Страница 10 из 98
Хорошо лежим… вот только немножко неудобно.
Всё так же лежа на спине, не поворачиваясь, вертя попой из стороны в сторону и помогая себя локтями, я доползла до дивана. В конце своего пути я уже икала от сдерживаемого смеха. Видели бы меня сейчас мои подчинённые.
Чуть-чуть отдышавшись и утерев слёзы, слегка приподнялась и аккуратно стащила подушку, которую сразу положила под голову.
Где-то на задворках сознания промелькнула мысль, а не позвать ли Кэтти? Промелькнула и пропала. Нет, мы с ней расстались не в лучших отношениях.
Вздохнула и вновь уставилась в потолок, только всё равно чего-то не хватает.
Дала звуковую команду на включение музыки. Всё-таки «умный дом» - это здорово!
Эх, ещё бы бокал вина.
То ли классическая музыка повлияла, то ли ещё что, но голова совершенно перестала болеть. Впервые за долгое время я чувствовала себя не то что прекрасно, а восхитительно.
И раз такое дело, то можно полежать и подумать о том, что происходит в моей жизни и что же с этим делать.
Эквей… красивейшая водная планета. Мечта миллионов и теперь у меня появился шанс туда полететь, причём совершенно бесплатно. А я вместо того чтобы прыгать от счастья, выпендриваюсь и злюсь. Да люди за одну только возможность туда полететь готовы душу продать, а мне судьба второй раз уже даёт шанс этим воспользоваться, почти впихивает в руки. Почему-то представила себе Фортуну, с недоумением поглядывающую на меня, которая, многозначительно поигрывая бровями, произносит: «Да, ты, тётка, зажралась! Бери, тебе говорят!». Так нет…я упорно продолжаю выкобениваться.
Наверное, всему виной моя гордость и тщеславие… или дурость. А может и всё вместе вкупе с синдромом противоречия. Я настолько сильно привыкла полагаться только на себя, что любую попытку навязать мне чужую волю, воспринимаю в штыки и говорю своё категоричное «нет»! А ведь сначала надо было включить мозг и хорошенько всё продумать. Вот почему в бизнесе я этому правилу следую, а в обычной жизни – нет?
Я ведь должна быть ей благодарна. Да, да, мне стоит поблагодарить Алексию за то, что она даёт мне возможность полететь с дочерью. А то просто прислала бы официальное извещение и всё. Единственное, что мне бы оставалось делать - это стоять в космопорте и махать платочком, прощаясь с дочерью на неопределённый срок, если не навсегда.
А что сделала я? Правильно, обвинила всех в своих проблемах. Начала думать о бизнесе, о своей жизни, о том, что мне придётся измениться… о себе и только о себе. Вместо того, чтобы подумать о дочери и о том, что нам делать дальше, я плакала над своей судьбой. Эгоистка?
Дура.
И дело ведь совсем не в том, что сработал эффект неожиданности, хотя и его заслуга в этом есть. Просто я привыкла жить в своём микромире, думая только о себе, откупаясь от Кэтти деньгами, нарядами и безделушками.
Озарение больно ударило в грудь – я отвратительная мать!
Да, давно надо было в этом признаться, хотя бы самой себе. Я – кошмарная мать, которая собственные желания и потребности ставит выше потребностей и желаний дочери.
Одно сплошное – я, я, я.
Неужели я всегда была такой стервой? Холодной, расчётливой, бездушной и эгоцентричной дрянью?
Нет, не всегда. Я же помню ту другую Лиз из прошлой жизни. Весёлую, улыбающуюся, искреннюю и честную. Ту, что была готова отдать последнее для других.
А что потом? Куча денег и я изменилась, вынуждена была стать другой, чтобы удержаться в этом мире.
Ну, а потом? Когда всё в моей жизни более-менее нормализовалось. Почему я не стала прежней? А потому что не захотела. Быть стервой гораздо легче, ведь теперь можно было думать только о себе, а не об окружающих меня людях…
- Мама?
11.08.2016
Когда в твои не слишком радужные мысли врываются самым беспардонным способом, то и реакция будет соответствующей… Как и последствия этой самой реакции.
Я вздрогнула, ойкнула и резко поднялась… точнее сделала попытку вскочить, потому как от неожиданности совершенно забыла, что, располагаясь как можно удобнее на полу, заползла под небольшой журнальный столик из прозрачного геопластика. Вот о столешницу из этого самого модифицированного пластика, сквозь который на меня удивленно смотрела Кэтти, я и шандарахнулась со всей дурью лбом.
Рассказывать о том, какой фейерверк я увидела перед глазами не имеет смысла. Сегодня я побила все рекорды по звёздочкам, искоркам и идиотским ситуациям. А ведь день ещё не закончился.
- Мама! – вопль дочери сотряс гостиную и чуть не взорвал мои бедные барабанные перепонки, увеличив зону поражения моего многострадального мозга в несколько раз, теперь у меня болели даже волосы. По крайней мере мне так показалось.
Я только и могла, что продолжать лежать с закрытыми глазами, прижимая руку ко лбу, где уже наливалась огромная шишка величиной с кулак, и из последних сил сдерживать истерическое хихиканье.
А Кэтти решила, что я плачу.
Я услышала, как она внезапно всхлипнула, потом ахнула и только после этого принялась оттаскивать столик в сторону.
Слегка, отведя руку в сторону, посмотрела на неё, а она в этот момент повернулась ко мне. И тут новый сюрприз.
- Мама!! У тебя, что кровь?!!!
Упс! Про это я и забыла. Надо было хотя бы кровь стереть, а не лежать, думая о вечном.
- Я вызываю дронов! Тебя срочно надо отвезти в больницу.
Ой, нет, нет, только не в больницу. Терпеть их не могу, поэтому и наблюдаюсь у Саммерс в частной клинике.