даронн.
Я не ответила, с удивлением ощущая, как рукоятка клинка вдруг задрожала, нагреваясь, биение сердца ускорилось, а боль словно отошла на задний план. Был только мой меч и предстоящий бой, остальное не имело значения: ни трибуны, ни арены, ни сама комиссия – только смерть! Она пропитала все вокруг знакомым кислым запахом, что когда-то давно преследовал меня в пансионе.
Перед глазами возникла знакомая пелена ярости и гнева. Я хотела причинить боль этому напыщенному темноволосому индюку, отомстить за то демоново подземелье!
— Станцуем на клинках, Расго, как тогда, в школе?
«Станцуем, Арон, как тогда, на первой войне?»
Я ударила первой, рассекая воздух. Пусть видят – все равно! Уже действительно все равно. Мне нечего терять. Клинок заискрился синим светом, магические круги вспыхивали один за одним, повторяя знакомые рисунки техники, которую на днях показывал Норий. Нити давали моему мечу больше сил, нежели оплетающие заклинания любого клинка Арона.
— Ты ведь себя угробишь! – ошеломленно выкрикнул Даронн, не ожидая, что я стану сражаться открыто.
Мои губы тронула улыбка.
— Тебе конец, Даронн!
«Тебе конец, Арон!»
Странная, непривычная, будто чужая злость поднялась из глубин души, отдавая все больше сил моему клинку. Снова взмах, и яркое черное поле вспыхнуло вокруг, отталкивая мага. Каким-то чудом он устоял на ногах, хотя силовая волна была невероятно мощной.
— Что же, — недовольно протянул Расго, направляя на меня свой меч. – Не жалей потом.
— Никогда!