Страница 111 из 120
— Как его зовут?
— Я не знаю… Доктор Ломан не успел назвать его имя, — задумчиво прошептала Анна и неожиданно задумалась, посмотрев куда-то в пустоту. — Петр… Ее муж работает на общину. Возможно, он знаком с этим человеком. Петра подослали к Татьяне, чтобы он следил за ней и контролировал. И он в любой момент может ликвидировать ее, если община этого захочет. Пока эти ублюдки молчат, не вмешиваются.
— Петр… Кто еще? — угрюмо спросил Ричи и нахмурился. — Вы сказали, что предателей несколько.
— Еще Брайан, он был здесь. Этот молодой человек почему-то испугался, когда узнал, что я рассказала Татьяне всю правду. И попытался убить меня. Но Она не дала. Снова спасла меня… Хотя я ее об этом не просила.
— Брайан, Петр… Есть кто-то еще? Татьяна должна знать их всех. А я обязан ее защитить.
— Ты не справишься. Ты еще слишком юн.
— Она — моя мама. И я не смогу просто так сидеть и смотреть, как моего единственного родного человека пытаются уничтожить.
— Ты должен беречь этот секрет до конца. Татьяне было тогда всего лишь четырнадцать лет, когда она тебя родила. С ней произошла ужасная трагедия, которую ее молодая неокрепшая психика не смогла пережить. Она тебя не помнит и не знает… Возможно, имеются какие-то обрывки воспоминаний. Но это видится в ее сознании, как нечто иное, не относящееся к ней самой.
— Она нуждается во мне, Анна. Я люблю ее и хочу быть рядом. Целых девятнадцать лет меня держали вдали от нее, насильно пытались внушить, что она умерла при родах. Но теперь все изменилось.
— Возможно, ты прав. Но мы до конца не знаем, кто друг, а кто враг. Я знала лишь два имени тех, кто не на нашей стороне. А их может оказаться куда больше. Община сильна как никогда прежде. И они сделают все, чтобы помешать нашим планам. Наша цель — замкнуть круг. И придется немного потерпеть с правдой. Еще рано. Слышишь, Ричи?
Парень с кислым лицом отвернулся от нее и обреченно вздохнул, явно не радуясь ее изречениям. Женщина села рядом с ним на корточки, впервые за это время почувствовав небольшой прилив сил и нежно обняла Ричи, прижав к себе.
— Все эти годы я воспитывала тебя, как сына. Я знала… Знала, кто ты есть на самом деле. И скрывала эту правду ото всех. Даже от Доктора Ломана. Никто тебя не видел. Никто не знал о тебе.
— Почему? Ради чего было прятаться?
— Она знала твою цель заранее. Она все просчитывает, продумывает свой путь на сотни шагов вперед. Если мы были выбраны Ею, то должны воспринять это, как должное. И не противиться такой чести. Она нас защищает, а мы обязаны защитить Ее.
Ричи слегка прикрыл свои глаза и потерся щекой о ее теплое плечо. Затем осторожно отстранился от женщины и снова тяжело вздохнул, будто ему не хватало кислорода, и он задыхался.
— Я вас обязательно вытащу отсюда. Она не сможет защищать всех нас вечно. Это большое чудо, что этот подонок не убил вас, хотя мог бы, — твердым тоном сказал Ричи и медленно направился к выходу из камеры, но около решетки замер на месте и с непониманием посмотрел на Анну. — Она забрала тела?
— Нет. Скорее всего это сделали Они. Они вечно голодны.
— Они? Здесь? — удивленно вскинул брови тот и внимательно оглядел пол, который был покрыт следами высохшей крови. — Но как такое возможно? Они ведь никогда не выходили за свои границы.
— Да. И это самое ужасное из всего того, что могло произойти. Ты должен быть осторожен. Они видят нас, знают, что мы на Ее стороне. И попытаются помешать. Будь осторожен. Берегись темноты. Все изменилось. Мы терпим поражение. И если ошибемся хоть раз, то уже ничего не изменишь. Доктора Ломана больше нет с нами, теперь мы уязвимы.
Себастьян приехал на место встречи через полчаса и очень стыдился того, что заставил Татьяну ждать. Но раньше приехать все равно бы не удалось, он и так ехал на запредельной скорости и мог бы с легкостью нарваться на неприятности. К счастью, на дороге не встретилось ничего, что было способно прервать его путь до знаменитого лондонского кладбища.
