Страница 3 из 22
Опознание трупа, как следовало из соответствующего протокола, было произведено с участием жены покойного. Из протокола же осмотра места происшествия усматривалось, что судя по беспорядку, преступник или преступники что-то искали в квартире. Супруги уже несколько лет вместе не жили, и Наталье Черкасской было трудно сказать, все ли вещи на месте. Однако, в ходе осмотра, документы убитого - паспорт, водительское удостоверение найдены не были. Не была обнаружена в квартире и сколько-нибудь значительная сумма денег, из чего делался вывод о возможном мотиве преступления - разбойное нападение. Из имевшегося в том же материале заключения судмедэксперта следовало, что причиной наступления смерти стали множественные удары острым предметом в область головы. Костров обратил внимание на то, что в крови погибшего было обнаружено значительное количество алкоголя.
Игорь пролистал материал. Дальше шли протоколы допроса соседей, ещё каких-то людей, несколько процессуальных документов. Заканчивалось всё постановлением следователя капитана Иванюка о приостановке производства по делу.
Костров откинулся на спинку кресла. Надо бы с ним поговорить. Он, естественно знал всех следователей в городском управлении милиции. Иванюк был ещё молодым человеком, лет до тридцати, но уже достаточно опытным - капитан как-никак. Вобщем, материал материалом, но...
Созвонившись со следователем и предупредив в приёмной, что он на часок отъедет в горуправление, Игорь спустился по лестнице, вышел во двор и, подойдя к машине, сел за руль. Выехав на проезжую часть, он вдруг буквально вздрогнул от пришедшей ему в голову мысли и, подъехав к обочине, остановил машину. Труп Олега обнаружили в ночь на понедельник 28 апреля...Погиб он, естественно, несколько раньше: по заключению судебно-медицинского эксперта, смерть наступила приблизительно за 5-6 часов до обнаружения трупа. Неужели именно в тот день, когда они встретились?.. Игорь не мог вспомнить по прошествии трёх месяцев, в какой именно это было день. Он помнил, что это был конец апреля, но... Вспомнился разговор с Олегом в кафе, почему-то разговор с женой в середине дня. Вечером он звонил Олегу, но так и не дозвонился.
Костров достал телефон, полистал адресную книгу. На экране высветилось "Черк.Олег" - он записал его номер, но дата вызовов отсутствовала: больше Олегу он не звонил и те единственные звонки за давностью вылетели из памяти телефона. Так. Что же он делал в этот день?
После разговора с Олегом он пошёл на рынок. Ну конечно, он же и поехал тогда специально, чтобы купить обои в большую комнату. Обои уже были поклеены, а в тот день после обеда он звонил мастеру. Так. Игорь вновь полистал телефонную книгу. Мастеру он звонил часто, его номер тоже был записан. На экране в этот раз высветился целый столбик дат: 8 июня, 5 июня, 31 мая ... Он листал дальше. 29 апреля, 27 апреля...
Игорь посмотрел в окно. По проезжей части рекой двигался поток машин.
Значит всё-таки в тот день... Он вновь начал вспоминать. Вспомнил несколько неудачных звонков, как потом подняли трубку, но никто не ответил. Слышал ли он в трубке звук музыки, ведь именно с этого, судя по милицейским материалам, и заварилась вся каша? Игорь готов был поклясться, что нет. В памяти всплыла чёткая картинка вплоть до мелочей, как он, стоя у окна, набирает номер Олега, в трубке слышатся гудки, ответа на звонок нет, и он вновь нажимает клавишу вызова. Неожиданно он вспомнил, что в этот момент видел, как закрывался обувной магазин напротив его дома. До которого же часа он работает? Вроде бы до семи. Но ведь в заключении судмедэксперта сказано, что смерть наступила между восемнадцатью и двадцатью часами. Игорь раздумывал. Неужели он позвонил именно в тот момент? Он помнил, что в какой-то момент трубку подняли, он несколько минут ждал ответа, слышал в трубке какие-то звуки, вроде-бы кто-то что-то сказал... Н-да, с ума можно сойти.
Наконец Игорь завёл двигатель и отъехал от тротуара.
