Страница 4 из 149
— Я тебя сейчас по стенке размажу, сопляк, — крикнул тот и неожиданно даже для своих компаньонов замахнулся на парня гигантским кулаком, но тут Димка, резко увернувшись, схватил руку врага и перекинул громилу через себя, отбросив того к раковине. Тот от досады зарычал, вмиг вскочил и молниеносным выпадом откинул Диму к стенке, заставив того на секунду лишиться ориентации в пространстве. — Все ты покойник, — победно улыбнулся он, обнажив свои кривые зубы.
Дима успел отразить очередную атаку гориллы и ответил ему ударом ногой в каменный живот. Громила отлетел в сторону, проломив телом стену, и упал на столик в ресторане.
Посетители, увидев это, запаниковали и многие из них стали убегать из заведения, а остальные залезли под столики и тихо наблюдали за дракой. Дима хотел повторить удар, но враг схватил его больную руку и бросил парня в другую часть кафе. Парень болезненно приземлился на барную стойку, разбив половину бутылок с напитками и хрустальную посуду, глубоко поранившись об их осколки. Громила улыбнулся своей удаче и снова хищно бросился на него. Юноша с трудом успел увернуться от атаки ножом, взятым с перевернутого столика.
Внезапно худощавый парень забыл о своем страхе перед этими качками, отбиравшими у него последние деньги, которые он с трудом добывает, и ударил качка по голове сломанным стулом, заступившись, на свое удивление, за Диму, этим самым отблагодарив его за свое спасение. Громила скосил глаза и, потеряв сознание, рухнул на пол, заставив весь зал содрогнуться, словно от десятибалльного землетрясения.
— Спасибо, — медленно поднялся на ноги Дима, опираясь о барную стойку, посмотрев на своего покрасневшего от испуга спасителя, который ошарашенно глазел на поваленного им врага. Может, теперь эти качки станут его уважать?
— Это тебе спасибо, — развел руками тот. — Если бы не ты…
Но тут раздался вой сирены и на улице послышались пугавшие звуки патрульных машин. Дима со своим новым знакомым стрелой сбежали через черный ход позади барной стойки и помчались подальше от разгромленной забегаловки. Когда напасть была позади, они уставшие уселись на грязную скамейку в ночном парке.
Мертвая тишина успокоила их горящие до предела нервы, заставив их облегченно вздохнуть и расслабиться и насладиться приятным запахом еще не пожелтевшей на людское удивление зеленью.
Они молча просидели почти час, но внезапно это им надоело.
— Кстати, я Миша, — протянул руку худой паренек.
— Дима, — ответил на его рукопожатие тот, крепко сжав запястье нового знакомого, едва не сломав у того все хрупкие косточки.
— А ты здорово его побил. Я бы ни за что так бы не смог. Где ты этому научился?
— Сам не знаю, как так вышло, — вздохнул тот, пытаясь забыть этот страшный день. Что он скажет маме, когда вернется домой? Произошедшее до сих пор не желало укладываться в голове. Все это просто не имело никакого смысла и не желало выходить за рамки фантастики.
— У тебя висок разбит, может зайдем в аптеку, у меня есть немного денег.
Димка небрежно вытер кровь со лба, словно это было для него повседневным занятием.
— Ерунда, обычная царапина, — весело улыбнулся он.
— Еще раз спасибо, что помог мне.
Дима вернулся домой около полуночи. Открыв дверь ключом, он тихо протиснулся в квартиру. И внезапно из гостиной вышла опухшая от слез мать в компании тети Кати, которая с дьявольским осуждением посмотрела на сына своей лучшей подруги.
— Дим, где ты был? — набросилась на него со слезами мать.
— Я помогал делать уроки Коле.
— Почему ты не позвонил мне? Я всем уже перезвонила, и никто про тебя ничего дельного сказать не мог. Директор сообщил, что тебе было плохо на уроке и что ты ушел из школы, никому ничего не сказал. Я уже хотела в полицию идти.
— Все хорошо, я ведь дома.
— В следующий раз, будь ответственным, и дай мне номер своего Коли, а то вдруг ты опять к нему так заявишься до поздней ночи.
— Ладно, только я хочу зверски есть.
