Страница 6 из 82
— Вы его знаете?! — Клава облегченно вздохнула. — А где его дом?
— Вам на что? — хозяйка пса подозрительно смерила Клаву взглядом.
— Да он потерялся, а дома своего не помнит.
— Это он-то потерялся? В своем дворе?! А ну идите отсюда, а то я милицию позову!
— Да нет, вы не поняли. — Клава смотрела на пса и не решалась сдвинуться с места. — Он у меня дома ночевал. Я его вчера вечером в центре подобрала. Привезла сюда, а он номер дома не помнит. Витя, ну скажи.
— Да, меня тетя Куава пиожками коумиуа! — похвастался Витя. — Я маму ходиу встъечать и забъудиуся.
— Странно. — Женщина взяла пса на поводок. — А чего ж она мне вчера не позвонила? Когда Витька долго гуляет, она всегда мне звонит. Он к моему Лешке в гости ходит… Вон их подъезд. Второй этаж.
— Спасибо. Большое вам спасибо, а то я уже хотела его в милицию вести.
— Да не за что… — Женщина удивленно пожала плечами и медленно побрела в другую сторону.
То, что все вокруг улыбаются, начало раздражать уже через полчаса. Девка на таможне копается в твоих трусах и улыбается. Офицер проверяет визу, и лицо его светится такой улыбкой, как будто ты его близкий родственник, да еще привез ему дорогой подарок. Какому-то деду на ногу наступил, а он смотрит на тебя и лыбится, как будто вставной челюстью хвастается.
Нет, не так, сначала это очень радовало Чубаристова, но очень скоро начало просто с души воротить. А все потому, что начали болеть скулы. Когда улыбаются тебе, и твое лицо в ответ невольно растягивается в глупой улыбке.
— Ужас. Прямо комната смеха какая-то. Столько одновременно улыбающихся людей у нас только в Кащенке найти можно, — высказал он офицеру таможни, продолжая улыбаться, закинул на плечо сумку и зашагал к выходу из аэропорта.
Таксисты стояли строем перед дверями и встречали гостей Соединенных Штатов приветливыми, лучезарными улыбками. Даже захотелось на метро прокатиться. Но тут Виктор заметил одного с ужасно злой физиономией и сразу направился к нему.
— Экскьюз ми. Кен ю?..
— Садись, конечно. — Мужик пожал плечами и спрыгнул с капота.
— Русский, что ли? — удивился Чубаристов.
— Это ты русский. А я американец. Куда поедем? В гостиницу или сразу по магазинам? Стриптиз тут с шести вечера, сразу предупреждаю. — Таксист сел за руль.
— Жаль. Тогда в гостиницу.
Гостиница, в которой для Чубаристова забронировали номер, была совсем не далеко. Добрались всего за полтора часа, час из которых проторчали в пробке.
— Слушай, а че ты сюда подался? — спросил вдруг Виктор через двадцать минут после того, как таксист заглушил мотор. — Дома с таким же успехом мог тачку водить. Там сейчас таксисты знаешь сколько зарабатывают.
— Не знаю. — Мужик зевнул.
— Много. Примерно столько же, сколько и ты. Только там это деньги, а здесь так, копейки. Тебя как зовут?
— Послушай! — Мужик резко обернулся и зло посмотрел на разговорчивого пассажира. — Давай сразу так договоримся: хочешь болтать — болтай. Только это двойная такса. И что у вас у всех за манера — если ты русский, то обязательно нужно со мной фамильярничать. Да насрать мне, что там у вас творится. Теперь тут мой дом. Смотался я оттуда — и нисколько не жалею. Жалею только, что раньше не смотался. И запомни — никакие мы с тобой не земляки. Мои земляки все в Бруклине живут, а ты турист, иностранец, приехал сюда шмоток жене и детишкам прикупить. Все. Вон там под сиденьем журнальчик, можешь почитать, если скучно.
И все. Отвернулся и уставился в капот стоящего впереди автомобиля. Чубаристова аж перекосило от злости. Скажи ему кто такое в Москве, он бы ему показал. А тут что? Тут ты посторонний, хоть тебе все и улыбаются.
Распаковав вещи и помывшись в душе, Виктор сразу сел за телефон. Назначил встречу с фэбээровцами, заказал обратный билет на послезавтра и сделал еще пару звонков. Часа три можно было передохнуть. Накинув куртку, Чубаристов вышел из номера.
