Страница 2 из 6
— Ловко! — сказал Нэд, когда Билль окончил чтение и выжидательно посмотрел на товарищей.
— Я написал о перочинном ноже и часах, чтобы письмо показалось правдоподобней, — скромно ответил Билль. — Но если ты хочешь, Нэд, то я напишу, что он оставляет их тебе.
— Они мне не нужны, — великодушно отказался Нэд.
— Одевайся, — сказал Билль, обернувшись к плачущему Томми.
— Я не пойду в трюм! — с отчаянием заявил он. — Я заявляю вам, что не хочу.
— Кок! — сказал Билль спокойно. — Передай мне его платье. Ну, Томми?
— Я говорю вам, что не пойду! — продолжал Томми упрямо.
— Передай мне веревку, кок, — сказал Билль. — Ну, Томми?
Юнга посмотрел на свое платье, потом на веревку.
— Чем вы меня будете кормить? — спросил он, начав одеваться.
— Ты возьмешь с собой кружку воды и сухарей, — ответил Билль. — А ночью я принесу тебе порцию мяса, которое тебе так нравится. Если ты услышишь днем, что кто-нибудь направляется в трюм, то спрячься подальше.
— А как насчет воздуха? — осведомилась жертва.
— Ночью ты сможешь выходить на палубу, — сказал Билль. — Не беспокойся, я подумал обо всем.
Приготовления были окончены. Матросы выждали, когда Симпсон сменил помощника у руля, а затем вышли на палубу, подталкивая сопротивлявшуюся жертву.
— Помоги мне, Билль, — сказал Нэд. Юнга стоял на палубе, держа в руках кружку воды и сверток с сухарями, завернутые в старую газету. Они бесшумно открыли люк, и Нэд спустился в трюм первым. Билль взял Томми за шиворот и насильно спустил его в трюм.
— Ты держишь его? — спросил он.
— Да, — тихо ответил Нэд и, отпустив мальчика, быстро выбрался наверх, вытирая рот рукой.
— Ты выпил что-нибудь? — осведомился заинтересованный Билль.
— Нет, он ударил меня каблуком, — коротко ответил Нэд. — Закрывай люк!
Они закрыли люк и удалились. Томми, покорившись судьбе, улегся и вскоре заснул. Только в восемь часов на следующий день капитан заметил, что недоставало юнги, и справился о нем у кока во время завтрака. Кок был нервным человеком. Он побледнел, неловко поставил поднос на стол, уронив кофейник, и бросился наверх. Шкипер громко выругался и вышел на палубу, где увидел столпившихся матросов.
— Билль, — начал шкипер. — Что случилось с этим проклятым коком?
— Он расстроен, сэр, — сказал Билль, покачав головой, — мы все сегодня расстроены.
— Вы скоро расстроитесь еще больше! — пригрозил капитан. — Где юнга?
Билль посмотрел на своих товарищей. Они отвернулись. Капитан молча обернулся к Биллю, который протянул ему листок грязной бумаги. Шкипер прочел его и, пораженный, передал помощнику. Помощник прочел записку и вернул ее шкиперу.
— Это вы виноваты, — заявил он.
— Странно! — усомнился капитан, покачав головой. — Только вчера он еще обедал на палубе и утверждал, что пища вкусная. Вы слышали это, Боб?
— Да, я слышал, что говорил бедняга, — ответил помощник.
— Вы все слышали, — сказал капитан, — таким образом, есть пять свидетелей. Он был, вероятно, не в своем уме. Никто не слышал, как он бросился в воду?
— Я слышал всплеск, сэр, когда был на вахте, — заметил Билль.
— Почему вы не посмотрели, что это такое? — спросил капитан.
— Я подумал, что это один из матросов выбросил свой ужин в воду, — просто ответил Билль.
— Вот как, — заметил капитан, покусывая губы. — Что за история с едой?
— Это чистая отрава, сэр, — сказал Нэд, покачав головой. — Мясо тухлое.
— Мясо очень хорошее, — холодно ответил капитан. — Но вы можете начать другой бочонок.
Матросы многозначительно посмотрели друг на друга.
— Масло тоже плохое, сэр, — заметил Билль, сразу осмелев.
— Масло плохое? — мрачно спросил капитан. — Что это значит, кок?
— Я ничего не знаю, сэр, — растерянно ответил кок.
— Дайте им другое масло, то, которое подаете в каюту. Но я уверен, что вы плохо обращались с мальчиком. Пища была отличная.
