Страница 7 из 34
(Ну, вот так-то лучше! Итак, где я остановился?)
Ах, да! Чтобы как-то успокоить капитана Хламизмата, Алиса попросила его рассказать ей о "чурвях" (с буквой "у" вместо "е"). Челобарсук и сам был рад сменить тему.
— Наука авосеология, — начал он, — утверждает, что чурви являются паразитами, которым нравится вторгаться в компьютермитники. Пробравшись в недра кучи, чурвь порабощает термитов и заставляет их давать неправильные ответы. Естественно, гадоначальники считают чурвей бичом научного прогресса. Они уничтожают бедных крошек. Но я, капитан Хламизмат, изобретатель авосеологии, наоборот, заманиваю их в свой компьютермитник. А ещё могу сказать тебе по секрету...
Капитан нервно осмотрелся по сторонам, затем пригнулся к девочке и тихо прошептал:
— ...что некоторые люди принимают чурвей внутрь.
— Они едят червей! — забыв о неправильном произношении, воскликнула Алиса.
— Чурвей, глупышка. Ч-у-р-в-е-й! Некоторые люди колбасятся ими.
— Но это... это... отвратительно! Зачем им колбаситься?
— Чтобы сходить с ума и ловить глюки.
— А зачем сходить с ума? Для чего? Это же безумие!
— Вот именно, Алиса. Знание через абсурд. Мой лозунг! Я приветствую неправильные ответы. Хочешь послушать песню, которую я сочинил? Она называется "Брючный приворот".
— Вы, наверное, хотели сказать "брючный отворот".
— Причём здесь "от ворот"? О, случайность, дай мне терпения! Где ты видела на брюках ворота?
— Я имела в виду манжету... Обшлаг на штанине.
— Об шланг на штанине? — проревел капитан. — У штанин не бывает шлангов.
— А у брюк не бывает приворотов, — парировала Алиса.
— Ладно, слушай, — сказал Хламизмат и, сделав забавное танцевальное па, запел абсолютно неопрятным голосом.
Воодушевившись, Хламизмат пнул кучу разнообразных объектов (одним из которых была крокетная колотушка; она взлетела в воздух и упала на раковину индийского омара; послышался громкий хруст).
— Теперь ваш омар стал порошкообразным, — заметила Алиса.
— На самом деле он ракообразный! — ответил капитан и продолжил песню.
Внезапно челобарсук замолчал и повернулся к компьютермитнику.
— Ага! — крикнул он. — Вот и твой ответ!
Он приложил глаз к окуляру микроскопа.
— О, дорогая...
— Что там? — спросила Алиса.
— Юная леди, — сообщил капитан, — ты опоздала на свой двухчасовой урок по грамматике ровно на сто тридцать восемь лет. Тебе нужно поговорить с профессором Глэдис Хвронодинглер.
— А кто она такая?
— Хвронодинглер исследует тайны времени. Она назвала свою науку хвронтрансдуктионологией. Только она может дать тебе совет. Понимаешь, Алиса? Ты совершила путешествие во времени!
— Я просто хотела найти моего попугая, — захныкала Алиса.
— Кстати, я видел зеленовато-жёлтого попугая, который вылетел из моего микроскопа за две минуты с хвостиком до того, как появилась ты.
— Это он! — закричала девочка. — Это Козодой! Куда он полетел?
— Птица вылетела в форточку.
Хламизмат указал на окно, выходившее в парк.
— Твой Козодой улетел в запутанный сад. Этот не простое место...
— Меня не волнует, какой у вас сад, — безапелляционно заявила Алиса. — Я должна найти попугая своей бабушки.
После этого она проворно взобралась на подоконник и спрыгнула в сад. Всё пространство перед ней, подсвеченное призрачным лунным светом, представляло собой хитросплетение из деревьев и живых изгородей. На одной из ближайших ветвей сидел Козодой.
— Будь осторожна, девочка, — прокричал ей вслед капитан. — Всё изменилось с твоих давних пор.
Однако Алиса пропустила его совет мимо ушей. Точнее, смысл барсучьих слов просто не догнал её — так быстро она бежала к блудному попугаю двоюродной бабушки.
III. АЛИСИНА ПЕРЕБЛИЗНЯШКА
Алиса была рада вернуться на свежий воздух, несмотря на то, что ей приходилось носиться по изогнутым прямоугольным аллеям.
— Да, сад тут не простой! — сказала себе девочка.
Она снова и снова натыкалась на тупики и перебегала на другие длинные тенистые дорожки, огороженные живыми изгородями; Алиса огибала сотни углов и в конце каждого такого утомительного забега вновь оказывалась перед глухой стеной из зелени.
— Это сад и в то же время не сад, — раз за разом повторяла она себе на бегу.
Алиса не могла выбросить из головы загадочные слова Хламизмата.
— Если этот сад действительно не простой, — сказала она себе, — то мне вообще нельзя здесь находиться! Потому что я простая девочка. Будь это иначе, бабушка не называла бы меня простушкой.
От таких запутанных мыслей у неё закружилась голова. Ситуация напоминала ей двуличную систему мисс Компьютермит.
"Сад можно уподобить лицу, — подумала Алиса. — Он либо здесь, либо не здесь. А этот сад, похоже, здесь — даже если тут темно и страшно."
Отложив испуг в сторону (в маленький красный кармашек внутри головы, который она специально держала для подобных целей), девочка увеличила скорость и побежала через утреннюю мглу к новым углам и очередным поворотам.
Время от времени она попадала на небольшие полянки, в центре которых стояли отвратительные статуи — молчаливые и неподвижные в призрачном лунном свете. Они отличались от всего того, что Алиса видела в галереях искусств, которые она посещала вместе с бабушкой. Во-первых, эти статуи не были каменными. Казалось, что их сделали из беспорядочно склеенных кусков того и сего: туфлей и очков, чемоданов и монет, портьер, книг, крючков и банок, маленьких вельветовых перчаток, лошадиных копыт и тысячи других никчёмных предметов. Во-вторых, в отличие от произведений искусств, хранившихся в художественных галереях, садовые статуи не изображали людей, а, скорее, создавали их чудовищно искажённое и иллюзорное подобие — что особенно подчёркивалось нереальным лунным светом и шуршанием сухой листвы.