Страница 26 из 39
Эмили не могла придти в себя, даже когда пошла в школу. Она сидела на уроках и чувствовала, что сходит с ума. Внезапно она очень захотела спать, и её голова упала на руки, сложенные на парту. Она видела Билла, который просил убить его. И девочка делала это снова и снова, с каждым разом получая от этого неимоверное удовольствие. Ей нравилось всаживать ножи в живот мужчины, наблюдая, как он захлёбывается собственной кровью и безумно смеётся.
Из этого сна вывел голос Хлои, которая сказала, что урок кончился и пора домой. Эмили была невероятно подавлена. Она буквально выбежала из школы, быстро спускаясь по лестнице. Когда она шла в сторону остановки, то чуть не врезалась в Беверли.
— Ох, извините, — тихо сказала девочка, заглядывая в глаза женщине.
— Ничего страшного, — она слегка улыбнулась.
Эмили пошла дальше, но через пару метров остановилась и повернулась назад.
— А могу я узнать, где найти Билла? Хочу кое-что ему рассказать, — она сама не понимает, что говорит. На девочку давит чувство того, что она действительно сойдет с ума, если не выполнит указ Пеннивайза.
— Он в больнице. Распорол себе руку, да в добавок измарал её. Думали, что начнется заражение, поэтому для профилактики он лежит под капельницей, — с какой-то обидой и разочарованием сказала она.
Так же Беверли назвала адрес и номер палаты. Попрощавшись, девочка пошла в больницу. Как оказалось, она была не очень далеко. Весь путь она думала над тем, что собирается сделать. Странные сны подбадривали её и внушали, что все так и должно быть, что она обязана так поступить. А в сочетании с психологической травмой, которую нанес ей клоун, она надеялась на то, что Пеннивайз сдержит своё обещание.
Зайдя в палату к мужчине, девочка убедилась, что рядом никого нет. Билл мирно спал на своей кровати, а к его руке был прицеплен катетер с капельницей. Только сейчас Эмили осознала, что не взяла с собой никакого оружия. Но в эту же секунду почувствовала что-то тяжёлое в своем кармане. Она достала оттуда точно такой же нож, как во снах. Сейчас она уверена, что это помощь никого иного, как Пеннивайза. Ещё раз оглянувшись по сторонам, она подошла к нему ближе.
Когда она держала нож обеими руками над его животом, мужчина открыл глаза. В голове сразу же закрутились слова из сна, где он просил себя убить. Билл не успел сообразить, как длинное и острое лезвие оказалось глубоко в его животе. Так же, ничего не смогла понять Беверли, которая внезапно открыла дверь палаты.
Комментарий к Глава 17.
«Убить Билла» на максималках (простите)
========== Глава 18. ==========
— Ты что наделала?! — выкрикнула Беверли, подбегая к мужчине. Эмили была словно в ступоре следующие несколько секунд. Руки тряслись, глаза широко распахнуты, а побледневшие губы в ужасе приоткрыты. Девочка не могла поверить в то, что сделала, она хотела кричать от отчаяния, но не могла этого сделать. Тут же к кровати мужчины подбежал Ричи, который от шока не мог ничего сказать.
Эмили не успела среагировать, когда Беверли буквально налетела на неё, поэтому она свалилась на пол. Женщина схватила девочку за горло, не давая ей вдохнуть. В глазах нападавшей виднелось столько злости, она, кажется, даже готова была убить Эмили. С очередной попыткой набрать в легкие воздух, в глазах начало темнеть, она подумала, что вот-вот отключится. Собрав всю свою волю в кулак и приложив максимальные усилия, она оттолкнула от себя Беверли и быстро поднялась на ноги.
Эмили выбежала из палаты ровно в тот момент, когда Ричи нажал на кнопку вызова медсестер. Она неслась по коридорам больницы, не обращая внимания на любопытные взгляды. Вина, боль и разочарование в себе давили на девочку невероятной силой, она чувствовала, что разбита изнутри.
«Я убила его… Убила, убила, убила», — все, что крутилось в её голове, она заплакала от осознания того, что совершила. Лишила жизни человека, который от всего сердца хотел помочь ей.
Хотелось кричать, но сил не было даже на это. Эмили просто бежала по улице, даже не смотря под ноги. Перед глазами была словно белая пелена, которая покрывала её целиком и полностью.
