Страница 75 из 76
- Ничего ты не понимаешь! – закричал Томас, уже не заботясь о том, чтобы сдержать слезы. – Я не хочу этого! Не хочу!
- Драко, – в начале лестницы появилась Нарцисса и тут же нахмурилась. – Что это за шум?
- Вы не можете быть нашими родителями! – орал Томас, не обращая ни на кого внимания.
Нарцисса замерла. Люциус, появившийся следом, смерил презрительным взглядом всех собравшихся в гостиной и взял жену за руку:
- Нам пора.
Нарцисса не могла сдвинуться с места, переводя взгляд со светлой макушки Томаса к личику Сары.
- Во имя Мерлина, – прошептала она. – Но… как такое возможно?
- Идем, – Люциус настойчиво тянул жену к камину.
- Ты знал? – неожиданная догадка повергла Нарциссу в шок. – И ничего мне не сказал?
- Идем же!
Практически силой Малфой-старший заставил жену спуститься вниз. Гермиона знала, что никогда не забудет изумленных глаз Нарциссы и ее взгляда, который та бросила на детей. В глазах волшебницы стояли слезы. Казалось, еще одно мгновение, и Нарцисса бросится вперед, но рука Люциуса еще сильнее обняла ее за талию. Горсть летучего пороха коснулась каменного пола, заставляя зеленое пламя взметнуться вверх. В одно мгновение камин опустел. Драко перевел взгляд на Томаса:
- Хочешь или нет, но это правда. И тебе придется смириться с ней.
Мальчик насупился. В глубине души Гермиона подозревала, что должно пройти много времени, прежде чем Томас и Сара привыкнут к новости, но когда в гостиной появился Дамблдор и поведал о своих планах, с ужасом осознала, что у них этого времени нет.
- Вы собираетесь отправить их в будущее? – переспросила Гермиона, надеясь, что плохо расслышала.
Дамблдор кивнул:
- Они – часть того времени, и были вырваны из него насильно. Их место – в будущем.
- Но, погодите, – не сдавалась Гермиона. – Их родители мертвы… С кем же они будут жить?
- Их родители живы, – буркнул Драко, который постепенно начал понимать, к чему клонит Дамблдор.
- Мистер Малфой прав, – улыбнулся директор Хогвартса. – Их родители находятся в добром здравии, если, конечно, мне не изменяет зрение.
- Когда вы сказали, что мы должны отказаться от детей, – недоверчиво пробормотала Гермиона, инстинктивно сжав руку Сары. – Я думала, что это навсегда…
Девочка ответила на это робкое рукопожатие и еще сильнее прильнула к ней.
- Навсегда – слишком жестокое слово, мисс Грейнджер, – философски заметил Дамблдор, призывая маховик времени. – Благодаря этим детям мы смогли изменить будущее, и теперь самое время подарить им то, что у них было отнято – любовь родной семьи.
- Но они же… всю жизнь считали другие семьи родными!
- Значит, пора это исправить.
Гермиона не сдавалась:
- Тогда почему они не могут остаться здесь?
- Потому что здесь и сейчас они – Вудли и Мелифлуа. У них есть родственники, которых немало удивит факт, что дети живут в другом доме и с другими родителями, да и вам самим будет несколько проблематично объяснить, откуда у вас появились дети одиннадцати лет.
Сара вспомнила свою старую тетку, которая частенько приезжала к ним в гости и принималась учить девочку жизни, не забывая при этом называть ее способности «дьявольскими».
- Я не вернусь к родственникам! – резко повернувшись к Дамблдору, выпалила она. – Они меня терпеть не могут! Они… не отпустят меня в Хогвартс на следующий год!
Томас хмурился, поглядывая на Драко, и тоже вспоминал родственников. Скорее всего, его отправят в замок младшего брата отца, который любил муштру и рассуждал о преимуществах Дурмстранга. Мальчик вздохнул, а потом неожиданно вспомнил взгляд Нарциссы, который та бросила на него перед уходом. Сейчас он осознал, что перспектива такого родства весьма недурна, и она привлекала его куда больше, чем жизнь в доме дяди.
- Я тоже не вернусь, – буркнул Томас. – Лучше уж будущее…
- Да, – закивала Сара. – В будущем будет здорово!
