Страница 4 из 62
- Вы же десять минут назад говорили обратное, - пробормотал Сергей. - Что вы ее ни в коем случае не подозреваете и ее опрос- так, для очистки совести.
- Говорил, - так буднично продолжал Сафонов. - при этом верном служаке Калинкине. Чтобы он делов лишних не натворил. А ты, Света, если почувствуешь что-то подозрительное, то залезай на нее и дожимай до конца.
- Ясно, - коротко ответила Возович.
-- Ты, -- обратился к Платову шеф. - сейчас иди отрабатывать Стаса Багрецкого на предмет алиби и остальные связи покойного Одесского. Проводи Свету.
Лифт остановился на первом этаже, двери распахнулись, и парочка устремилась в холл. Платов шёл, потряхивая головой. Он, видимо, был не самым счастливым человеком на свете.
- Из этой затеи ничего хорошего не выйдет. Она наймет свору лучших адвокатов, которые смогут высосать из нас потом в качестве компенсации все деньги честных городских налогоплательщиков. - Он остановился и развел руками. -Она сотрёт нас в порошок.
- Точно так она и сделает, - согласилась Возович.
- Хорошо. Встретимся вечером.
Дом тридцать четыре по Батумскому шоссе был достоен своих соседних собратьев - более крупный, чем городской дом, с тем же запахом денег, который так и витал в последнем пристанище Вани Одесского.
На стоянке перед домом был припаркован фиолетовый 'Дэу Ланос'.
Кирилл бросил взгляд на машину и усмехнулся.
- Интересно, кто из ее любовников подарил его ей, - произнёс он.
- Может быть, это любовница.
- Вполне возможно. В любом случае, в конце концов, приятно увидеть, что кто-то имеет более скоростную машину, чем твоя.
- Более дорогую, быть может, - ответила Светлана, - но уж никак не более быструю.
Они говорили не об их немаркированном полицейском 'Мерседесе', а о личной машине Возович, на которой она ездила в свободное от службы время, - скромном десятилетней давности 'Ниссане Примере', доставшемся ей от отца - академика РАН, занимавшегося проектированием авианосцев.
Входная дверь дома была огромна и величественна. Посреди неё находились две стеклянные панели, незанавешенные шторками. Первый этаж дома замечательно просматривался, можно было увидеть через стёкла входной двери всё, вплоть до террасы с видом на бассейн. Там, спиной к ним и глядя на воду, сидела в шезлонге женщина.
- Что-нибудь видишь? - поинтересовалась Светлана.
- Просто гляжу по сторонам, - ответил Кирилл и пошёл вперёд.
Ни для одного из двух полицейских не было неожиданным то, что они были встречены охраной.
Во дворе переминался с ноги на ногу молодой парень. Он был в фирменной охранной форме и внимательный взгляд, которым удостоил его Калинкин, углядел пистолет в его кармане.
Едва они подошли к дверям, как он сделал шаг навстречу и отрывисто спросил:
- Вы к кому?
- К Ксении Анатольевне, - кивнул Кирилл. - Мы из полиции.
- На документы ваши можно взглянуть? - вежливо попросил охранник
Калинкин первым вытащил свое удостоверение:
- Я - капитан Калинкин, это - майор Возович. Мы из главного управления внутренних дел города Сочи.
Охранник скользнул по ним глазами и проговорил:
- Прошу прощения, обычная предусмотрительность.
- Очень разумно, - одобрила Светлана.
- Входите. - охранник провел Кирилла и Светлану в дом и оставил в гостиной одних.
Это была отремонитрованная, элегантная комната с высокими декорированными окнами, выходившими на море. Светлана и Кирилл были впечатлены - убийцы нечасто допускают полицейских в свои столь шикарные норы.
-- Я Ксения Колчак. Что вам нужно?
Ксения уже успела переодеться в очень стильную спортивную куртку из серебристо-серого искусственного шелка икороткие обтягивающие шортики. Блузка была заправлена в шорты. Она сидела на диване позади журнального столика из застекленных позолоченных керамических плиток, смотря на Светлану с Кириллом равнодушными чистыми голубыми глазами. Она походила на тот тип женщин, на которых мог положить свою лапу поп-звезда.
Её лицо напоминало те, что так гордо взирают на мир с портретов работы восемнадцатого века, - лицо высокопоставленной женщины, аристократки. За этой наружностью патрицианки скрывался утончённый подтекст, призрачная чувственность.