Только лишь добежав до дома, она заметила, что вся вымокла. Подняв голову к небу и рвано вдохнув холодный воздух, девочка увидела, что идет небольшой дождь со снегом. Снежинки тихо падали сверху, но только коснувшись асфальта, сразу таяли. Если раньше снег приносил ей радость, то сейчас только больше угнетал. Она вошла в дом, не снимая куртку.
— Мам! Мама… — голос дрожал, и казалось, будто девочка в шаге от нервного срыва. Она тихо всхлипывала, а слёзы продолжали катиться из глаз.
Женщина не спеша спускалась по лестнице, но когда она заметила плачущую дочь, то взволнованно подлетела к ней, взяв за плечи.
— Эми, милая… Что случилось? Тебя кто-то обидел? — она встревоженно смотрела в глаза девочки. От этого взгляда у Эмили сердце готово было разорваться на тысячи осколков. Она понимала, что тем, что собиралась рассказать матери, причинит ей большую боль, поэтому сделать это невероятно сложно.
— Я убила… — она заметила, что голос был настолько тихим, что разобрать то, что она говорит, было невероятно трудно, тогда она сказала ещё громче, — я убила человека!
Глаза Мэгги округлились, она ошарашено посмотрела на свою дочь. Эмили представляла, как мама разочаруется в ней, какую неприязнь будет испытывать.
— Что ты такое говоришь? — девочка опустила глаза в пол, тогда женщина слегка встряхнула её, заставляя поднять взгляд.
— Я ему поверила… Он сказал, что отстанет от меня, если я убью Билла… Я не хотела, чтобы он убил вас всех, не хотела терять кого-то ещё! — Мэгги отступила от дочери на несколько шагов, едва заметно покачивая головой, в её глазах читался чистый ужас.
— Кто… Кто он, Эми? — девочка увидела, что на неё смотрят, как на сумасшедшую.
— Клоун! Он мучил меня кошмарами, накормил сердцем Филипа… Да, это он его убил! Он съел его на моих глазах! — вот он, этот взгляд. Было заметно, что мать окончательно усомнилась в психическом здоровье дочери. От этого Эмили ещё сильнее страдала, она начинала плакать уже в голос, как маленький ребенок. — Мам, мамочка, я говорю правду, я не больная! Пожалуйста, верь мне! — она с такой мольбой смотрела в глаза Мэгги, но та не изменялась в лице. Она смотрела на неё так, словно увидела самого настоящего монстра во плоти.
В сердце Эмили будто что-то оборвалось. Потеряв поддержку самого родного человека, она будто потеряла саму жизнь.
Когда в звонок позвонили, Мэгги не сразу пришла в себя, после услышанного. Лишь спустя несколько минут она подошла к двери, обойдя дочь стороной, будто та была чем-то страшным. Когда она впустила нескольких человек в полицейской форме, то у Эмили жизнь перед глазами пронеслась. Она понимала, что ей приходит конец.
— Мэгги Филипс, ваша дочь обвиняется в нанесении тяжелого ранения с возможным смертельным исходом. Пока идет операция, не известно выживет пациент или нет, поэтому о степени наказания сказать ничего не можем, — серьёзными монотонным голосом сказал офицер и посмотрел на заплаканную девочку.
— Господи… — только и сумела произнести женщина, она стала ещё бледнее, чем раньше.
Эмили трясло, она надеялась, что это просто очередной кошмар. Мыслей в голове уже не было, только мольба, чтобы все поскорее кончилось. Когда мужчина в форме посмотрел на запястье девочки, она поежилась и опустила рукав кофты ещё ниже.
— А это что, попытка суицида? — он кивнул в сторону её руки. Эмили ещё больше пожухла. Мэгги удивленно на неё посмотрела.
— Опять? — у неё буквально вырвалось это слово. — Господа полицейские, тут такое дело…
— Мам, нет… — тихо прошептала Эмили, глядя прямо в глаза матери, у неё уже не было слез, она просто боялась очередного удара с её стороны. Но, не смотря ни на что, женщина продолжила.
— Я не хочу, чтобы моя дочь отправилась в тюрьму… Потому как она не совсем здорова, — Мэгги не смотрела на Эмили, потому что это доставляло ей нереальную боль.