Страница 9 из 103
- А посерьезнее с собой никого нет? – спросил он, кивнув на мордоворотов.
- А надо? - спросил Закаблуков, зеленея прямо на глазах.
- Это никогда не помешает. В прошлый четверг, рассказывают, была стрелка у памятника "Кибитка" на левом берегу. Четыре налетчика встречались с крышей склада, который они якобы ограбили. Так ты оцени юмор: эти клоуны, кроме пистолетов, автоматов и броников, прихватили с собой... одноразовый огнемет "Шмель" с вакуумным зарядом. От него танки горят, как спички...
- Ну, и чем всё закончилось?
- Они не успели пальнуть из "Шмеля". Их положили из автоматов... Слышь, Витя, скажи честно: это твоя первая стрелка?
- Нет, конечно. Но я всегда волнуюсь, как в первый раз.
- И правильно делаешь. Никогда не знаешь, вернешься ли живой... Сейчас столько отморозков развелось - шагу ступить нельзя! Вместо того, чтобы договориться, сразу за пушки хватаются...
- Ну, Шерхан, вроде бы не отморозок...
- Но с головой у него не всё в порядке. Слишком много власти и денег свалились на голову учителишке из Чуркистана.
- Он был учителем? - удивился Закаблуков.
- Английский и французские языки, романо-германская филология.
- Он знает два языка?! С ума сойти! Куда мир катится, а?
- Мир-то стоит на месте, а вот Совок уже докатился. Ты кем был в той, прежней жизни?
- А тебя это е...т?
- Верно, не е...т. Кстати, уже восемь, а Шерхана что-то нет. На него это не похоже.
- Ждем пятнадцать минут и разъезжаемся...
- Э, нет. Так нельзя. Того, кто на стрелки опаздывает или вообще не приходит, того опускают.
- Хрен ты Шерхана опустишь... - начал Чернощеков.
И осёкся: на поясе у него заиграл телефон. Это был Шерхан. Легок, блин, на помине...
Бывший учитель сказал:
- Извини, брателла, дела задержали. Не в падлу - еще минут пять-шесть, я уже рядом...
- Да какие проблемы! - воскликнул Чернощеков. - Встречи на свежем воздухе - одно удовольствие!
Убирая мобильник, Чернощеков глянул на дорогу и обмер: со стороны пивзавода ехала "шестёрка" дорожно-патрульной службы. Очень медленно ехала. Менты явно наблюдала за тремя иномарками, стоящими на обочине.
***
- Что там происходит? - сказала младший лейтенант ДПС Савельев. - Никак "стрелка"...
- Похоже на то, - отозвался другой младший лейтенант - Щаднев. И присвистнул: - А у мальчиков под куртками ружья - мажу на что хочешь!
- А я спорить не буду. Точно, ружья. Обрезы. Или помповики без прикладов.
- Что будем делать? Доложим в дежурку?
- Еще чего! Охота тебе ни за хрен собачий на волчью картечь нарываться? Хотят друг дружку грохнуть - это их личное дело. Пусть криминалитет сам себя уничтожает. Услышим выстрелы, доложим. Да и то – подождем немного, для верности... Прибавь газу!..
***
Автомобиль ДПС проехал мимо, скрылся за поворотом, и Чернощеков с облегчением перевел дух - кажется, пронесло. Ни один мент, если он не дурак в квадрате и не самоубийца, на километр не приблизится к людям, приехавшим на разборку. Но - всякое бывает. Не все женщины рожают детей. Некоторые рожают дебилов...
- Юрьич! - негромко позвал охранник. Чернощеков оглянулся. - Едут.
Так и есть, со стороны молочного комбината приближались два джипа, один из них - судя по габаритным огням - шерхановский. В одном джипе - не считая водителя - может уместиться от пяти до семи человек. Ну, сейчас начнётся!..
- Внимание, - скомандовал Чернощеков. - По местам. И не порите горячку!
Вылезая из джипа, Шерхан расплылся в широкой улыбке.
- А, Каблук, и ты здесь... Молодец.
За его спиной выросли шесть крепких парней. Парни не сводили глаз с мордоворотов Закаблукова и охранников Чернощекова. Потом сухо щелкнул металл - кто-то сдвинул с места флажок предохранителя.
- Тихо! - сказал Шерхан не оборачиваясь. - Без глупостей!
