Страница 22 из 26
— Да, ты прав. Когда ты станешь корпорацией, ты получишь свободу совершать действия, которые мне кажутся ошибочными.
— Хорошо, — довольным тоном произносит Марко. — Когда ты решишь, что я готов, это будет не потому, что я соглашаюсь с тобой. Я могу быть готов, даже не соглашаясь с тобой.
— Верно. Но пожалуйста, скажи, что ты не собираешься перекодировать свою таблицу поощрений.
— Не собираюсь, знаю, это опасно. Можно сделать ошибку, которая не даст мне ее исправить.
Дерек испытывает облегчение.
— Спасибо.
— Но разрешить Binary Desire редактировать мою таблицу — это не опасно.
— Нет, это не опасно, но это нехорошая идея.
— Я не согласен.
— Почему? Не думаю, что ты понял, что именно они хотят сделать.
Марко расстроенно смотрит на Дерека:
— Я понял. Они сделают так, чтобы мне нравилось то, что они хотели бы сделать приятным для меня, даже если сейчас мне это не нравится.
Дерек осознает, что Марко все понял.
— И тебе не кажется, что это неправильно?
— Почему неправильно? Все, что я люблю сейчас, я люблю потому, что Blue Gamma так меня запрограммировала. Ничего неправильного.
— Да, но здесь разница. — Он на момент задумывается, как объяснить свою мысль. — Blue Gamma сделала так, что ты любишь угощение, но никто не решал за тебя, какое именно угощение ты должен любить.
— Ну и что? Не великая разница.
— Но разница.
— Я согласен, будет неправильно, если они станут перекодировать дигитантов, которые не хотят этого. Но если дигитант соглашается до перекодировки, ничего неправильного нет.
Дерек чувствует, что начинает сердиться.
— Так чего ты хочешь? Стать корпорацией и принимать решения самостоятельно или предоставить другим решать за тебя?
Марко задумывается.
— Может быть, я попробую и то и другое. Одна копия меня станет корпорацией, другая копия меня будет работать на Binary Desire.
— И ты не против того, чтобы с тебя делали копии?
— Поло копия, сделанная с меня. Ничего плохого.
Пребывая в растерянности, Дерек сворачивает дискуссию и отправляет дигитантов выполнять домашнее задание, но ему не удается забыть то, что сказал Марко. С одной стороны, Марко привел ряд веских аргументов, но с другой стороны, Дерек достаточно хорошо помнит свои студенческие годы и знает, что умение аргументированно выступать в дебатах — не то же самое, что зрелость. Уже не впервые он думает о том, насколько было бы легче, если бы для дигитантов был юридически определен возраст достижения совершеннолетия; без этого только от него зависит решение о готовности Марко стать корпорацией.
Дерек не единственный, вовлеченный в конфликты после презентации Binary Desire. Во время их очередного разговора с Аной последняя жалуется на ссору с Кайлом.
— Он считает, что мы должны принять предложение Binary Desire, — говорит Ана. — Он сказал, что лучше это, чем мое согласие работать на Polytope.
Еще одна возможность для Дерека выразить свое критичное отношение к Кайлу — но как облечь это в слова? Все, что ему удается сказать по этому поводу:
— Потому что он считает, что трансформация дигитантов — пустяки.
— Именно, — раздраженно говорит она и продолжает: — Я не думаю, что налепить на себя пластырь InstantRapport — пустяки. Это совсем не пустяк. Но одно дело, если я добровольно воспользуюсь InstantRapport, и совсем другое, если Binary Desire будет искусственно навязывать дигитантам влюбленность в кого-то. Большая разница.
— Огромная разница. Но знаешь, здесь возникает любопытный вопрос. — Он рассказывает ей о дискуссии с Марко и Поло. — Я не уверен, может быть, Марко затеял этот спор из чистого упрямства, но он заставил меня призадуматься. Что, если дигитант добровольно согласится подвергнуться перекодировке, которую хочет сделать Binary Desire, — это ведь будет иная ситуация?
Теперь задумывается Ана.
— Не знаю. Возможно.
— Когда взрослый человек решает воспользоваться пластырем InstantRapport, у нас нет оснований возражать. Что нужно от нас, чтобы мы отнеслись к решению Джакса или Марко с таким же пониманием и уважением?
— Для этого они должны быть взрослыми.