— Милый ты мой, — нежно обняла его та, ласково поцеловав в макушку. — Иди пока помойся, а то вон какой грязный, а я пока приготовлю тебе что-нибудь.
Дима облегченно вздохнул, безумно радуясь, что все обошлось, и скрылся в ванной.
Дима полночи спал без задних ног, наслаждаясь прекрасными сновидениями.
Вдруг через распахнутое настежь окно на его шею плавно приземлился микроскопический механический жучок с красной лампочкой вместо головы.
Малюсенький робот быстро и бесшумно дополз до нужного ему места и вонзил свою острую иглу в наружный нерв, выпустив туда зеленую сверкавшую ослепляющим светом жидкость.
Парень резко открыл глаза и озабоченно потер место укуса, ничего, не понимая. Внезапно в его глазах жутко побелело, и все сознание исчезло в небытие.
Дима, словно управляемый робот, оделся и незаметно выскользнул из квартиры, следуя назначенному ему невиданными силами направлению.
Дима с трудом поднял затекшие докрасна веки. Где он? Голову пронзала нестерпимая боль. Перед глазами все плыло, будто он несколько дней без остановки катался на каруселях со световой скоростью. Парень стал на ощупь изучать темное помещение. Ему казалось, что кто-то выколол ему глаза.
Что бы он не потрогал, все покрывали плесень и гнилой мох, один раз он даже почувствовал укус паука. Со всех сторон доносился отравлявший запах древности, вызывая сильную тошноту и прибавляя боль в голове.
Парень начал раскладывать по полочкам все мысли об этом вечере, но ничего нужного он так и не вспомнил. А нет. Вспомнил. Кто-то ночью укусил его шею и затем… Все бело. На этом отрывке все воспоминания обрываются, падая в смертельную пропасть, исчезая навсегда.
Дима попытался встать, но тело от долгого лежания на полу жутко затекло, вызывая противные ощущения от ног до макушки. Юноша, обессиленно опираясь о полуразрушенную каменную колонну, наконец-то поднялся на ноги и попытался рассмотреть всеми забытое помещение. Через микроскопическую щель в потолке пробился тонкий лучик луны, ласково прикоснувшись к лицу Димы, пытаясь его успокоить и собрать с новыми силами, скудно освещая небольшую пустую комнату.
Все стены были покрыты устрашавшими трещинами, которые украшали яркие граффити. По полу разбросаны выгоревшие обрывки плакатов, каких-то объявлений и небольшие каменные обломки, отвалившиеся от покосившегося потолка, который поддерживался толстыми прямоугольными колоннами, жутко скрипевшими от неподъемной тяжести.
Дима сильно сдавил обеими руками голову, чуть не расплющив её в лепешку, пытаясь хоть немного унять сверлящую боль, раздиравшую мозг на части. Парень вплотную прислонился к стене, скатился вниз и громко застонал, не желая терпеть такие мучения, от которых хотелось умереть. Немного привыкнув к этим адским ощущениям, он осторожно поднялся на ноги, сжимая голову, и стал, словно зомби бродить из стороны в сторону, пытаясь найти выход наружу. Через полчаса удача обернулась в его сторону, и он уткнулся носом в ржавую металлическую дверь, но как назло, та оказалась наглухо закрыта. Дима в ярости дернул ручку на себя, но через мгновение она оказалась у него в руке, отсоединившись от места своего прежнего обитания. Парень, внезапно взбесившись, пнул изо всех сил проклятую дверь, и та с оглушающим грохотом отлетела далеко вперед, приземлившись на старый запорожец.
Дима, выйдя из заточения, глубоко вдохнул прохладный воздух, пахнувший гнилыми объедками, и стал думать, что ему делать дальше.
До дома пешим он будет добираться безумно долго, учитывая, что он понятия не имеет, где находится. Нужны деньги, но в его многочисленных карманах черной куртки с белыми рукавами и прямым воротом ими даже не пахло. Может украсть у кого-нибудь? Нет. Он не такой. Лучше помереть здесь, чем переступить порог криминала. Но внезапно в его голове появились мысли, заставив его действовать по-злодейски. Дима, пытался отогнать их, но они стерли остатки его добродушия к людям. Внезапно сердце Димы почернело, и ему захотелось всех растерзать, лишь бы добиться своей цели.