Он взял письмо и положил его в своей каюте на стол около сахарницы. Он плохо позавтракал в этот день. Матросы же наелись вволю. На Билля все смотрели, как на благодетеля. Ночью, открыв люк, щедро угостили пленника. Он не выразил никакой благодарности и задал несколько неприятных вопросов о том, что произойдет при окончании путешествия.
— Мы потихоньку выведем тебя на берег, — ответил Билль. — Никто из нас больше не останется на этой старой шхуне, и я возьму тебя с собой на другое судно. Идет?
Но к удивлению и разочарованию экипажа на следующий день шкипер назначил им прежнюю диету и велел снова выдавать старое мясо. Билля постигла участь всех вождей, начинания которых кончаются неудачей. Насмешки и упреки посыпались на него со всех сторон.
— Ну, что ты придумаешь теперь? — ехидно спросил старый Нэд, грызя сухарь.
— Я считал тебя умнее, — презрительно добавил кок.
— Мы напрасно заперли там внизу этого бедного мальчика, — сказал Симпсон.
— Я не сдамся так легко, — мрачно произнес Билль. — Капитан был сильно потрясен вчера. Необходимо, чтобы произошло еще одно самоубийство, только и всего.
— Пусть Томми снова покончит жизнь самоубийством, — иронически заметил кок. Все рассмеялись.
— Два самоубийства за один рейд повлияют на капитана, — продолжал Билль, не обращая внимания на смех.
— Мы больше не желаем этого, — сказал Симпсон, — не говори глупостей, Билль.
— Нет, я не сдамся, — проговорил Билль. — В трюме можно отдохнуть и ничего не делать, можно спать целый день. Нэд, ты плохо выглядишь, например!
— Ты думаешь? — холодно спросил Нэд.
— Сами решайте, кому спуститься в трюм, — небрежно сказал Билль. — Мне все равно, кто пойдет.
— А ты сам? — спросил Симпсон.
— Я? — удивился Билль. — Я должен остаться наверху, чтобы уладить все.
— Мы тоже останемся наверху, чтобы помочь тебе, — решительно заявил Симпсон.
Нэд и кок засмеялись, Симпсон тоже. Билль встал, подошел к своей койке и вытащил из-под подушки замасленную колоду карт.
— Давайте тянуть жребий, — коротко предложил он. — Я тоже участвую!
Он протянул карты коку. Тот посмотрел на него в раздумье, а затем обернулся к другим.
— Не валяй дурака, Билль, — сказал Симпсон.
— Почему ты трусишь? — рассердился Билль.
— Это глупость, говорю тебе.
— Но ты же принимал в ней участие. Вы просто трусите. Вот в чем дело. Вы послали мальчика вниз, а теперь, когда очередь дошла до вас, испугались.
— Ладно! — произнес Симпсон решительно. — Пусть будет по-твоему. Тяни жребий, кок!
Кок повиновался неохотно и вытянул десятку. Нэд, после долгого раздумья, вытащил семерку. Симпсон, которому достался король, уселся на ящике, небрежно поглаживая бороду.
— Твой черед, Билль, — сказал он. — Посмотрим, что тебе попадется. Билль взял карты и перетасовал их, затем передал их Нэду и медленно вытащил карту. Все трое захохотали:
— Тройка, — сказал Симпсон. — Браво, Билль. Я напишу вместо тебя письмо, а то капитан узнает твой почерк. Что написать?
— Что хочешь, — угрюмо ответил Билль. Он презрительно фыркнул, когда остальные весело уселись писать письмо, и ничего не ответил Симпсону, который спросил его, не передать ли в письме кому-нибудь привет и поцелуй. Когда ему показали письмо, он только заметил презрительно:
— Я думал, что ты лучше пишешь, Джордж.
— Я пишу от твоего лица, — ехидно ответил Симпсон.
Билль вспыхнул и разозлился:
— Если ты будешь так разговаривать, то я разделаюсь с тобой.
Скверное настроение Билля испортило всеобщее веселье в этот вечер. Когда его провожали вниз, не было слышно ни шуток, ни смеха, и маленькая процессия походила на погребальную. Билль окончательно вышел из себя, когда Томми открыто выразил свое неудовольствие.
— Для вас есть сегодня утром еще одно письмо, — сказал помощник, когда шкипер вышел из своей каюты, застегиваясь на ходу.
— Какое? — спросил тот, побледнев.
Помощник поднял палец и показал назад: