Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 32 из 49

Яркая белая луна оставляла на глади воды серебристый след, тянувшийся от края до края озера. Над ней, светя своими яркими голубыми крылышками, резвились водяные феи, а на берегу этот свет ловили две фигуры. Одна - яркая, тонкая, изящная; а вторая - маленькая, темная.

- Вот скажи, Борна, почему ты никогда не загораешь?

- Посмотри на себя, и поймешь.

Темная фигурка осмотрела себя и недоуменно ответила белой.

- А что во мне не так?

- То, что тебя почти не видно. Как чернокожая, темная.

Леся довольно растянулась на траве, практически сливаясь с ней. За долгое время под постоянным летним солнцем она смогла очень сильно подзагореть, так что теперь, ночью, в ней ничего, кроме белков глаз не разглядишь. Девушка своей внешностью была довольна.

Тонкая белая фигура, лежащая рядом, тоже была расслаблена. Их обоих никак не стесняло нагое состояние их тел.

- Борна, я же серьезно, - обижалась Леся.

- А я, что, нет?

- С тобой не поговоришь, - пожаловалась девушка. - Либо вопрос на вопрос, либо шутки, а то и вообще молчишь.

Борна усмехнулась. Они обе, не смотря на существенную разницу в возрасте, стали настоящими подругами и давно вели себя расковано. И даже частыми перепалками не могли поссориться, только посмеяться над собой. Женщина перевернулась на живот и приподнялась на локтях.

- Чего ты так? Я часто бываю серьезной, когда надо.

- Только редко, - пробубнила девушка.

- Не дуйся. Я просто думала, что ты знаешь, потому и не говорила.

- А что я должна была знать?

Леся присела и уставилась на гладь воды. Только что они купались в ней, и эта лунная дорожка была разломанной на множество мелких.

- А ты присмотрись.

Борна перевернулась на спину и посмотрела на девушку. Леся смутилась, но все же внимательно всмотрелась в тонкую белую фигуру, но ничего, кроме прожилок на коже так и не увидела. То ли глаза подводили, то ли луна врала, то ли Борна опять шутила.

- Не видишь? - Борна выдохнула и села так же, как Леся. - За это я и люблю луну. Под ней все красиво.

Что-то в голосе молодой женщины выдавало грусть.

- И правда, откуда тебе знать, - сказала она. - Я же тебе не говорила, как... Ну да ладно, слушай... Перед тем как попасть сюда и стать Хранительницей, я, как и ты, была простой девушкой. Я была дочкой пекаря, одной из пяти. Четвертой по счету, а значит, мне ничего не светило. Я стояла у прилавка, принимала и обслуживала покупателей... Как пишут в романах - простушки влюбляются в аристократов, и те - в простушек, и все приходит к красивому концу... Так вот, под влиянием тех романов то же случилось и со мной. Как-то в нашу лавку зашел мужчина, простой с виду, не богатый. Мы разговорились, он подшучивал, делал комплименты, приглашал на прогулки. Я решила - вот она, моя судьба. Я влюбилась, как дурочка. Ждала его каждый день, и он приходил. Казалось, было все прекрасно. Он обещал встретиться с отцом, попросить моей руки. Получилось так, что под влиянием красивых слов я позволила затащить себя на сеновал... Это было здорово, я потеряла голову. Но так длилось недолго. Вскоре он исчез, ни слуху, ни духу. Я поздно поняла, что он обманул меня. Использовал и выбросил... Рассказывать отцу я не хотела, так как бесчестье было худшее, что может случиться в семье, а в это время еще и старшая сестра выходила замуж. Тут я и обнаружила, что беременна. Хуже и не придумаешь... Ты не поверишь, даже в то время я ждала его, может, образумится, придет. После таких слов, что он говорил, невозможно поверить в предательство. И ребенка я хотела, могла воспитать сама, стать изгоем из-за этого не боялась. Как можно не любить ребенка от любимого человека...

Как ты думаешь, что было дальше? Через несколько недель я увидела его в парке. Такого красивого, разодетого - аристократа, графа. Мне стало еще хуже, ведь был он не один, а с дамой - настоящей красавицей! Не то, что я. Все же, решившись, я дождалась, пока он останется один, и рассказала о своем положении. Я глупая, наивная простушка, без гроша за спиной, верила, что он будет рад. Ну, он и разыграл передо мной целую сцену радости, ну и, конечно, я ему поверила. Он обещал зайти сегодня же для серьезного разговора. Тем вечером, когда я одна в опустевшей лавке ждала его, кто-то забаррикадировал двери и вкинул через окно факел...

Лавка сгорела, а меня еле спасли. Ребенка я потеряла, и сама обгорела, чудом только лицо спасла. Я месяц пролежала в постели, не могла встать. Так он за это время успел жениться на той девушке из парка, а меня убрал с дороги, как поломанную телегу...

Борна замолчала, а Леся не решалась нарушить тишину. Женщина говорила с таким пылом, что сразу было заметно, она все же не смогла простить его, даже спустя столько лет.

- Прошел месяц, может, и больше. Точно не помню, но знаю только, что я долго не могла вставать на ноги. А когда поднялась, это не придало никакой радости. Я была полностью изуродована. Видишь? - Борна провела рукой по правому боку от груди, по бедрам и до колена. - Это все осталось от той злокозненной ночи, как память о моей ошибке.

Теперь Леся увидела и устрашилась. Те полосы, что она приняла за прожилки на теле, являлись чудовищными шрамами, тянувшимися через все тело от шеи до пят.

- Меня все жалели, кто ж теперь возьмет такую себе в жены? А мне никто не нужен был, кроме него. Коварная штука - любовь!.. Эти все жалобные взгляды и вздохи за спиной изнурили меня. Я не ела, плохо спала. Именно тогда я решила уйти из дома, даже думала свести счеты с жизнью, а вместо этого попала сюда.

Леся затаила дыхание и показалось, что даже трава сочувственно прилегла к своей Хранительнице. Тяжело ей пришлось. По ее поведению совсем не скажешь, что она пережила такое, или может все же пережила и оставила в прошлом.

Внезапно Лесю осенил мысль:.

- Борна, а сколько тебе лет? - неожиданно спросила она.

- Не знаю, - пожала девушка плечами. - Ушла я, когда мне было 19.

- А год какой?

- Сейчас припомню... 1849.

- Ничего себе. Это тебе сейчас где-то за... 160.

-- В Доме время течет по другому, да и став Хранителем перестаешь стареть.

Борна сидела грустная. Девушка понимала, что должна утешить ее, но не могла подобрать слова.

- Спасибо, Леся, - сказала женщина с улыбкой.

- За что? - не поняла та.

- За сочувствие. Но это было слишком давно, и нечего ворошить прошлое.

Леся смутилась.

- Заешь, почему я осталась? - спросила Борна. - Я надеялась, что залечу тут свои раны, а получила гораздо больше. Я стала нужной, любимой и просто необходимой.

Говоря это, Борна провела ладонью по траве, и та в ответ прильнула к ее руке своими длинными стволами.

- Я отдаю им свою любовь, они отвечают взаимностью. Это больше, чем я надеялась получить. Поэтому я и сказала тебе, что никогда не пожалеешь, оставшись тут со мной. Разве я не права?

- Права, - согласилась Леся. - Мне нравится эта свобода.

-- А Дом? - спросила Борна.

Леся кивнула с улыбкой на губах. Этот маленький мир очень ей понравился.

- Дом к тебе неплохо относится, -- произнесла женщина, она всегда говорила о мире, как о живом существе. -- Ты заметила как легко находишь нужное и не плутаешь при этом в лесу? Это он помогает тебе, направляет в нужную сторону и открывается перед тобой. Ты знаешь, сколько сил я потратила, чтобы получить то, что ты имеешь? Больше, чем ты себе можешь представить.

Леся сидела, поджав под себя ноги. Какая странная эта судьба: кого-то балует счастливыми моментами, а кому ставит подножку на ровном месте.

"Все, хватит грустить и философствовать. Пора жить и радоваться!" -- велела себе девушка.

- А теперь как насчет того, чтобы снова искупаться? - предложила Борна поднимаясь. Видимо тоже решила, что надо отвлечься.

Тут до слуха девчонки донесся стук копыт за их спинами.

- Кто-то идет.

- Да, я слышу, - Борна уже всматривалась в темноту и увиденное ей не очень нравилось.