- Ксения Анатольевна, здравствуйте. Я майор Возович, а это мой коллега капитан Калинкин. - первым вытащила удостоверение Светлана. − Мы расследуем дело об убийстве певца Ивана Одесского. Нам нужно задать вам пару впросов.
-- Да, мне с утра Стас Багрецкий позвонил, а потом я прочитала в интернете.
- Я включу диктофон, не возражаете?
- Как хотите, - спокойно прервала девушка. Ей не хотелось встречаться с ними взглядами. Она смотрела на картины на стенах, будто черпая из буйства красок хладнокровие.
- Я сожалею о вашем друге, - сказала Светлана, усевшись на обитый материей стул напротив журнального столика. Ксения кивнула. У нее были светлые соломенного оттенка волосы, у корней желтоватые и бледный северный цвет лица.
-- Господин Одесский был вашим другом?
- Как все-таки он умер?
- Он был задушен, - невозмутимо бросил Кирилл.
- Само собой. Как именно он был...
Кирилл быстро прервал её:
- Подушкой.
Она на мгновение прикрыла глаза, будто представляя Ивана Одесского, бездыханного, лежащего на постели, и затем тонко улыбнулась - странной, безжалостной, самодовольной улыбкой. Эта улыбка, или это лицо, привлекла внимание Светланы, и взгляд ее оживился.
Кирилл задумался, потом все же спросил:
- Сколько времени вы жили с ним?
- Я не жила с ним. Мне нравилось заниматься с ним сексом.
Сейчас она напоминала маленькую девочку, произносящую запретные слова, чтобы шокировать своих стариков.
Светлана слегка улыбнулась, краем рта.
- Как долго вас связывали с ним сексуальные отношения? - продолжал Калинкин.
Девушка легонько повела плечами: − Да более года.
- Были ли вы с ним прошлым вечером?
- Да.
- Вы поехали с ним домой?
- Нет.
- Но вы видели его?
- Я уже ответила вам.
- Где? Когда?
Ксения вздохнула, будто вопросы капитана были слишком грубыми, слишком общими, чтобы беспокоиться и отвечать на них.
- Мы выпили в клубе. Ушли оттуда вместе. Я приехала сюда. Он поехал домой. - Она пожала плечами, давая языком жестов понять: вот и вся история.
- Был ли с вами кто-нибудь прошлой ночью?
- Нет. Прошлой ночью я была не в настроении.
Кирилл уже вовсю ел глазами Ксению, а не думал особо об Иване Одесском или интересах своего шефа в этом деле, шумихе, которую создаст пресса по поводу смерти известного певца. Ксения равнодушно считала всё это лишь пустяковым эпизодом.
- Ксения, вы жалеете, что он умер? - Калинкин совсем не то хотел спросить, но его взгляд был прикован к длинным гладким ногам девушки.
Ксения посмотрела на него, её голубые глаза облизали его, как волны внизу облизывают берег.
- Да. Мне нравилось трахаться с ним, - ответила она и вновь уставилась на воду.
- Итак, в пятницу вечером вы решили вместе выпить, - перехватила инициативу Светлана.
- В баре 'Альфонс'
- Кто еще там был?
- Девушки из подтанцовки.
- Вы часто там бываете?
- Да, когда приезжаю сюда отдохнуть, понимаете?
- А с мужчинами вы там встречаетесь?
- В общем-то нет, - пожала плечами Ксения.
- Или встречаетесь, или нет? - пристально взглянула на нее Светлана.
- Нет. Мы просто отдыхаем там после работы.
- Ксения, с кем последнее время встречался Одесский?
- Не знаю.
- Вы знали о его пристрастии к наркотикам?
- Да.
- Ксения, вы могли бы расказать то о личной жизни Ивана, чтобы объяснить это?
- Стрессы... разве это можно как-то объяснить? У каждого это индивидуально, - Ксения откашлялась.
- Вы можете назвать мне фамилии людей, с которыми он встречался в последние дни?
- Я знаю, что он встречался с массажисткой в салоне 'Аметист', Жанной, кажется. Он ей подарки делал. Он также общался с Георгием Бонго, психотерапевтом − я видела его несколько раз. Я ничего не знаю о нем. − Ксения задумалась.