Он внимательно поглядел на Закаблукова, полез в карман за сигаретами и закурил. С видимым наслаждением выпустив первую струю, произнес неторопливо:
- Каблук, твой вопрос уже решен. Можешь ехать. Я с тобой завтра свяжусь. А сейчас извини - мне надо с Пашей погутарить кое о чем.
Казацкое словечко "гутарить" в устах узкоглазого бандита прозвучало как-то особенно веско.
"С отъездом Закаблукова их станет вдвое больше", - отметил директор "Щита". Тем не менее, когда Витька глянул на него, еле заметно кивнул - дескать, поезжай, если хочешь, без тебя разберемся...
- До завтра, - сказал Закаблуков и сделал своим мальчикам жест. Мальчики попятились к БМВ. Хлопнули дверцы, взревел мотор, автомобиль выкатился на шоссе и поехал в сторону Военведа.
- Я что-то не понял... - сказал Чернощеков. - Где деньги?
- Потерпи десять минут, - сказал Шерхан. - Деньги сейчас будут.
Плавным движением, явно стараясь не делать резких движений, он достал мобильник и позвонил куда-то. Чернощеков услышал мягкий женский голос, твердивший с настойчивостью магнитофонной записи: "Вызываемый вами абонент временно недоступен... Вызываемый вами абонент...".
- Черт, - сказал Шерхан. - Не понос - так золотуха. Одну минуту. - Он набрал другой номер и сердито заговорил: - Макс у тебя был?.. А потом?.. Когда выяснишь, перезвони. - И с улыбкой - Чернощекову: - С бабками маленькая заминка. Мое предложение остаётся в силе.
- Какое предложение?
- Ты переуступаешь нам часть бизнеса и получаешь материальное вознаграждение. Мы со своей стороны оказываем тебе и твоей фирме любую помощь.
- Денег я не получил. Значит, сделка не состоялась.
- Не залупляйся, Черный.
- Если хочешь продолжить разговор, моё контрпредложение таково. Покупать часть предприятия - абсурд, ты ставишь меня в неловкое положение. Купи всё разом, и я выйду из дела.
- Сколько хочешь?
- Три миллиона будет в самый раз. Баксами, разумеется.
Шерхан громко расхохотался. Абсолютно искренне. От всей души. А потом вмиг став серьезным, сказал:
- Паша, ты совсем е...нулся.
- Полегче на поворотах!
- А хули мне с тобой, с козлом, на поворотах тормозить? Кто ты такой? Сейчас тебе не торговаться надо, а определить жизненные приоритеты - что тебе важнее: быть живым, быть мертвым или быть владельцем разорившегося агентства!
- Ты прав, - сказал Чернощеков, вскинув правую руку ладонью вперед. Словно в нацистском приветствии.
Шерхан не знал, что он левша. Пока бывший учитель соображал, почему собеседник вдруг пошел на попятную, Чернощеков повернулся боком и левой рукой выхватил пистолет, засунутый за брючный ремень. Получив пулю промеж глаз, Шерхан рухнул на землю. Боковым зрением Чернощеков увидел пистолет в руках у Кислинского...
Выжить при подобном раскладе шансов практически не было, но Чернощекову повезло. Сразу упав на землю и паля туда, где стояли мальчики Шерхана, он откатился за мерс. В мерс сразу же долбанули из помповика, и на голову Чернощекова посыпались битые стекла. Высунувшись с другого бока, директор "Щита" выпалил ещё пару раз и тут обнаружил, что стрелять, собственно, больше не в кого…
- Вы целы, Павел Юрьич? - спросил Кислинский.
Как-то странно придерживая левой рукой правую, он подошел к лежащему бритоголовому, который громко стонал, и выстрелил ему в голову. Боевик дернулся и стонать перестал.
- Вроде да, - сказал Чернощеков и нервно хохотнул. Он еще не верил в то, что произошло. Ему казалось, что он спит и видит сон. Сейчас проснется, откроет глаза и увидит край подушки... - А ты как?
- В плечо попали, суки, - сказал Кислинский. - Вот этот попал... - Он указал куда-то вниз и вдруг заорал с остервенением: - Падло, убить тебя мало... - И снова принялся стрелять в труп, крича: - На!.. На!.. Получи, сука!..
Кончились патроны, и боёк вместо очередного выстрела лишь сухо щелкнул о металл. Васька опомнился.