Страница 20 из 62
- Вот сам с ней этот вопрос и проработай, - Светлана осознала, что у нет других слишком существенных дел, которые могли бы удержать ее на рабочем месте.
Северная, более новая часть Сочи - была в настоящее время одним из самых богатых и преуспевающих районов города. Район по направлению к аэропорту раньше был значительной неухоженной территорией с полуразвалившимися товарными складами и обанкротившимися промышленными предприятиями. Так было когда-то, но не сейчас. Энергичным людям не потребовалось значительного времени не размышления, чтобы понять, что этот район на окраине города - огромное пространство весьма дешёвой земли. Перерождение этой округи происходило в последние лет пять очень быстро, если вообще не мгновенно, и теперь она приросла целыми жилыми микрорайонами, торговыми центрами, отделениями банков, ресторанами, барами и ночными клубами.
В клубе на Аэрофлотской, носившем игривое название 'Чебурашка', можно было приятно провести время в непринужденной обстановке. Его завсегдатаями были как представители нетрадиционной ориентации, так и вполне нормальные люди. Так же как и ряд других подобных заведений, 'Чебурашка' располагался в секуляризированном здании церквушки. Вопрос о возвращении здания не ставился и теперь здесь крутил свои диски диск-жокей, распространяя музыку и похожий на пещеру зал, в котором топталась многоглавая толпа.
Присутствие оглушительной музыки было здесь почти физическим; она ошеломила Светлану, как только она вошла внутрь здания на территорию клуба. Шум сбивал с ног, как шквалистый ветер; Возович чувствовала, что ей почти приходится прорубаться сквозь весь этот грохот. В воздухе витал тяжёлый запах сигаретного дыма и сладковатый привкус хорошей парфюмерии. Танцоры под воздействием музыки метались по залу, лица некоторых из них были абсолютно расслабленны, что замечательным образом характеризовало разгул страстей в эти вечерние часы. Они танцевали, словно кто-то установил, что именно сейчас им необходимо веселиться.
Выпивохи в баре пили как раз для того, чтобы опьянеть. Атмосфера совсем не располагала к разговорам - слишком уж громко звучала музыка, - и даже если кому-нибудь и пришло бы в голову поболтать с соседом, то в этом случае пришлось бы прикладывать свой рот к уху собеседника и орать во всё горло.
Светлана чуть не охрипла, пытаясь сделать заказ. Наконец ей удалось получить квадратный бокал с 'Кристаллом' поверх льда, и она отправилась на танцплощадку, всматриваясь в это множество тел и пытаясь отыскать среди них Ксению Колчак. Один только взгляд на эту беснующуюся толпу, похожую на извергающийся во все стороны вулкан, мог выбить из колеи неподготовленного посетителя. Довольно скоро в самой середине этого скопления людей она распознала знакомое лицо. Она остановила взгляд на этой привлекательной мордашке. Это была Ксения.
Она танцевала с другой женщиной, её руки оплетали талию партнёрши. Ксения наклонилась вперёд и что-то сказала своей девушке, та расхохоталась и в согласии кивнула. Та отправилась прочь с дансинга, пробираясь сквозь плотный ряд танцующих тел. Светлана последовала к Ксении.
- Привет. Классно выглядишь.
- Спасибо.
- Я рада, что ты пришла. Может, перейдем в более спокойную обстановку?
- Конечно, с удовольствием.
Они направились в помещения для отдыха, хотя, конечно, в 'Чебурашке' делали что угодно, только не отдыхали в прямом понимании этого слова. Здесь ничего и никоим образом не настраивало на отдых.
Это была тёмная комната, которую освещали только люминесцентные лымпы под потолком, атмосфера которой была тяжело пропитана дымом, как табачным, так и от различных запрещённых веществ. Эти субстанции тут же хлынули в лёгкие Светланы. Ей были прекрасно известны все эти запахи: героин, конопля, марихуана, едковатый привкус кокаина, рассыпанного где-то в одном из уголков. Здесь, в призрачной дымке, расположились группками как мужчины, так и женщины, покорившиеся воздействию огромного количества доступных здесь наркотиков. Повсюду на полу валялись осколки опустошённых и оттого теперь никому не нужных пузырьков и раскрошенные ампулы. Когда они вошли в помещение, всё это неприятно, как наст зимой, хрустело у них под ногами.
