Страница 97 из 113
Дарт Вейдер стоял, операторском зале командного центра Мустафара - рука из дюрастила сжимала пальцы живой руки - и смотрел сквозь транспаристиловую стену на Галактику, которой некогда будет править.
Он не обращал внимания на разбросанные у его ног трупы.
Он ощущал, как растет его сила. Он уже сравнялся с "учителем", и как только Палпатин поделится с ним секретами Дарта Плагеуса, их отношения претерпят внезапное… изменение.
Фатальное изменение.
Все идет согласно плану.
А пока…
Он не мог стряхнуть некое ощущение… как будто вверх по венам от ног струилась холодная липкая слизь, распускала усики по всему телу…
Словно он по-прежнему боялся…
Ты же знаешь, что она умрет, прошептал дракон.
Он встряхнулся, оскалившись. Он - Дарт Вейдер. Страх над ним не властен. Он уничтожил свой страх.
Все умирает.
Такое ощущение, будто в тот миг, когда он раздавил дракона под каблуком, дракон впился ядовитыми клыками ему в пятку.
А теперь его яд леденит кровь.
Даже звезды сгорают.
Он встряхнулся опять и шагнул к голографическому передатчику. Он обязан переговорить с учителем.
Палпатин всегда помогал ему утихомирить дракона.
Запищал комлинк.
В темноте Йода открыл глаза.
– Да, мастер Кеноби?
– Мы приземляемся. Вы на позиции? -Да.
Секунда молчания.
– Учитель Йода… если мы больше не увидимся…
– О потом не думай, молодой Оби-Ван. Всегда теперь даже вечность будет, м-м.
Вторая секунда тишины. Еще одна.
– Да пребудет с вами Великая сила. - Да. И с тобой, молодой Оби-Ван. Связь оборвалась.
Йода встал.
Пошевелив в воздухе пальцами, почтенный магистр открыл решетку вентиляционной шахты, в которой ожидал в медитации, а за ним распахнулся огромный конус колодца Большой совещательной палаты Галактического сената. Порой ее называли Сенатской ареной.
Сегодня это название подходило как нельзя лучше.
Йода размял затекшие мускулы.
Девять сотен лет обучения и тренировок, уроков и медитаций спрессовались в подчинении единому мгновению. Единственное назначение столь длительного существования - подготовка, чтобы сегодня он мог войти в ночь и пронести свет во тьме.
Он поправил на поясе крохотный меч.
Поплотнее закутался в плащ.
С почтением, с благодарностью, без страха и злости учитель Йода отправился на войну.
Серебристая искра снаружи привлекла внимание Дарта Вейдера - как будто сквозь пепел и дым падало вытянутое, элегантно изогнутое зеркальце, отразившее раскаленную лаву. Стоя на одном колене, Повелитель тьмы не стал поворачивать голову, он по-прежнему смотрел на голографическое изображение учителя и продолжал доклад.
Больше он не боялся; он был слишком занят, притворяясь смиренным и полным уважения.
– Руководителей Сепаратистов более не существует, учитель.
– Значит, кончено,- полупрозрачная сизая голограмма издевательски улыбнулась.- Ты восстановил мир и порядок в Галактике, мой мальчик.
– Большего мне и не надо, учитель. Голограмма, прислушиваясь, склонила голову к плечу; улыбка превратилась в оскал.
– Я ощущаю… искажение в Великой силе. Возможно, ты в большой опасности.
Ситх быстро глянул на зеркальную искорку за окном; он знал этот корабль. В опасности быть зацелованным до смерти, разве что…
– Что мне может грозить, учитель?
– Не могу сказать. Но угроза не призрачная, будь внимателен.
Будь внимателен, будь внимателен, эхом отдалось в голове. Это и есть твой урок? Столько я мог получить и от Оби-Вана…
– Обязательно буду, учитель. Благодарю вас. Голограмма погасла.
Ситх поднялся на ноги, на губах его играла усмешка.
– Это вам следует быть повнимательнее, "учитель". Это я - искажение Великой силы.
За стенами бункера на площадку опустился зеркальный скифф. Несколько драгоценных секунд Повелитель тьмы потратил, восстанавливая облик Анакина Скайуокера. Он позволил любви Анакина Скайуокера заполнить его, сложил губы в радостной улыбке Анакина Скайуокера и веселой припрыжкой Анакина Скайуокера, полного юной энергии, поспешил к выходу, перепрыгивая через тела и отрубленные конечности.
Он встретил гостью снаружи и не стал впускать в бункер. У него было ощущение, что она не одобрит его вкуса… в смене декора контрольного центра.
В конце концов, ситх мысленно пожал плечами, о вкусах не спорят…
Кабинет Верховного канцлера Республики включал в себя и нижний "полюс" Сенатской арены. Было там выделено круглое помещение, где гости канцлера могли развлечься, перед тем как взойти на подиум - кабину на мощной гидравлической колонне с пультом, координирующим передвижения летающих сенатских кабинок.
Огромное голографическое изображение коленопреклоненной фигуры, склонившейся перед тенью, висело над подиумом. Стражи в алых плащах замерли по обе стороны тени, неподалеку съежился спикер Сената.
– …угроза не призрачная, будь внимателен.
– Обязательно буду, учитель. Благодарю вас. Голограмма медленно растворилась, и там где только что преклонял колени гигантский фантом, явился другой - во плоти, крошечный, престарелый, закутанный в старый плащ и опирающийся на гнутую деревянную палку. Но физический облик его был иллюзией, истинная суть открывалась лишь в Великой силе.
В Великой силе он был фонтаном света.
– Жаль нового твоего ученика мне, так поздно взялся за ум, так рано без учителя остается.
– О, мастер Йода, какой приятный сюрприз! Добро пожаловать! - радостно откликнулась тень.- Позвольте мне первым поздравить вас с Днем Империи! Какое счастье!
– Называть счастливым его ты не будешь. Как и убийца, Вейдером которого ты зовешь.
– Ах,- тень подошла ближе к свету.- Так вот какую угрозу я чувствовал. Могу ли поинтересоваться, кто это? Кого вы послали убить его?
– Достаточно того, что своего убийцу знаешь ты.
– Фи, мастер Йода. Это же Кеноби, правда? Ну прошу вас, пожалуйста, скажите, что это Кеноби! Дарт Вейдер обожает убивать людей, которые его любят…