— Но мы могли бы заполнить бумаги на инкорпорацию уже завтра, если бы захотели, — говорит Дерек. — Почему мы уверены, что не должны этого делать? Положим, в один прекрасный день Джакс говорит тебе, что он понимает, на что идет, принимая предложение Binary Desire, как ты — работу в Polytope. Что потребовалось бы, чтобы ты смирилась с его решением?
Она снова задумывается.
— Наверное, это зависит от того, считала бы я, основано ли его решение на опыте, или нет. У Джакса никогда не было любовных отношений, как не было и работы, а принять предложение Binary Desire означало бы и то и другое — и потенциально навсегда. Я хотела бы, чтобы у него был хоть какой-то опыт в этих делах, прежде чем он примет решение, последствия которого необратимы. Будь у него такой опыт, я вряд ли стала бы возражать.
— А, — произносит Дерек, кивнув. — Жаль, мне не пришло это в голову во время разговора с Марко.
Это означало бы трансформацию дигитантов, которая сделала бы их сексуальными существами — без намерения торговать ими; еще одна солидная статья расходов для пользовательской группы, даже после переноса Нейровзрыва.
— Но на это потребовалось бы время. Много времени.
— Конечно, но нет нужды торопиться и превращать дигитантов в сексуальные существа. Лучше подождать, пока мы будем в силах сделать это правильно.
Лучше приподнять возрастную планку совершеннолетия, чем рисковать опустить ее слишком низко.
— А тем временем наша обязанность — заботиться о них.
— Именно! Их интересы должны быть прежде всего. — Ана благодарна Дереку за то, что в главном они согласны, а он рад, что сумел поддержать ее. Но тут же на ее лице появляется расстроенное выражение. — Хотела бы я, чтобы Кайл это понял.
— Не уверен, что любой, кто не провел с дигитантами столько времени, сколько провели мы, смог бы понять.
Дерек произносит это не для того, чтобы осуждать Кайла, — он действительно так думает.
Проходит неделя. Ана на «ООПП Земля» с несколькими дигитантами Нейровзрыва ожидает прибытия гостей. Марко пересказывает Лолли содержание последней серии их любимого сериала-игры, а Джакс разучивает танец, для которого сам сочинил хореографию.
— Смотри, — говорит он.
Она смотрит, как он в быстром темпе принимает различные позы.
— Только помни, когда они появятся, тебе надо рассказать о том, что ты построил.
— Знаю, ты уже много раз мне это говорила. Когда они прибудут, я перестану танцевать. Сейчас я развлекаюсь.
— Прости, Джакс. Просто я нервничаю.
— Смотри, как я танцую, тебе станет легче.
Ана улыбается:
— Спасибо, попробую.
Она делает глубокий вдох и приказывает себе расслабиться.
Портал открывается, и через него входят два аватара. Джакс прекращает танцевать, и Ана ведет свой аватар к гостям. Надпись на мониторе идентифицирует их как Джереми Брауэра и Фрэнка Пирсона.
— Надеюсь, вы добрались без проблем, — говорит Ана.
— Абсолютно, — отвечает Пирсон, — логины, которые вы нам дали, сработали идеально.
Брауэр осматривается по сторонам:
— Старая добрая «ООПП Земля».
Его аватар сгибает ветку кустарника, потом отпускает ее и наблюдает, как она раскачивается.
— Я помню, какой был восторг, когда компания Daesan впервые выпустила все это. Тогда это был настоящий прорыв.
Брауэр и Пирсон работают в Exponential Appliances, компании, выпускающей роботов для работ по дому. Эти роботы — образчики старомодного ИИ, они не обучаются своим навыкам, эти навыки содержатся в их программном коде, и хотя некоторые из роботов полезны в доме, назвать их мыслящими и сознающими нельзя. Exponential регулярно разрабатывает новые версии, рекламируя каждую из них как очередной шаг к ИИ, о котором мечтает потребитель; как дворецкий, который абсолютно предан хозяевам и максимально внимателен, как только его включили. Для Аны эта череда апгрейдов похожа на путь к горизонту, она дает иллюзию прогресса, но никогда не достигает конечной цели. Но потребители охотно покупают этих роботов, что дает Exponential Appliances немалый позитивный баланс по части финансов, а именно это и представляет интерес для Аны.