'Кто все это крышует?' пронеслось в голове у Светланы.
- Наше логово порока. - обвела головой комнату Ксения.
Она повернула голову и улыбнулась. В дверном проёме показалась женщина, с которой Ксения только что танцевала. Волосы у неё были зачёсаны наверх, наложенная обильная косметика делала ее лицо немного кукольным. Сейчас ей можно было дать на вид лет девятнадцать - девятнадцатилетняя девчонка, так рано возжелавшая познать все прелести 'настоящей жизни'.
- Это Марина Смирнова, - шепнула Колчак. - моя партнерша по садо-мазо играм.
Марина была не одна: её руки обвивали обнажённый торс высокого кавказца. Посланец гор был поистине огромен - его накаченное тело борца-вольника, казалось, было вылеплено скульптором из мощных мышц.
Под носом Марины он держал трубочку с кокаином, который она с вожделением вдыхала. По краям трубочки ещё оставалось некоторое количество наркотика, и она, высунув свой язычок, слизнула это.
Она поймала взгляд Ксении, направленный на неё, и улыбнулась, что-то в то же время шёпотом рассказывая своему мощному партнёру. Тот проследил за её взглядом и, посмотрев в сторону Ксении глазами, полными безудержного веселья и одновременно презрения, увел Марину в гущу людей.
- Кое-кто заехал сюда, проведя вечер с женой или с семьей, кто-то просто решил здесь отдохнуть.
- Женатых мужчин я понимаю. Но вас, Ксения, нет. Лишний повод для папарацци.
- Вот и Одесский думал, что это погубит его карьеру или замедлит ее.
Светлана выпила еще водки. Она изучающе рассматривала эту комнату. Та произвела на нее одновременно и отталкивающее и пленящее впечатление. В дальних уголках, в тёмных альковах целовали и тискали друг друга призрачные фигуры - мужчины с мужчинами, женщины с женщинами, смешанные сочетания...
- Наверное, он был прав. - продолжала Ксения. - Сколько у тебя на работе следователей?
- Не помню, более пятидесяти. Это по всем отделам.
- И сколько из них женщин?
- В отделе убийств сейчас - две.
- Ну и чем ты занимаешься после работы? Отправляешься в бар с парнями, слушаешь их разговоры, насыщенные тестостероном...
- Я люблю тестостерон. Он помогает делать дела. И мне не нужно лгать, где я бываю вечерами.
- Значит, твой муж не против?
- Я не замужем.
- Разведена?
- Нет.
- Я думала, что все полицейские или состоят в браке или разведены.
- Неужели ты всерьез так думала? - осушила свой стакан Возович. - кто эта женщина? - она кивнула на шатенку средних лет, пристально наблюдавшую за ними.
- Людмила. Моя хорошая знакомая.
- Она постоянно на нас смотрит.
- Она просто ревнует. Пошли. Следует еще выпить.
Музыка продолжала грохотать, разрывая удушливый воздух. Тусовка на танцплощадке, казалось, не пропустила ни единого такта. На потных лицах танцующих было написано нечто среднее между выражениями, вызываемыми муками и удовольствием.
Южная темнота, город, целый мир сузились до масштабов наэлектризованного и возбуждающего пространства клуба. Прошлого не существовало; да и будущее, казалось, никогда не наступит. Существовали только два понятия: здесь и сейчас. Настоящее и будущее измерялись теперь только теми непродолжительными секундами, которые выдавались между сменами партнёров, теми быстротекущими минутами, что появлялись между временем приёма очередной выпивки или дозы кокаина. Музыка звучала без перерыва: одна запись сменялась другой, ритм и каденция не прерывались ни на мгновение.
'Привет. Как ты? Рада тебя видеть.' эти слова Ксения говорила всем подряд, мужчинам и женщинам, знакомым, полузнакомым и совершенно незнакомым, когда они с новой порцией спиртного пробирались на второй этаж.