Нэстэ 2

— Не все, но бывают. — Нэстэ наконец окончательно отвлеклась от изображения мамы и развернулась к Рианне.

«Ри, что там происходит?»

«Не мешать». — Мысленно откликнулась Рианна.

— Что? Ты что-то сказала? — Анаста недоуменно обернулась. — У меня все время в голове какой-то шум стоит. И голоса звучат.

— ЭДИ успел немного активировать твою ликалу. — Рианна быстро сверилась с показаниями дворцового интеллекта, досадуя, что не догадалась сделать это раньше. — Первый уровень. Ты слышишь голоса девочек.

— Что, я все время буду слышать? Так же можно с ума сойти!

— Твоя ликала сейчас принимает все частоты одновременно. — Принялась торопливо объяснять Рианна. — Поэтому и стоит такой шум в голове. Над дверью картинку видишь?

Нэстэ послушно перевела взгляд в указанном направлении.

— Та, что крайняя справа. Кружок и цветные кнопки по краям. Представь себе мысленно, что ты нажимаешь на кнопку красного цвета.

— А остальные картинки для чего?

— Для того же самого. Или ты думаешь мы все с рождения умеем пользоваться ликалами. Управление внутренней связью только первая функция. Потом контроль записи, ориентация, медблок, доступ в сеть. А в этом году еще щиты должны запустить. Еще телепорт. Слабенький конечно и медленно перезаряжается. Но вам бы все это не помешало вчера.

Несколько минут царило молчание. Наконец Нэстэ облегченно выдохнула. А Рианна увидела на своем внутреннем экране значок блокады напротив новой ликалы.

— Эта кнопка блокирует всю связь. С остальным разберемся завтра. Это легко и намного удобнее браслета, когда научишься, сможешь связываться с любой из сестер гекаты по своему выбору. Извини. Нас этому учили заранее. А тебе досталось вот так, внезапно.

— И много таких сюрпризов? — С вялым интересом поинтересовалась Нэстэ.

— Хватает. Обновления ликалы происходят примерно раз в полгода. Каждый раз активруется одна или несколько функций, которые проходим в теории. Мы обучаемся с ними работать, и готовимся к следующему обновлению. Сумми подсказала как сделать лучше. У них такая проблема со вторичными ликалами постоянно возникает. Так что обновления мы будем с тобой проводить во время сна. А днем придется заниматься в первую очередь практикой. Теорию оставим на потом.

— Хорошо. Но как-то странно все-таки. Я действительно в твоей гекате?

— Да. — Рианна осторожно посмотрела на нее. — Только ты сразу скажи, если не хочешь. Папа сказал, что это должно быть только твое решение.

— Хочу. Но ведь остальные наверно тоже должны быть согласны. Вы вместе с самого рождения. А я тут пришлая.

— С этим как раз проблем нет. — Удовлетворенно заявила Рианна. — Девчонки пытались даже завести речь о вторичной ликале. Как у Сумми. У нас такое не принято. Но мы хотели просить об исключении для тебя. Так что если ты согласна, то демократия в гекате полностью соблюдена. А то в министерстве внешних отношений проблема возникла. Составили претензию по поводу нападения на члена гекаты. Теперь им придется справить на вас двоих. Вечером уже протест будет передан послу шнатлий. А через недельку во дворце будет большой прием, там мы тебя и представим публике уже официально.

Нэстэ неуверенно пожала плечами, не особенно вникая в то, что говорит принцесса. Протесты, разбирательства. Да пусть делают что хотят. Главное, что она впервые имеет СВОЮ комнату. Здесь есть место для Лео. И даже мама. Но как же хочется спать!

— Давай сделаем так. — Рианна вовремя заметила, как глаза ее новой сестренки начали закрываться. — Сейчас ты ляжешь спать. А завтра мы кое-куда съездим. Хочу показать тебе одно место и кое-что сделать. Ты только пусти девочек к себе. Они принесут тебе ужин и составят компанию. Первой Лика просится подежурить. Ее сменит Санира.

— Пусть заходят. — Вздохнула Нэстэ, покорно вытягиваясь на кровати и снова не сводя глаз с изображения мамы.

Она даже позволила Риане укрыть себя покрывалом.

Рианна осторожно отступила, когда Лео без церемоний вытянулся на полу. Она даже не сомневалась, что ночью кот попытается залезть на кровать к старшей.

