Страница 79 из 141
У порога сидела женщина. А рядом с ней расположился на корточках неестественно бледный молодой человек в черном костюме. Солнечный блик от бледного уколол глаза Шуту. Но было неясно -- то ли солнце отразилось от зеркальных очков юноши, то ли от его металлической серебристой кожи...
Шут вздрогнул: это зеркальное лицо он узнал бы из сотен тысяч!
Но он не успел ничего спросить у недавнего своего недруга: женщина властным жестом очертила в воздухе прямоугольник, и тот распахнулся дверным проемом, в который и шагнул зеркальный человек. Дохнуло на мгновение межпространственной пустотой -- и вновь только небо и горы, да женщина на пороге храма...
-- Откуда он здесь? -- спросил у нее Шут.
-- Ты знаешь ответ! -- голос ее был приятным и мягким, а задумчивые бездонные глаза светились неземным знанием. -- Он мертв. Давно уже мертв... С тех самых пор, как ваш отряд во главе с Элесом Каггалом... Впрочем, это ты и сам помнишь!..
-- Но ведь он был тут, сейчас! Я же видел! -- в отчаянии вскричал Шут, и уже запоздало испугался: кричать в горах вредно для здоровья, можно и с лавинами познакомиться...
Но голос его утонул, словно в вате, а женщина ответила на его слова, даже не пошевелившись:
-- Ты спишь! И сейчас ты видишь сон, и сам это прекрасно понимаешь! А во сне может появиться и тот, кто уже ушел из жизни... Тем более, что он и из сна уже уходил...
-- Ты... советовалась с ним? О чем? Что поведал он тебе?
-- ОН советовался со мной... И Я ему говорила... Он спрашивал -- и он получил ответ, несмотря на то, понравился он ему или нет...
-- Но ведь он живет миллиарды лет! И знает то, что сокрыто от многих и не заметно Мудрым!
-- А кто сказал, что я живу меньше?.. -- улыбнулась женщина, -- Я понимаю, что обычно женщины стараются показаться моложе, чем они есть на самом деле, но это -- ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ женщины...
-- А ты больше похожа на эльфийку, -- не удержался Шут.
-- Ой, неужели я столь бездумна и легкомысленна?
-- Да нет, что вы, просто я не то имел в виду! Эльфы -- они так долгоживущи и столько всего знают...
-- Они слишком мало живут, чтобы понять собственную несвободу... -вздохнула женщина. -- К тому же -- надо ли много жить, чтобы постичь мудрость? Или достаточно просто научиться Видеть, а не просто Смотреть?!
-- Так ты из майяр?
-- О, нет! И даже не Валар! Люди называют меня Зрячая, и не стоит придумывать мне иных имен... Когда-то Варда спросила меня, как разрушить кремний, и я подсказала ей... Недавно Арагорн приходил ко мне, он хотел знать, изопьет ли он из Куивиенен. И я ответила ему... И твой недавний недруг вправе был спросить у меня, что ему неведомо... И Золотой обращался ко мне, не посчитав это зазорным... Ты же, похоже, недоумеваешь, почему ты здесь, хотя и не собирался задавать Зрячей никакого вопроса... Так знай -это я тебя позвала... И хочу сказать тебе то, на что вопрос созреет значительно позже... Змея Света способна открыть Солнце, помни об этом, мой мальчик! Но открывший его может погасить не только свое светило, и об этом ты тоже не забывай! Дурак будет умнее Сидящего На Троне, и древние враги окажутся друзьями в Последней Битве... И Последняя Битва не будет последней войной в мире, она -- просто Последняя Битва... Кузнец, Дурак и Крылатый будут идти вслед, но Танцующая станет чудовищем и сгубит своего мужа... Когда-то ты поймешь, что все сказанное сейчас -- не сонный бред, но не было бы слишком поздно... Солнце висит над нами, но подвешено оно так хрупко, и так легко уронить его вниз, в горы... А теперь тебе пора, ибо время твое истекло... Когда же решишь спросить меня о чем-то своем -- ступай на восток, и там за землями Авари ты найдешь Храм Зрячей, и войдешь внутрь, и там я буду ждать тебя... Прощай!
Шут почувствовал, что летит куда-то. Но за миг до того, как он взмыл ввысь -- он увидел, как из ниоткуда шагнул и остановился перед зрячей мальчишка с острым треугольным лицом, на котором затвердели резко очерченные скулы, да с шапкой непокорных темно-рыжих волос, делающих его похожим то ли на растрепанную хризантему, то ли на очеловечившийся, оживший огонек. Нет, скорее-таки на цветок. Да и зеленый комбинезон на тощем мальчишке делался похожим на стебелек... Мальчишка поглядел на улетающего Шута, а затем что-то спросил у Зрячей, но из-за шума ветра в ушах слов было не разобрать...
Полет превратился в падение -- и Шут проснулся. С бешено колотящимся сердцем...
-- Так это был только сон... -- облегченно вздохнул он. Но в душе почему-то казалось, что он еще встретит Зрячую, и что этот приснившийся разговор был не последним... И еще -- что это за "Золотой"? Ар-Фаразон Золотой, Король Нуменора, что ли?..
К удивлению Ловчего Шута в башне не оказалось. Его песика -- тоже.
Уборка в библиотеке не заняла много времени... Можно было выходить. Все было готово. Только вот не понятно, где Шут.
-- Шут!! ШУУТ!!!! ШУ-У-У-У-УТ!!! Ты где?!?!?!?!? -- Ловчий помассировал уставшее горло. -- Не отзывается. Может, записку ему оставить, куда мы идем?
-- Если он маг, то сам найдет -- ответил Ахэлен. -- А если нет -- то он нам головы морочил.
-- У меня сложилось свое мнение о магах, -- как бы самому себе сказал Ловчий.
-- Ты на Лэнно не смотри, он пьяница горький.
Ловчий посмотрел на запухшее лицо Ахэлена и ему стало страшно.
-- Я на него стараюсь не смотреть, я за Шутом и тобой наблюдаю. Все это слова, нам пора идти! -- и с этими словами Ловчий вскинул на спину бочонок. Наблюдавший эту картину Свохн облизнулся.
Наконец четверка, кто кряхтя и бормоча "мама, роди меня обратно" и проклятия, кто бодро икая, а кто и просто весело прислушиваясь к плеску в бочонке за спиной, вышла из замка и пошла навстречу солнцу, в лес.
...Кузнец, Дурак и Крылатый... Почему-то эта фраза запомнилась лучше всего... О ком, о ком же так хочет напомнить тлеющая память?! И -- кому напомнить? Ведь по прежнему не вспоминается ни собственное "Я", ни имя... А приходящие картинки -- оторванны и отрешенны, они видятся словно со стороны... Безымянным кинозрителем в кинотеатре своей памяти... И -- ни рук не почувствовать, ни ног... Небытие, наполненное только картинками воспоминаний...
Глава 7
Этот день Яромир отмечал вне зависимости от того, где он находится. День Окончания Херсонского Колледжа! Приходилось праздновать его дома, на работе, в каюте сломавшегося лайнера, в пещере, в брюхе курдля, в запертом на выходные краеведческом музее, в действующей башне Святейшей Инквизиции Риана. А вот в обществе варлонов эту дату Загорский отмечал уже второй раз. Конечно, не стоило рассчитывать на обилие собутыльников, но... Компанию-то хоть составят?