А вот на улице никто не улыбался. Все бежали сплошным потоком, не замечая ничего вокруг. И каждый был сам по себе. Никто ни на кого не обращал внимания. Как только Чубаристов сделал пару шагов от гостиничного порога, его чуть не сшибла с ног орава подростков.
— Идиоты, блин. И куда только милиция… Тьфу, блин.
На перекрестке к нему вдруг подскочила какая-то тетка с огромным баулом и подергала за рукав. Когда Чубаристов оглянулся, быстро забормотала по-английски:
— Кожаные куртки не нужны? Турецкие. Очень хорошие и очень дешевые.
— Что? — на минуту Виктор даже опешил.
— Есть разные размеры. Мужские и женские. В магазине стоят в два раза дороже.
Прямо как в Москве.
— Нет, не нужны, — ответил он. Но ответил, судя по всему, довольно вяло, потому что тетка еще крепче вцепилась в его локоть и бодро зашагала рядом.
— Есть еще аппаратура — японская. Малазийская сборка. Цены на десять процентов ниже оптовых. Все что угодно. Только скажите, и завтра встретимся здесь же, на этом углу.
— Аппаратура? — Чубаристову стало даже смешно. — А гарантия есть?
— Есть, — сразу ответила торговка, семеня рядом с ним и воровато оглядываясь по сторонам. — В течение двух недель можете обменять бесплатно. А годовая будет стоить десять долларов.
— Нет, мне ничего не нужно.
Бабка тут же отцепилась и быстро зашагала обратно. А к Чубаристову уже подскочил какой-то парень. Подскочил и брызнул в него чернилами, прямо на рубашку.
— Ты что?! — заорал Виктор. — Да я тебя!..
Но парень не собирался убегать. Наоборот, остановился и весело закричал:
— Новое чудодейственное высокоэффективное экологически чистое моющее средство. Волшебный выводитель пятен «Диди севен»! Прошу всех обратить внимание! Только что я поставил этому мужчине прямо на рубашку огромное безобразное чернильное пятно!
Вокруг них потихоньку начала собираться толпа.
— Этот мужчина конечно же хочет только одного — убить меня! И он будет сто раз прав, если через минуту его пятно не испарится, как дурное воспоминание! — Парень, кланяясь толпе, полез в карман и вынул какой-то тюбик. Скорее бы он отмыл эту кляксу, а то Чубаристов ему точно свернет шею.
Парень подошел к нему, отвинтил крышечку и вдруг ляпнул на грудь какой-то вонючей черной гадостью.
— Но давайте попробуем прибавить к чернилам еще немного ваксы! Рубашка ведь все равно испорчена, не правда ли?!.. Шучу, конечно. Она будет чистой, даже если плеснуть на нее немного горчицы и кетчупа. Представим себе, что этот мужчина только что вышел из кафе. Вас как зовут?
— Для тебя я буду Ли Харви Освальд, — прошипел Чубаристов сквозь зубы. — Заканчивай быстрей, а то я…
— Ну вот видите, он обиделся! — засмеялся парень. — А теперь смотрите внимательно и расскажите всем родственникам о том, что видели. Я беру тюбик «Диди севен», наношу немного на рубашку этого разъяренного мужчины, смачиваю, растираю губкой, еще немного добавим воды, и…
Толпа весело зааплодировала. Вся эта гадость с рубашки исчезла. Чубаристов вздохнул облегченно и уже хотел улизнуть, но парень сунул ему в руку два тюбика.
— Вам я дарю это чудодейственное средство бесплатно! Когда придете на работу, можете проделать такую же штуку со своим начальником! А все остальные могут приобрести этот чудо-очиститель по сниженной цене! Более того, только сегодня, купив один тюбик, второй вы получите бесплатно! А также…
Но Чубаристов уже продрался сквозь толпу и быстро зашагал прочь.
— Твою мать, идиоты! Придурки! Страна дегенератов!
— Простите! — ему вдруг перегородила дорогу какая-то девушка, и Чубаристов инстинктивно отвернулся, чтобы опять не облили какой-нибудь пакостью.
— Извините. Мы проводим социологический опрос. Как вы относитесь к тому, что гомосексуалисты получили право служить в армии Соединенных Штатов?
— Что? — Чубаристов недоверчиво покосился на эту миловидную девушку. — А вас это так волнует?