Небольшая, почти квадратная площадь была примечательна прозрачным сооружением, стоящим в её центре. Гигантский куб, настолько прозрачный, что сквозь него хорошо просматривались стены здания с противоположной стороны. Стеклянная масса укрывала развалины какого-то крупного сооружения, от которого уцелели только небольшие обломки стен и ворота с крыльцом. Нэстэ с любопытством осмотрелась, и переключилась на многочисленные изображения лиц людей и не людей, висящих над развалинами. Их было так много, что казалось трехмерные изображения уходили вдаль, от граней к центру. Под каждым из них значились две даты. Кое где виднелся и знак смерти.

Полупрозрачные трехмерные изображения висели рядами. По всей грани куба. Они заполняли все пространство в глубину. Первый ряд начинался чуть выше головы взрослого человека. Потом шли ещё и ещё. Но почему то на самом верху было всего две фигуры.

Анаста присмотрелась к смеющемуся мальчишке, в ногах которого валялся сломанный ошейник раба. А рядом, и чуть прикрывая его, стояла девочка-подросток с двумя мечами в руках.

— Это наша с Сумми пра-прабабушка Майя. — Тихо пояснила Рианна. — Здесь она изображена в возрасте, когда была продана в рабство. Уже потом она стала принцессой и контактором-основателем.

— А рядом кто? — Нэстэ озадаченно почесала затылок. С историей Арден она была знакома поверхностно. Слышала что-то в общих чертах. Что-то читала, еще вместе с мамой. И только. Детали исторических событий, тем более закрытой для нее империи, были до сих пор не интересны.

— Её брат. Лютимир. Родным он позволял называть себя Лютиком.

— Погоди, Лютимир непримиримый? — Удивилась Нэстэ. — Дознаватели из совета контакторов часто его вспоминают. Особенно когда поминают свои уставы на допросах.

— Еще бы. — Стоящая рядом Лика весело улыбнулась. — Он основал службу контроля при совете и ввёл правила, по которым эта служба до сих пор живет. А тогда, она по сути, он объявил войну рабовладельцам и всем, кто хоть прямо, хоть косвенно был с ними связан. Их контакторы-основатели его безоговорочно поддерживали в этой войне.

— А их высочества Иллис и Вирт? — Нэстэ неуверенно посмотрела на Рианну.

— Они были рождены с этими титулами — Улыбнулась та. — Как-нибудь я тебе расскажу их историю. Не ту, что дают в школах Объединённых миров, а настоящую. Даже с видеозаписями. В официальной версии многие острые углы и неудачи все же сильно сгладили, если не замолчали.

Нэстэ с интересом следилала за приготовлениями Саниры. Она возилась с каким-то небольшим прибором, изъятым из ниши в основании куба.

— Первым на грани появилось изображение Лютимира. Ещё когда Майя считала его погибшим в рабстве. Его нарисовал один из её друзей в день создания куба. А потом уж так повелось. Сначала рисовали лица тех, кто был продан только на этом рынке рабов. Потом просто незаконно проданных в рабство и не успевших получить свободу. Когда выяснилось что Лютик жив и знак смерти над ним убрали, сюда стали приходить и те, чьи родственники незаконно попали в рабство, но потом вернули себе свободу. Преполагалось, что куб простоит несколько лет. А потом будет демонтирован. Но традиция не умерла, и мемориал было решено оставить. Сейчас в Арден нет рабства. Но наши граждане похищаются также как твоя мама или попадают на рынки рабов, выезжая за пределы Арден. В общем, куб постоянно пополняется.

— Много портретов. — Заметила Нэстэ.

— В конце первой сотни лет его существования решили сделать проектор. Ну, чтобы он воспроизводил лица прямо в кубе, вместо того, чтобы рисовать. Размеры ведь граней не Безграничны. Но идея не прижилась. Граждане продолжали пользоваться старым способом и рисовали в каждом уголке. Тогда проектор переделали. Он стал считывать изображения прямо с граней помещать в свою базу. Через два-три десятка лет, физическое изображение стирается и на его место можно нарисовать новое. А все старые изображения начинают воспроизводиться в глубине куба. Чем более старые, тем ближе к центру. Это создает эффект уходящих в даль портретов. А на гранях время от времени проводят чистку, для новых портретов.