Следователь горуправления милиции капитан Иванюк вёл в своём кабинете допрос высокого худого парня лет двадцати. Тот нервно ёрзал на стуле, с трудом пытался найти место своим рукам, водил глазами из стороны в сторону и испуганно уставился на Игоря, когда тот вошёл. Иванюк же напротив, казалось, был полностью безразличным к происходящему и, с вялым выражением лица, набирал показания парня в компьютер. Он поднялся навстречу Кострову, пожал ему руку.
- Поговорим?- спросил он. - А то мне надоело уже, третьего допрашиваю подряд.
- Да нет, - ответил Игорь. - Быстро поговорить не получится. Давай заканчивай, я пока зайду к кому-нибудь.
Он действительно зашёл в кабинет к заместителю начальника следствия майору Велехову, который вычитывал дело, следствие по которому было уже окончено - почти готовое к отправке в прокуратуру с обвинительным заключением. Они проговорили минут сорок: о работе, потом немножко о футболе, когда наконец Иванюк освободился. Вернувшись к нему в кабинет, Костров весь превратился во внимание.
-Ну, материал ты читал, - начал следователь.- Работы у Черкасского как таковой не было. С бывшей женой у них напополам ювелирный магазин. Близко он ни с кем не общался, по магазину никаких конфликтов у него не было, работает себе и работает. Мы "пробивали": долгов ни у него, ни перед ним нет. Есть кредит в банке на имя жены, но платили они вовремя, из общих доходов. Да, понятно, что кредит этот тут ни причём.
Теперь. Соседи, в том числе и та старушка, которая звонила жене, показали, что случайных знакомых Черкасский в дом не водил, спиртным не злоупотреблял, шума из его квартиры никогда не было. Поэтому-то соседка так и удивилась, что в тот вечер у него громко играла музыка. Правда, тут вот ещё что...- Иванюк закурил. По заключению судмедэксперта, печень убитого значительно повреждена алкоголем. Но тут кто знает... Может сам пил, в одиночку.
- Да, странно...- Игорь смотрел в окно. По противоположной стороне улицы плотным потоком шли люди: середина рабочего дня. - Хотя...С женой развёлся, дочка учится в другом городе, знакомых, как ты говоришь, нет. Что ещё делать одинокому мужчине? Я покойного очень хорошо знал - учился вместе с ним. Тогда он особо не пил. По студенческим меркам конечно, - Игорь усмехнулся. - Ну, в общем, как все. Но прошло двадцать лет.
Следователь, между тем, продолжал:
- Стали думать с розыскниками: кто мог быть заинтересован в смерти? Бывшая жена отпадает - она не наследница, имущество ей не достаётся. Что касается дочери, то - мы выясняли - отношения у них с матерью неважные. Бизнес по наследству перейдёт к ней, ещё неизвестно, что лучше для жены - бывший муж, с которым, как бы там ни было, всё уже налажено и идёт своим чередом, или дочь-тинейджер, которая неизвестно что выкинет через пять минут.
Что касается дочери. Хоть она и наследница, но очень маловероятно, чтобы она потянула убийство отца. Она приезжала на похороны, ее допросили, по делу признали потерпевшей. Что можно сказать? Двадцать лет, ветер в голове. Друзья по институту - такие же, из приличных семей. В день убийства она была в Харькове, где училась - проверили. Так что... Неизвестно, что предпринять дальше. Может всё же какой-нибудь случайный знакомый или знакомая, не знаю.
- Кто организовывал похороны?
- Бывшая жена - Наталья Черкасская. А кто ещё? Она и хоронила и труп опознала.
- А где дочь сейчас?
- Не знаю. В апреле была на учёбе, я говорил уже. Сейчас июль, наверное, в городе.
- Наталья что думает по поводу смерти бывшего мужа? Есть у нее какие-нибудь версии?
- Да нет. Я когда её допрашивал, спросил конечно. Но она ничего предположить не может. Дочка, кстати, тоже.
- Мм, да... А дочка подала заявление о принятии наследства?
- Не знаю. Я не интересовался, и без этого дел невпроворот. Наверное подала, после отца ведь осталось кое-что. Мягко говоря.