Мужчина припарковал свою машину около ворот, служивших входом на территорию, где обитали мертвые. Немного нервозно пребывать в подобном месте в столь позднее время, но его мужское самолюбие не в силах позволить Татьяне разгуливать среди надгробий в полном одиночестве. После всего случившегося девушку вообще нельзя оставлять без присмотра, и детектив это четко уяснил. У него было огромное желание быть с ней рядом круглые сутки, но та не подпускала мужчину к себе настолько близко, противилась его присутствию, закрывала от него внутренний мир и не давала доступ туда ни при каких условиях. Некогда теплые дружественные отношения между ними едва ли не полностью прекратили свое существование. Иногда казалось, что он знает ее всего лишь день — настолько таинственной и скрытой она была все эти годы. Было невозможно угадать, о чем она думает, что переживает в своей израненной душе. Но Себастьян хотел помочь ей, защитить от себя самой.
Поэтому он сделал так, чтобы ее отстранили от расследования. Нет, им не двигали мысли о повышении в должности, премии. Он хотел спасти Татьяну, спасти от самой себя. Мужчина понимал, что таким образом разозлит девушку, заставит ее ненавидеть его. Но поступить иначе и закрыть на все глаза он был не в силах. Муж Татьяны совершенно равнодушен к жизни своей жены, а Себастьян так поступать с ней не мог, хотя с грустью осознавал, что ни кем ей не приходится и, в какой-то степени, не имеет права оказывать помощь такого рода, будто он имеет какую-то власть над жизнью женщины. Поэтому приходилось переступать через себя.
Долгие годы они не работали вместе, их пути после завершения расследования дела «Призрачного фотографа» разошлись. И Себастьян длительное время мучился, со стыдливостью осознавал, что скучает по Татьяне, хочет увидеть ее вновь. Этот период был самым невыносимым за всю его жизнь.
Сначала девушка уехала в Германию, где раскрыла некое дело, связанное с призраками и прочей нечистью. И вновь выяснилось, что все приведения были обычными шарлатанами, чьи актерские таланты оставляли желать лучшего. После работа привезла девушку в Бельгию, где та провела целый год. Будучи замужней женщиной Татьяна имела неограниченную свободу. Она никогда не говорила кому-то из знакомых, куда едет. Поэтому почту ей всегда приносили в ее лондонскую квартиру.
Себастьян и по сей день корит себя за то, что осмелился читать присланные ей письма. Он надеялся хотя бы таким образом узнать, что творилось у девушки внутри, мечтал познакомиться с ней поближе, хотя та явно не желала этого. Среди писем он ни разу не нашел послание от мужа. Тот не написал жене ни строчке. Вряд ли девушка переживала из-за этого. Детектив догадывался о том, что ее брак с Петром был лишь формальностью, некой сделкой. Но почему-то смутно надеялся, что она хотя бы немного счастлива с этим человеком, что в ее жизни после событий прошлого все наладилось.
Но ничего… Он не нашел ничего, что было способно рассказать ему о Татьяне больше.
Себастьян совершенно случайно узнал, что Татьяна вернулась в Англию. Увидел ее в коридоре полицейского участка. На ней в тот день был утонченный костюм, выделявший все достоинства ее фигуры. Мужчина не сразу заметил, как у него все напряглось чуть ниже живота от одного лишь образа этой девушки. И справиться с эрекцией было невозможно. Необходимо было отвернуться и вообще не смотреть на Татьяну, только тогда его организм более-менее успокаивался. Он почему-то надеялся, что она поздоровается с ним, заглянет к нему в кабинет, расскажет о том, как прошли ее «каникулы» в Бельгии. Но та не навестила Себастьяна, ни разу не заметила его, хотя знала, что тот находился совсем рядом. Мужчину этот факт очень обеспокоил и даже задел. Он заставлял себя подойти к ней самостоятельно, но что-то не давало ему это сделать. Возможно, обида или гордость. Себастьян уже не помнил.
Но именно тогда он взялся за дело «Доктора Ломана». Этот момент отточился в голове до мельчайших подробностей. И некая сила столкнула его и Татьяну лбами, кинула в один и тот же котел, будто желая, чтобы они снова работали вместе. Себастьян не знал, что девушка тоже вовлечена в расследование тех убийств, но был в курсе, что она пыталась что-то выяснить про своего бывшего возлюбленного, умершего восемь лет назад. Этот факт весьма удивил его тогда, ведь именно этот молодой человек в свое время познакомил их, причем в самом необычном месте, в обувной мастерской. А теперь Эрван вновь сблизил их, заставил работать вместе. От этого возникло приятное чувство ностальгии, которое каждый раз мурашками пробегало по его телу.