- Подождите, – теперь уже не сдавался Драко. – А как мы через одиннадцать лет объясним появление в нашей семье взрослых детей из ниоткуда?
- Почему же из ниоткуда? – усмехнулся Дамблдор. – Не так давно в Министерстве магии в отделе учета рождаемости появилась папка с грифом «Секретно». В ней содержится информация об этих детях и, конечно же, об их родителях. Поскольку близнецы были рождены вне брака, некто, радеющий за честь семьи, надавил на Министерство, чтобы информация не получила огласки.
- Погодите… Вы говорите о моем отце? – удивленно воскликнул Драко.
- Да. И лишь через одиннадцать лет у прессы появится доступ к ней, – продолжал Дамблдор. – Разумеется, случайно. И тогда скандал послужит анонсом и подтверждением того, что это – ваши дети.
- Вы все предусмотрели, – процедил Драко сквозь зубы. – Конечно, это же – ваша игра. А мы лишь пешки…
- Я бы не стал так сгущать краски, – покачал головой маг. – Учитывая, что вы не видели, чего так счастливо избежали. Это был единственный выход.
Драко отвернулся и еще раз взглянул на притихших детей. Те молча переглядывались и изредка косились в сторону Дамблдора.
- Мы не увидим их одиннадцать лет, – вздохнула Гермиона.
- Грейнджер, да они за год в Хогвартсе всем смертельно надоели! – фыркнул Малфой. – Вспомни – все штрафные баллы факультетов были связаны с ними!
- Неправда, – возмутился Томас. – Меня все любят!
- А нам придется заново поступать в школу? – неожиданно поинтересовалась Сара. – Может, мы попадем на один факультет? Здорово было бы учиться в Гриффиндоре.
- Я буду учиться в Слизерине, – уверенно заявил Томас. – Это лучший факультет!
Малфой самодовольно улыбнулся:
- Истинный слизеринец.
- Копия отца, – буркнула Гермиона, но не смогла сдержать улыбку.
Драко улыбнулся ей в ответ.
- Вы готовы? – Дамблдор шагнул навстречу детям.
Сара с сожалением отпустила руку Гермионы. Томас еще раз взглянул на Драко и, вздохнув, повернулся к Саре:
- Ладно, Вудли. Идем.
Гермиона замотала головой, стараясь отогнать бередящее душу воспоминание, и поспешила покинуть большой зал. В библиотеку она не пошла, зная, что в преддверии экзаменов там собрались практически все учащиеся, и ей волей-неволей придется общаться с кем-то из них. Больше часа она бесцельно бродила по опустевшей школе, пока не оказалась в коридоре, окна которого выходили во внутренний двор. Кое-где можно было увидеть читающих учеников, но Гермиона не обращала на них внимания, остановив взгляд на старой скамье. Когда-то она была любимым местом у них с Роном. Но это было очень давно. «В прошлой жизни», – подумала Гермиона. Она прислонилась к подоконнику, разглядывая внутренний двор. Снег практически сошел с земли, уступив молодой траве путь к солнцу, но в воздухе еще чувствовался холод. Гермиона инстинктивно поежилась, и в этот момент чьи-то ладони накрыли плечи. Ей не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это. Она лишь зажмурилась, наслаждаясь теплом, растекающимся по спине, а руки тем временем скользнули ниже и, обхватив ее за талию, властно притянули ближе к их обладателю. Губы Драко коснулись ее щеки:
- Привет.
- Привет, – прошептала она, положив голову на его плечо.
Какое-то время они молчали. Да и к чему нужны слова, если их может заменить близость человека.
- Я виделся с матерью, – первым нарушил молчание Драко.
Гермиона вздрогнула от неожиданности и обернулась:
- Как она?
- Кто-то раздобыл ей школьные фотографии внуков, и теперь она целыми днями рыдает над ними, упрекая отца в черствости.
- А он… – Гермиона не успела сформулировать вопрос, потому что Драко его предвидел.
- Он непреклонен. Хотя… Я точно знаю, что нужно просто подождать.
«Да, – мысленно кивнула Гермиона. – Ожидание – наш удел…»
- Все время ждать, – тихо прошептала она, но Малфой ее услышал.
- Я знаю, что это тяжело.
- Я готова к этому.
- Ты сильная, – улыбнулся он, снова притягивая ее к себе.
Гермиона обняла его за плечи: